Чтение онлайн

Данвер нехотя подчинился, хотя лицо его выражало сомнение.

— Всего доброго, мистер Питт, — вежливо попрощалась Вероника и отвернулась. Данвер открыл перед ней дверь, и она скрылась в коридоре.

На звонок Данвера явился озабоченный дворецкий, мужчина средних лет, словно сохранивший недоуменную невинность юноши. В нем странным образом смешивались достоинство и осознание важности своего положения. Объяснив ему задание Питта, Данвер удалился, и дворецкий повел Томаса по коридору, через обитую зеленым сукном дверь в гостиную экономки, в данный момент свободную.

— Я точно не знаю, какая в то время была прислуга на первом этаже, — с сомнением произнес дворецкий. — Большая часть слуг сменилась после смерти мистера Роберта. Я сам тут человек новый, экономка — тоже. Но прислуга из буфетной тогда точно работала. Она может помнить.

— Позовите ее, — согласился Питт.

Около двадцати минут он сидел в гостиной, размышляя о Веронике Йорк, пока не появилась симпатичная девушка лет двадцати пяти. На ней было синее форменное платье, маленький белый фартук и чепец. Совершенно очевидно, что это не прислуга из буфетной: изящная и аккуратная внешность, а руки не красные от постоянного соприкосновения с водой. Прошло много времени с тех пор, как она в последний раз мыла пол.

Ее сопровождал дворецкий — предположительно для того, чтобы девушка не нарушала приличий в своих ответах.

— Меня зовут Далси, сэр, — сказала горничная, приседая. Полицейские не заслуживали полноценного реверанса, поскольку сами считались кем-то вроде слуг. — Я была тут помощницей горничной, когда убили мистера Роберта. Из слуг остались только мы с Мэри, прислугой из буфетной. Мистер Реддич сказал, что я могу вам помочь, да, сэр?

Жаль, что дворецкий не ушел, но Томас был к этому готов: на его месте так вел бы себя любой старший слуга.

— Будьте так любезны. — Инспектор снова достал серебряную вазу и протянул девушке. — Посмотрите на нее внимательно, Далси, и скажите, та ли это ваза, что стояла в библиотеке вплоть до гибели мистера Роберта Йорка.

— Ой! — Похоже, она испугалась. Очевидно, Реддич был краток и сообщил ей лишь то, что с ней хотят побеседовать из-за того, что она работала в доме три года назад. Взгляд широко раскрывшихся глаз девушки остановился на вазе в руке Питта. Дотронуться до вазы она не решалась.

— Ну, Далси? — спросил Томас. — Это та самая ваза? Должно быть, вы часто стирали с нее пыль.

— Очень похожа, сэр, но мне кажется, это не она. Помнится, у той было четыре стороны. Но я могу ошибаться.

Лучшего ответа горничная дать не могла. Он позволял Питту продолжить расспросы.

— Не волнуйтесь, — сказал он. — Просто вспомните свои обязанности три года назад. Помните ту неделю?

— О, да. — Голос девушки звучал приглушенно.

— Расскажите мне. В доме было много гостей?

— О, да, — воспоминания заставили ее улыбнуться. — Тогда тут было много людей. — Улыбка девушки погасла. — Конечно, после смерти мистера Роберта все прекратилось, и люди приезжали только с соболезнованиями.

— Наверное, дамы наносили визиты после полудня? — предположил Питт.

— Да, почти каждый день, к миссис Пирс или к миссис Роберт. Обычно одна из них оставалась дома, а другая сама отправлялась с визитами.

— Званые ужины?

— Довольно редко. Чаще они ужинали не дома или ходили в театр.

— Но в доме бывали гости?

— Конечно!

— Мистер Данвер?

— Мистер Джулиан Данвер, его отец мистер Гаррард и мисс Харриет, — без раздумий ответила она. — И еще мистер и миссис Эшерсон. — Горничная назвала несколько имен, которые Питт записал в блокнот, не обращая внимания на осуждающий взгляд дворецкого.

— Теперь попробуйте вспомнить тот день, — продолжил Томас. — И расскажите о том, чем занимались, по порядку.

— Хорошо, сэр. — Девушка опустила взгляд на сцепленные пальцы и принялась медленно перечислять свои обязанности. — Я встала в половине шестого и спустилась вниз, чтобы почистить все каминные решетки и вынести золу. Мэри дала мне чашку чаю, а потом я проверила, что все камины чистые, поддоны и подставки для дров блестят, разложила дрова и зажгла огонь, чтобы к тому времени, как хозяева сойдут вниз, в доме было тепло. Потом убедилась, что лакей принес уголь и ведерки для угля полные — иногда за ним приходится следить. После завтрака я начала вытирать пыль и мыть пол…

— Вы убирали в библиотеке? — Питту пришлось задать этот вопрос, чтобы оправдать свое любопытство.

— Да, сэр… Сэр! Я вспомнила: ваза очень похожа на ту, что была у нас, но это не она!

— Ты уверена? — строго спросил дворецкий.

— Да, мистер Реддич. Это не наша ваза. Могу поклясться.

— Спасибо. — Томас не мог придумать, что еще спросить. По крайней мере, у него есть несколько имен, и он может начать поиски возможного преступника из числа непрофессионалов.

Реддич смягчился.

— Не откажетесь выпить чашку чаю на кухне, мистер Питт?

Инспектор, не раздумывая, согласился. Его мучила жажда, и чашка чаю была бы весьма кстати. Кроме того, это прекрасная возможность понаблюдать за другими слугами.

Через полчаса, после трех чашек чаю и двух кусочков торта с мадерой инспектор вернулся в главный коридор и открыл дверь в библиотеку. Это была красивая комната. Две стены занимали книжные полки, а третью — окно от пола до потолка со шторами из красно-рыжего бархата. У четвертой стены расположился мраморный камин, а по обе стороны от него — полукруглые столики, инкрустированные редкими породами дерева. В комнате также был массивный письменный стол из дуба и зеленой кожи, обращенный к окну, и три больших кожаных кресла.

Питт стоял посреди библиотеки и пытался представить, что тут происходило в ночь убийства Роберта Йорка. Услышав за спиной какой-то шорох, он оглянулся. В дверях стояла Далси. Увидев, что Питт ее заметил, горничная вошла в комнату. Лоб ее был наморщен, глаза сияли.

— Что-нибудь еще? — спросил Томас, уверенный, что не ошибся.

— Да, сэр. Вы спрашивали о гостях, людях, которые сюда приходили…

— Ну?

— Понимаете, на той неделе я в последний раз видела ее или ее вещи. — Горничная умолкла и прикусила губу, внезапно засомневавшись, не сочтут ли ее поведение бестактным.

— Кого видели, Далси? — Не нужно давить на нее или проявлять чрезмерный интерес, чтобы не испугать девушку. — Кого вы видели?

— Я не знаю, как ее зовут. Женщина, носившая пурпурные платья, всегда что-нибудь этого цвета. Она была не из гостей — по крайней мере, никогда не входила в парадную дверь вместе с другими людьми. И я не видела ее лица, только один раз, когда на него упал свет от газовой лампы на лестнице — всего одну секунду, а потом она исчезла. Но у нее всегда было что-нибудь пурпурного цвета: платье, перчатки, цветок или еще что. Я знаю вещи мисс Вероники, и среди них нет ничего такого же тона. Однажды я нашла перчатку в библиотеке, под одной из подушек. — Девушка указала на дальнее кресло. — А в другой раз — кусок ленты.