Чтение онлайн

Леха уже допивал вторую чашку, когда в коридоре появилась победительница. Мышь была крупная, а гончая совсем маленькая, поэтому горделивой походки с высокоподнятой головой, держащей в зубах мышь, совсем не выходило. Кошка тащила добычу изо всех сил, но терпела, принесла, положив человеку под ноги, и гордо подняла голову.

– Ай, молодец! Добытчица ты наша!
– Леха подхватил ее на руки и уложил на колено, та свернулась клубочком, принявшись вылизывать свою белоснежную кожу, урча, как трактор, и транслируя во все стороны полное удовлетворение прошедшей охотой.

Тем временем все укладывались спать, в их числе, разбуженный и накормленный Паркер. Хантер проверил у него сломанную руку, по показания аптечки, заживление идет хорошо, но снимать ее рано, поэтому ее так и оставили на месте, уложив контрразведчика спать.

– Связь есть?
– Подошел к тихо сидевшему и смотревшему в полумрак коридора Лехе, Вольф.

– Я уже сбросил отчет. Они пока вопросов не задают, видимо, отслеживают наш маршрут. Да и что спрашивать? Мы завтра будем уже дома.

– Нда.., Хантер уселся в принесенное с собой кресло.
– Устал?

– Немного. Да ты знаешь, больше морально.
– Леха вздохнул, - мысли больше о том, что будет дальше.

– Есть такое, - Вольф отхлебнул кофе, потянулся к другу и погладил спящую на коленях кошечку, - ты ее так и назвал - Красавица?

– Ну да, - Леха тоже погладил, та тут же перевернулась брюшком кверху, подставляя его под пальцы, - не похожа?

– Если честно, она не слишком на кошку похожа. Посмотри как морда вытянута.

– Зато мурлычит!

– Это да, - задумчиво протянул Хантер, - достойный аргумент, ничего не скажешь. И ведь не возразишь. Как по мне, так больше на собаку смахивает. Не зря ее местные гончей называют. Да еще и чешуя эта.

– А собаки у нас все чешуйчатые, - язвительно заметил Волков - я что-то об это забыл.
– На что получил резонный ответ:

– Нет, конечно. Только кошки щеголяют. Как караси, ей-богу.

Гончая, как-то сообразив, что речь идет о ней, перевернулась на лапы, вся подобралась и внимательно следила за руками Хантера, которыми он эмоционально размахивал.

– Смотри, домахаешься клешнями, - усмехнулся Леха, - вцепится! Она ж у меня защитница, да?
– Он обратился к котенку, переворачивая на спину и тормоша, - ты у меня защитница, да?

Красавица ответила целым букетом эмоций - обожание любовь и готовность защищать своего родителя до последнего вздоха. Волков даже удивился этому новому для себя свойству - чувствовать чужие эмоции. И не только гончей. Его сознания иногда касались волны исходящие от людей, сидящих в машине. Это было внове и Леха не знал как к этому относиться. Вот и сейчас он почувствовал от Хантера, легкое чувство зависти и почему-то грусти.

– Пошли спать, старший техник, - Волков встал, забрал кресло и двинулся в палатку. Хантер тяжело вздохнул, сплюнул на пол и тоже направился спать, задвинув напоследок ворота. Охрана была возложена на искина машины, никогда не спавшего, не курившего и не отвлекавшегося на всякие пустяки.

Утром к ним пожаловали гости. Едва они двинулись, как сначала боты зафиксировали одинокого человека, стоявшего посередине коридора, с белой тряпкой, привязанной к палке и еще нескольких, прятавшихся в помещении рядом, а потом и сами путешественники увидели его в ярком свете включенного прожектора, снова севшим за руль Хантером. Не спавший контрразведчик сразу узнал своего заместителя Адама Блюхера.

– Тормозим?
– Спросил Хантер.

– Да.
– И машина, чуть клюнув носом, встала колом около дрожащего от перепуга, высокого, но какого-то рыхлого мужчины, непрерывно вытирающего градом лившийся, с него пот.

– Здравия желаю, сэр!
– Пробормотал он, завидя в открывшемся боковом люке своего начальника.

