Чтение онлайн

Схватившись за горло, я старалась откашляться от въевшегося в ноздри противного запаха пороха.

Я была зла. Ужасно зла на сумасшедшего Оскара. До сих пор его шутки не переходили за грань, а сегодня он со всей серьезностью полез убивать невинного Ноа.

Его безумный смех отнюдь не был насмехающимся или дразнящим. Он в самом деле думал зарезать товарища.

Я слегка отвела взор от ошарашенного происходящим Назе вниз и обомлела от ужаса, увидев, что наемник лежит на полу без сознания!

Ноа лежал безвольно с разорванным плечом. Рана была настолько большой, что оголила даже часть сухожилий, а одежда в этом месте просто порвалась напополам. Мантия никуда уже не годилась.

Ватными ногами, боясь за жизнь товарища, я оказалась рядом с раненым. Поняв всю тяжесть удара, гневно через плечо зыркнула на скованного виновника.

Губы Оскара дрожали, сам он дышал через рот, словно его душила невидимая рука. Я предполагаю, что это приступ. Но этого не было бы, если бы он принял лекарства! Он сам это отлично осознает! Решил просто поиграться со здоровьем наемника?!

Потушив злость, я быстро вернулась к осмотру Фласуса.

Кровь с раны продолжала течь на белый пол, образуя лужу вокруг правого плеча наемника. Оба виновника данной ситуации тяжело дышали. Кто от боли, кто от физического напряжения.

Дым окончательно развеялся в гостевом зале, и присутствующие наконец увидели печальную картину, спрятанную за густым туманом.

– Ваше Высочество, мы вызовем лекаря!
– спохватился и запаниковал пожилой дворецкий.

– Госпожа, мы поможем ему!
– звонко издав эту реплику, горничные полезли помогать мне с пострадавшим. Пусть я и не давала им разрешение касаться моего гостя. Не нравится мне, когда они своевольничают.

А тем временем Лиза и Мэт пытались выгнать всех слуг, прибежавших на шум в помещение. Чтобы я могла использовать свою стихию. Я не могу это сделать в присутствии чужих глаз.

Когда теплая жидкость окрашивала пол в алый цвет, меня вновь поймали в сети воспоминания из детства. На миг я сама начала трястись от страха, перед моим взором появлялись мертвые тела родных. Стеклянные глаза с застывшим выражением ужаса, и мои руки, которые были в чужой крови. Везде эта кровь… Кровь...

Нет-нет-нет. Я должна собраться и помочь Ноа. Иначе он умрет, нельзя терять время.

Собрав волю в кулак, я вновь стала той самой холодной леди, коей видит меня Фласус.

Когда близнецы закрыли громко двери, мои руки загорелись белым светом, и я поднесла их к ране, не касаясь.

Это мой шанс! Единственный способ помочь моему другу.

Глаза медленно закрылись, дыхание постепенно начало возвращаться в норму. Но моя голова начала кружиться, плечо побаливать. Сухожилия мерзким звуком стали затягиваться, и смуглая кожа начала двигаться. С каждой секундой мне становилось плохо самой. Боль Ноа я впитывала в себя до капли. В моих мыслях я думала только о его здоровье, только о том, как сохранить ему жизнь!

"Затягивайся! Затягивайся!" Мысленно кричала самой себе, злясь на свои слабые силы и за то, что не предвидела такой исход. Ноа не может так умереть. Я ему не позволю!

Наконец, верхний слой кожи зажил, я измученно выдавила улыбку, на миг теряя все силы. Словно в один миг меня накрыла смертельная усталость.

Прежде чем моя спина успела встретиться с мраморным полом, меня на свои колени поймала взволнованная Лиза. Оказывается, сестра все это время сидела сбоку от меня, чтобы в случае чего помочь. Я не заметила ее присутствие, потому что все мое внимание принадлежало наемнику.

Мэт схватил скованного Оскара за воротник, а тот, в свою очередь, даже не поднял голову. Я же сжала зубы от обиды на него.

– Псих, ты с ума сошел?!
– взревел Мэт, намереваясь его ударить, раз поднял крепкий кулак на уровня его лица.

Только драки мне тут не хватает!

– Стой!
– приказала герцогу, и его кулак застыл в сантиметра от лика Оскара.

Я верю Оскару, он не мог так поступить по своей воле. Я уверена, что это его очередной приступ на психологической почве. Только я знаю его печальную историю, и, возможно, такая резкая смена в поведении произошла из-за ежедневно принимаемых снотворных. Но если бы он употребил свои лекарства, предназначенные именно от таких приступов, то такого точно не было бы.

Он страдает от галлюцинаций и синдрома ложной самозащиты.

Из-за его прошлого, где пришлось постоянно самозащищаться, у него осталась травма рассудка, которая мутит его разум. В эти моменты его мозг считает, что все еще находится в том времени, и стоит Оскару потерять хотя бы чуть-чуть самообладания, инстинкт, выработанный за это время, берет вверх над здравым умом.

Теперь до меня дошло.

Он думал, что Ноа - это его бывший хозяин, который и вырвал ему глаза.

– Почему ты защищаешь его?
– не понял Мэт, теперь уже злясь на мою персону.

– Что происходит, сестренка?
– волнуясь спросила герцогиня, недоуменно уставившись на меня.

– Быстро иди и попроси вашего врача таблетки со снотворным и валерианой, - снотворное не может усыпить Оскара, ибо у него уже выработался к нему иммунитет из-за долгого использования, но оно его успокоит, а валериана дополнит этот эффект.

Мэт не спешил исполнять мою просьбу, и тогда я поспешила его:

– Живо! Пока он снова не напал!

Герцог нехотя отпустил его воротник и направился к выходу, напоследок бросив Оскару яростный взгляд, обещающий ему не сладкую жизнь.

– Я…Я...не хотел...правда… - хрипло выдал он, не поднимая по прежнему головы.
– Я принимал лекарства, прежде чем встретиться с вами, - а потом резко направил к нам лицо, обрамленное ужасом.
– Я не знаю, что на меня нашло… - он судорожно подбирал слова, пытаясь донести до нас свои объяснения.
– Либо моя болезнь ухудшилась, либо я и правда сошел с ума…

– Не говори ерунды, - прервала его речь невозмутимым голосом, уже немного оправляясь от слабости.
– В болезни нет твоей вины. Это моя ошибка, что не сразу сообразила, что с тобой происходит, - я уже села на пол, поднимаясь с удобных колен любопытной девушки.

– Ноа…Ноа ведь не умер?
– осторожно спросил он. Его "взор" был направлен выше моей макушки из-за того, что он не видел меня.
– Пожалуйста, скажи, Кастель, он не умер ведь?
– отчаянно прошептал. Рот был приоткрыт от волнения, а пальцы на скованных рукавах отдавались мелкой дрожью.

Насколько надо было сильно издеваться над ребенком, чтобы оставить столь глубокую психологическую травму? Мне жаль и Оскара, и Ноа.

– Нет. Он жив, - произнесла, и тут же алхимик расслабил напряженные плечи, издав вздох облегчения.