Чтение онлайн

– Он еще не родился, – сквозь зубы процедил граф. – Но жена говорит, что ждать уже недолго. Пока же у меня только целая орава девчонок.

Гарри поспешил пополнить свое семейство еще и девочкой.

– У меня есть дочь, – сказал он. – Ей недавно исполнилось двадцать один. Уверен, она была бы рада компании, если кто-то из ваших дочерей близок по возрасту.

– Две мои дочери примерно того же возраста, – проворчал граф. – Кстати, я их что-то сегодня не видел. Где они шляются? Агнес, позови их сюда.

– Они уехали в Лондон, – произнесла леди Риддлсдаун.

Граф хмуро посмотрел на нее.

– Я знаю. Они поехали покупать одежду для брата. Помнится, Пенелопа еще клянчила у меня денег. Но это было несколько дней назад. Хочешь сказать, они не вернулись?

– Еще нет, – ответила леди Риддлсдаун, уставившись в пол.

Граф снова почесал голову.

– А почему? Где их черти носят?

– Полагаю, они задержались, – уклончиво ответила леди Риддлсдаун.

– Ладно, не будем сейчас об этом, – лорд Риддлсдаун махнул рукой и снова обернулся к Гарри. – Я переговорю со своим управляющим по поводу дома, и мы все обсудим. Где я могу вас найти?

Гарри задумался. Поскольку у него не было времени дополнить легенду отпечатанной визитной карточкой, он решил дать графу номер телефона тетушки Синтии, надеясь, что успеет связаться с ней вовремя и предупредить, что теперь она стала родственницей пожилого валлийца.

– Леди Риддлсдаун проводит вас, – бросил граф, затем отвернулся, зашагал вверх по лестнице и вскоре исчез где-то в пыльных просторах верхних этажей.

Гарри понимал: задача выполнена лишь отчасти. Он убедился, что племянниц епископа нет дома и что их отец и мачеха не знают и знать не хотят, где они. Теперь нужно было поговорить с нянюшкой Кэтчпоул.

Он посмотрел на леди Риддлсдаун, неловко стоявшую перед ним, сложив ладони на животе.

– Не могу ли я присесть на пару минут? – спросил он, слегка постучав по ноге тростью. – Память о Бурской войне не дает покоя. Получил этот подарок под Ледисмитом, и он теперь временами побаливает. Позвольте мне немного перевести дыхание, а потом я пущусь в обратный путь.

– Да, разумеется, – ответила леди Риддлсдаун. – Проходите в гостиную, я попрошу принести вам чай.

Гарри проследовал за ней в пыльную гостиную и опустился на хлипкий диван, а леди Риддлсдаун потянула шнур звонка. Пока они ожидали прихода прислуги, маленькая девочка, которая открыла ему дверь, на цыпочках вошла в комнату и плюхнулась на коврик перед пустым камином. У нее были такие же редкие волосы, как у отца, и смугловатая кожа, как у матери.

– Они уехали и не вернутся, – злорадно сказала она тихим голосом.

– О ком это ты? – устало спросила леди Риддлсдаун.

– О Пенелопе и Маргарите. Они не вернутся.

– Не говори глупостей, Оливия.

Дверь открылась, и вошла девочка постарше. Хоть Гарри и знал, что они единокровные сестры, он почти не заметил в девочках сходства. Если Оливия унаследовала отцовские волосы и некрасивый нос, то старшая девочка могла похвастаться целой копной каштановых кудряшек и изящными чертами лица.

– Они забрали с собой всю одежду и уже не вернутся, – подтвердила она.

Выражение невероятного облегчения промелькнуло на лице леди Риддлсдаун прежде, чем она успела взять себя в руки. Свою первую реакцию она решила скрыть за раздраженным тоном.

– Не говори ерунды, Диана.

Диана уперла руки в бока.

– Если они не вернутся, а твой ребенок окажется не мальчиком…

– Это будет мальчик! – испуганно воскликнула леди Риддлсдаун.

– А если нет, – настойчиво продолжала Диана, – и если они не вернутся, то я остаюсь старшей и могу стать графиней.

Леди Риддлсдаун покачала головой.

– У тебя будет брат. Твой отец так решил.

– Нянюшка говорит, что решает только Господь.

Леди Риддлсдаун неловко поднялась и указала на дверь.

– Решает твой отец, – прошипела она. – И он не потерпит иного. Сейчас же выйди из комнаты. И забери с собой Оливию.

Диана наклонилась, поставила Оливию на ноги и потащила за собой. От протестующих воплей малышки задрожали стены. Откуда-то из-за дверей донесся раскатистый голос графа, и леди Риддлсдаун поспешила следом за девочками.

Гарри вдруг остался в полном одиночестве, если не считать за компанию далекий девичий визг и рев графа. Глядя на массивные потолочные балки, он невольно подумал о Генрихе VIII. Тюдоровская архитектура Риддлсдаун-Корта, морковно-рыжие волосы графа, смерть двух его прежних жен и упрямое желание, чтобы нынешняя жена родила мальчика, невольно навевали мысли о той кровавой эпохе. У короля Генриха VIII было две дочери, которых он не желал, но они обе успели стать королевами. Быть может, судьба будет так же благосклонна и к дочерям графа.

Он покачал головой, поражаясь абсурдности своих мыслей, но тут открылась дверь и в гостиную вошла полная женщина в фартуке с чайным подносом в руках.

– Нянюшка Кэтчпоул? – спросил Гарри.

Дейзи была сильна, но Поппи – сильнее. Она всегда была сильнее и всегда знала, что будет лучше для сестры. Она хранила молчание три дня, позволяя Дейзи валяться в постели и упиваться жалостью к самой себе, но всему должен быть предел. Придется Дейзи перебороть себя. Поппи стянула одеяло с сестры, чувствуя, что нянюшка Кэтчпоул одобрила бы этот поступок.

– Я не встану, – угрюмо буркнула Дейзи. – Ты меня не заставишь.

Поппи бросила на койку шляпку и пальто Дейзи.

– Надевай, или мне придется сделать это насильно.

– Я не выходить хочу наружу, – заныла Дейзи. – Там холодно и еще даже не рассвело.

– Вот поэтому мы и пойдем сейчас, пока темно, – процедила Поппи сквозь зубы, заталкивая руки сестры в рукава пальто. – Не хочу, чтобы кто-нибудь увидел тебя такой. Ты же три дня даже не умывалась и не причесывалась. Позор!