Чтение онлайн

— Ну и толку с них? — недоверчиво поинтересовался я. — Они такие же неумехи, как и я.

— Всё верно, — даос не отставал, — но у них замечательный потенциал.

И тут он начал заунывным голосом декламировать отрывок из какого-то китайского трактата:

— Люди и твари принадлежат к разным породам, а лисы находятся где-то посередине. У живых и мертвых пути различны, лисьи же пути лежат где-то между ними. Бессмертные и оборотни идут разными дорогами, а лисы — между ними.

— Это ты мне рассказываешь про их уникальность? — прервал я горе-лектора.

— Да, хочу, чтобы ты понял, какие заманчивые возможности откроются, если удастся привлечь этих лисичек себе на службу, — пояснил даос, после чего опять принялся вдохновенно нудить: — Если лисице исполнилось пятьдесят лет, она приобретает способность принимать облик прекрасной молодой девушки. В возрасте ста лет она может становиться волшебницей, владеющей многими тайнами колдовства. А когда лисица достигнет тысячелетнего возраста, ей открываются законы Неба, и она становится Небесной Девятихвостой лисой.

Тут мне вспомнился незабвенный Наруто, внутри которого прятался девятихвостый лис Кюби Курама. И характер у этого Кюби был весьма и весьма тяжёлым, надо сказать…

— Насколько я знаю, Джекки, — мне было как-то стрёмно соглашаться с идеями, которые сейчас продвигал мой внутренний китаец, — девятихвостые лисы, как бы это помягче сказать, плохо управляемы, агрессивны и своенравны.

— Не без этого, — даос согласился с моим утверждением, но всё-таки продолжил меня убеждать: — но для того, чтобы достичь такой степени могущества, им придётся дожить как минимум до тысячелетнего возраста, а сейчас их шансы дожить хотя бы до сотни далеко не так высоки, как ты думаешь.

— Почему? Они вполне себе приспособились, мне так кажется.

— Если бы не мы с тобой и нашей пилюлей, то несчастный случай, произошедший с Ху Линь, вполне мог окончиться её смертью, — тут даос был прав, не поспоришь. — Ничто не может уберечь сестёр от подобных случайностей в будущем, если они не станут сильнее в короткий промежуток времени.

— Ну да, единственная добыча, с которой они смогут без проблем справиться,–это человек, но охота на человека тут может очень плохо кончиться. Да и я склоняюсь к той мысли, что старик тут находится под негласным наблюдением государевых служилых людей, хоть он об этом и не говорил.

— Ага, значит чуть что, — понятливо отозвался даос, — и добро пожаловать в казённый дом… Мы, впрочем, на это и рассчитывали, только предполагали, что они пилюлями энергетическими питаются, а они вона чего удумали.

— Нашли себе эксклюзивные охотничьи угодья. Кстати, как руки дойдут, можно будет и туда зайти, посмотреть, что там к чему и чем поживиться можно.

— Это интересно, конечно, но ты пока недостаточно силён для подобных авантюр. А вот то, что у тебя есть знания, которые им могут очень сильно пригодиться, — это может ещё больше усилить твои позиции, — даос-искуситель продолжал меня убеждать в том, что лисичками следует заняться. — Так что подумай, подумай… Кроме того, они красивы, как ты уже заметил, — продолжил он вкрадчиво. — И, будучи хули-цзин, как бы это сказать, гм-м-м…

— Обладают пониженной социальной ответственностью? — посмеиваясь, процитировал я фразу, ставшую очень популярной в оставленном мною мире.

— Какое красивое и точное определение! — восхитился даос. — При всём при этом, без какой бы то ни было вульгарности.

— Давай, наверное, подождём с этим немного. Мысль, конечно, интересная, но впереди слишком много дел.

— Дело, оно, конечно, хозяйское, — разочарованно протянул Джекки. — Но я тебе про это ещё напомню.

— Вот тебе охота меня грузить, — возмутился я, — завтра проект договора пришлют эти, из «Маго-фарма». Кроме того, и тренироваться же надо будет, новую партию пилюль варить.

— Ладно, ладно, — недовольно буркнул даос, но потом упрямо добавил: — но я тебе об этом всё равно буду напоминать.

— Ладно, напоминай, — согласился я, решив, что спорить бесполезно и проще согласиться, чем убедить этого китайца в несвоевременности его предложений.

Хотя, если подумать, то это действительно может оказаться интересным. В любом случае, заниматься я этим начну только после того, как всё утрясётся. Вот только это произойдет нескоро, так как уже близко первое сентября и начало первого семестра. А это и знакомство с коллективом соучеников со всеми сопутствующими этому проблемами и вхождение в учебный процесс…

В общем, заморочек в ближайшее время будет больше, чем достаточно. А ещё и на лисичек этих отвлекаться просто времени не будет. Хотя, что уж там, смотреть на них очень приятно и волнительно.

Приблизившись к двери своего блока, я с некоторым удивлением обратил внимание на шум, доносящийся из-за неё. Похоже, кто-то двигал мебель.

«Что ж, — подумал я, — вот и кончилось время моего уединения. Подселили кого-то… Ладно, сейчас познакомимся».

Как только я начал проворачивать ключ в замочной скважине, так сразу шум в блоке стих, и за дверью воцарилась напряжённая тишина.

«Ага, — пронеслась отвлечённая мысль, — спугнул я своего будущего соседа. Судя по тому, что он тут же затихарился, как мышь под веником, человек это впечатлительный и довольно робкий».

Отворив дверь, шагнул в прихожку и сразу чуть не запнулся о большой старомодный чемодан, стоящий прямо перед дверью. Сдавлено чертыхнулся. Из распахнутой двери соседней с моей комнаты выглянула слегка испуганная пухлая физиономия:

— Здравствуйте, — как-то неуверенно произнёс мой новый сосед, забавно хлопая глазами, прячущимися за толстыми стёклами очков в винтажной оправе.

— И вам не хворать, — откликнулся я, аккуратно перешагивая через тот самый чемодан. — Ну, что… давай знакомиться, что ли, сосед? — доброжелательно спросил я, одновременно протягивая парню ладонь для рукопожатия.

— Филипп… — тут он что-то замялся, но потом опасливо пожал мне руку и продолжил: — Николаевич Конопелькин, барон, — застенчиво сказал он и густо покраснел, словно сильно стеснялся того, что он отпрыск баронского рода.

— Ян Миронович Карпов, — мои слова прозвучали гораздо бодрее, — поместный дворянин.

Тут стоит отметить, что баронский титул будет покруче, чем звание поместного дворянина, ниже которого только так называемые «татарские князья» [21] . Ну да ладно.

Понятное дело, что соседушка мой не барон, а сын барона, причём наверняка не первый, не наследник. И уставом училища всем студентам предписано обращаться друг к другу, как к равным. Так что то, что он располагается на ступень выше, чем я, особой роли не играет.