– Ты чего такой мокрый, Адам? Дождь?

– Кккакой дождь?
– Очумело спросил Блюхер, никак не ожидавший такого приветствия от своего пропавшего начальника. И теперь вот вернувшегося не на коне, конечно, как говорили в прочитанных в детстве книжках, но на боевой машине. Да еще какой, никто никогда такую и не видел. Заглаженный, уплощенный корпус напоминал какую-то неведомую рыбу из тех странных книжек про далекую теперь жизнь на поверхности Земли. Постоянно изменявшую цвет, подстраивавшийся под силуэты подходивших к машине бойцов и выглядевшей из-за этого кучей теней, но никак не десятитонной планетарной машиной, как назвал ее один из 'восставших' техников.

– Расслабься, Адам! Я вернулся. И давай, зови, кто там у тебя по кустам прячется?

– Каким кустам?
– Заместитель Паркера совсем потерял нить рассуждений своего начальника. Тот и раньше мог задвинуть очень замысловатую речь, а теперь так вообще, нес какую-то ахинею - дождь, кусты. Адам знал, что обозначают эти слова. Но, ни разу в своей жизни, естественно, не видел, ни того, ни другого.

– Ну, долго мне еще ждать?
– Повысил голос Паркер, Адам стал потеть еще сильнее, узнав рык, предвещающий, что день может кончиться совсем не так, как он его планировал, а в ближайшем утилизаторе. Но его спасли пятеро прятавшихся в пустом складе сотрудников, которых прихватил с собой Блюхер. Не ради защиты, еще неизвестно, кто и от кого будет защищаться, а с упованием на то, что, возможно, ушедший в разведку самолично Паркер, да не один, а уведший за собой кучу народу, в том числе и самых близких к себе людей, вернувшись, даст людям, оставшимся здесь надежду. Нет, не так, а вот так - НАДЕЖДУ!

Пятерка его бойцов, выстроившись в неровную шеренгу, тоже ждала этого. Может не такими пышными словами, но они тоже надеялись, что все-таки вернувшийся к ним начальник контрразведки, пришел не просто так.

– Ребята!
– Первый раз в жизни, Паркер обратился с такими словами к своим бойцам, - мы дошли! Вышли на поверхность! Там можно жить - вот вам доказательство, - и экипаж с изумлением, не меньшим, чем люди подземелья, увидели, как Паркер невозмутимо сунул руку во внутренний карман, и, вытащив оттуда, помахал перед ошарашенными людьми, березовой веточкой.

– 'Вот жулик!' - Восхищенно прокомментировал Хантер.

– 'И нам ведь ни слова не сказал!' - Ответил Волков, сам с не меньшим удивлением взирал на обычную ветку дерева, на которой висели уже повядшие, но, тем не менее, зеленые листочки.

А подземные жители благоговейно смотрели на эту веточку, и в глазах у них плескалось слово: 'Рай', никак не меньше. А Паркер продолжал:

– Я сейчас еду на переговоры с командованием двадцатого уровня, а потом вернусь домой! Приказываю, - его голос обрел знакомую всем его сослуживцам, сталь, - подготовить народ к эвакуации!

– Секунду, господин Паркер! Можно с вами поговорить, - вмешался Волков, получив на почту короткое сообщение: 'Любой ценой отложить эвакуацию, до нашего с ним разговора! Раскатов'. Контрразведчик недовольно дернул плечом, но сел в салон.

– Джошуа, - начал Волков, - куда вы собираетесь, вести народ, стесняюсь спросить? Вы себя вообразили мессией?

– Да как смеешь так со мной разговаривать, пацан?- Взбесился Паркер, хотя это совсем не было на него похоже.

– Вы знаете, Паркер, - задумчиво сказал Леха, - я вас сейчас могу просто пристрелить. И мне за это ничего не будет. Совсем. Вы даже не гражданин империи, так что заткнитесь и слушайте. У вас побольше моего житейского опыта, да и командирских навыков тоже. Но у меня есть логика. Вот и выслушайте, что я вам скажу, а потом можете выматываться из машины куда хотите и делайте, что хотите.