Чтение онлайн

Однако мысль эту он даже до конца сформулировать не успел: в кабинет зашел (не позвонил, а именно зашел) Александр Николаевич и сообщил, причем с каким-то испуганным видом сообщил, что к нему на прием срочно просятся руководители Девятого управления. Все сразу…

Пятого января, несмотря на воскресный день, Ирина провела «в трудах и заботах»: Михаил Леонтьевич пригласил ее на испытания своего вертолета. Причем вертолет он изготовил не их предложенного ему Ирой фюзеляжа, а собрал свой (сильно попроще). Впрочем, и сам вертолет он сделал «попроще», с одним семисотсильным двигателем Люльки. Вообще-то он вертолет выстроил в качестве «демонстратора технологии», но Ире машинка понравилась. Очень понравилась, так что она тут же (после того, как вертолет, сделавший два круга над аэродромом «Кудыкина гора», опустился на землю) подписала приказ о налаживании серийного производства машины на новеньком (еще даже не до конца укомплектованном) заводе в Оренбурге. Не сняв при этом с Миля задачу по проектированию вертолета уже двухмоторного.

Вертолетчики на Ирином экспериментальном заводе работали наперегонки, но Миль «соревнование выиграл», причем вовсе не из-за «упрощения задачи»: Николай Ильич тоже практически закончил свой вертолет, и тоже однодвигательный — но проявившиеся в ходе проектирования сложности соосной схемы процесс изрядно задержали. Но это Иру тоже не смутило ни капли: Камову был в том же приказе «отписан» свой завод, поднимающийся в новеньком городе неподалеку от Оренбурга. То есть не очень далеко от него, всего-то в ста двадцати километрах…

Причем Камову («как проигравшему соревнование») достался не только еще строящийся завод, но и строящийся в еще строящемся городе. Там Саша «открыл» большое месторождение бурого угля, даже карьер успел как раз прошлой осенью выкопать — а теперь в городе, который Оля без ложной скромности назвала «Суворовск», возводился и химический комбинат, и все прочее, что делает город именно городом. А Ира «для кучи» и авиазавод в проект города вставила. Ну а так как завод был «запланирован» еще в тридцать восьмом году, большую часть требуемого оборудования удалось купить за границей, что же до «меньшей части»…

Викентий Станиславович для Суворовской ТЭЦ успел до конца сорокового года изготовить сразу три генератора по шестьдесят четыре мегаватта, нужные турбины поставили из Калуги — так что уже весной (где-то в середине мая) электричества в городе должно стать «с избытком». А пока городу «хватало» электричества с двух «временных» генераторов по шестнадцать мегаватт. Этого хватало, конечно, для всех жилых домов в городе, для школ, больниц и магазинов — а еще хватало для новенького станкостроительного завода. Который был очень скромным в плане объемов производства, но Валентин изначально его создавал как завод по выпуску нестандартных специализированных станков — так что обеспечить новый вертолетный завод нужными несерийными станками особой проблемы не представляло. Проблемой было лишь то, что времени на все запланированное не хватало…

Когда в кабинет Сталина зашли десять человек, он ожидал — глядя на суровое лицо Ирина Алексеевны — что его начнут убеждать в необходимости списания огромного количества боевых самолетов. И о том, что разговор намечается серьезным, говорило и то, что все она (за исключением товарища Лукьяновой), были одеты в парадную форму при всех орденах. Да и Ирина Алексеевна, хотя и одета была в традиционный для нее светло-голубой брючный костюм, тоже ордена надела все. Но первые же слова Петра Евгеньевича его повергли в изумление:

— Добрый день, Иосиф Виссарионович, и, надеюсь, доброта этого дня продлится надолго. А мы к вам пришли обсудить один внезапно возникший вопрос: пятнадцатого в Москву прилетает товарищ Шэн, Шэн Шицай, и прилетит он с обращением правительства Восточного Туркестана с просьбой о включении республики в Советский Союз. Мы считаем, что просьбу следует немедленно удовлетворить, а почему — товарищи сейчас объяснят. И начнет объяснение товарищ Суворов…

— Погодите, что значит «принять в Советский Союз»?

— Товарищ Шэн, хотя сам по себе законченный буржуй, глубоко осознает, что республика сама по себе существовать не может. И вариантов у него остается ровно два: либо войти в СССР на правах союзной республики, или в состав Китая на правах занюханной окраины. Ему первый вариант показался предпочтительным, тем более что мы гарантировали, что все награбленное им богатство мы ему оставим. Там немного, пара вагонов барахла всякого и денег меньше трех миллионов — а этого за новую республику не жалко.

— А вы подумали, что новая республика потребует и огромных расходов? Сейчас, в преддверии войны, о которой, кстати, вы же мне и напоминаете чуть ли ни каждый день…

— Мы как раз об этом больше всего и думали. Саша, приступай.

— Я скажу как геолог: в Восточном Туркестане огромные запасы полезных ископаемых, причем значительная часть из них вообще почти нигде в мире не может добываться с приемлемыми затратами. Например, там одного неодима содержится более шестидесяти процентов мировых запасов…

— Это что? То есть для чего он нужен?

— Полтора процента неодима при добавлении в танковую броню делает эту броню на тридцать процентов прочнее. В Синьцзяне мы можем уже через год добывать неодима сотни тонн, если не тысячи, а в СССР в других местах мы в состоянии его добывать пока лишь около десяти тонн в год, причем затраты на наш неодим примерно в тридцать раз выше, чем при добыче его в Синьцзяне. А там мы сможет еще получать тысячи тонн лантана — который, при добавлении в чугун, применяемый для моторов, позволяет тратить чугуна вдвое меньше, поскольку прочность и износоустойчивость металла повышается просто невероятно. А если считать по всем вкусняшкам, то любые затраты на присоединение Восточного Туркестана окупятся менее чем за год.

— Но подобные вопросы решаю не я, а Верховный Совет. На худой конец, президиум Верховного Совета.

— Иосиф Виссарионович, вот вы — после встречи с товарищем Шэном, который нам совсем не товарищ, а всего лишь полезный попутчик — этот вопрос перед Президиумом и поставьте. А я лично пристрелю каждого, кто будет против, — добавил Климов. — Фигурально, конечно, пристрелю… скорее всего.

— А если против будет товарищ Сталин?

— Если бы мы считали товарища Сталина идиотом, мы бы сюда просто не пришли, — Ирина оказалась в своем амплуа чуть больше чем полностью.

— Ир, заткнись… пожалуйста, — в разговор вступила Ольга Дмитриевна. — Честно говоря, для нас это решения Шэна Шинцая тоже оказалось в некотором роде неожиданностью, Скорохватов лишь вчера вечером сообщил, что на заседании тамошнего правительства его приняли, причем единогласно. И не проведя консультаций даже с нашим представительством, но… Присоединение Синьцзяна безусловно подпортит наши отношения с американцами, но они и так… не самые лучшие, поэтому здесь мы много не потеряем. Англичане тоже могут взбеситься, но на них вообще плевать, так как они сейчас другими вопросами озабочены и в бутылку из-за Синьцзяна не полезут. А вот мы приобретем огромные ресурсы совершенно стратегического сырья, абсолютно необходимого в военное время. Обычно это в статотчеты не попадает, но если учесть, что там производится более семидесяти процентов хлопка, потребляемого Китаем…