Тьма наступает
Шрифт:
– Брайан…красавец Брайан Эдисон…да кого ты обманываешь? Ты уже лет пять по нему сохнешь!
– Неправда! – вскинулась Сара, - Я вовсе не сохну по нему!
Я рассмеялась.
– Ладно…как хочешь.
– Вот и все. Закрыли тему…
– Тему вечеринки? – обрадовалась я.
– Нет, тему «Я сохну по Брайану». Ты пойдешь на эту вечеринку, и точка. Поняла?
Я вымученно вздохнула. Ну что делать, если твоя подруга тусовщица? Правильно – тащиться за ней. Странно, ведь когда-то это я была той, кто таскал ее по вечеринкам. А теперь – все изменилось до неузнаваемости. Удивительно.
– Ладно…- пробубнила я, - Но я пробуду там совсем недолго! Идет?
– Идет.
– Чудно.
– Ага.
Сара, довольная собой, снова отвернулась в плите, а я продолжила завтракать. Интересно, хоть какое-то из моих платьев налезет на меня после этого?
Дом Эдисонов – это что-то, скажу я вам. Огромный двухэтажный особняк с бассейном и, довольно приличных размеров, задним двориком, который братья Эдисоны частенько используют для вечеринок. Я много раз бывала здесь, но даже этот факт не мешал мне постоянно поражаться размерам и роскошности дома.
Мы с Сарой приехали в самый разгар вечеринки. Народу было много. Хотя «много» это, наверное, не то слово. Казалось, тут собралась добрая половина города. И все были пьяны.
Я вошла в дом. Музыка грохотала так, что стены тряслись. Все танцевали и веселились. Как в старые добрые времена. Мне тут же захотелось сказать Саре, что пора сваливать отсюда, но когда я обернулась, то не обнаружила ее рядом. Вот же дерьмо. Теперь придется искать ее.
Я стала пробираться сквозь толпу пьяных знакомых лиц, и тут наткнулась на самое нежелательное лицо. Если конечно можно назвать это лицом. Скорее, кукольная морда.
– Надо же, ты не побоялась приходить…- пропела Миррем, надменно глядя на меня. На ней было белое платье, едва прикрывающее задницу, туфли от Марка Джейкобса и змеиная улыбка. Я невольно фыркнула.
– На что ты намекаешь, Миррем? – спросила я.
– Ну…ты что, не усвоила тот урок в столовой? – осклабилась Мэри, - Тебе здесь не рады, милочка.
Я усмехнулась.
– Мне наплевать на мнение каждого из вас, - сказала я, оглядывая толпу, которая теперь столпилась вокруг нас с Миррем и пристально наблюдала за разговором, - Потому что ваши мнения – это ее мнение. Вы все подхалимы и лицемеры.
Толпа дружно загудела. Все осуждали меня. Да и черт с ними. Я улыбнулась.
– Что, не нравится правда, господа?
– Ты маленькая идиотка, Вудс, - сказала Миррем, - Зря ты сюда явилась. Тебя никто не звал.
– Меня пригласили, так что не лезь ко мне, по-хорошему прошу, - сказала я и прошла мимо Миррем, прямиком к лестнице, ведущей наверх.
– Шлюха, - услышала я позади себя жутко громкое и оскорбляющее меня слово. И если бы у меня не было моих оставшихся нервных клеток, я бы с удовольствием зарядила этой белобрысой дряни по голове чем-нибудь непомерно тяжелым. Но я стерпела. На первый раз.
– Что ты сказала, Мэри? – спокойно спросила я, оборачиваясь. Миррем стояла и злобно ухмылялась. Вся ее свита повторяла мимику ее подлого лица.
– Ты шлюха, - снова изрекла она. Я вздохнула, и в этот момент увидела Шона, пробирающегося ко мне из толпы. Он явно был рассержен и хотел что-то сказать, но я его опередила.
– Нет, Шон, не надо. Я разберусь сама.
– Не с чем тут разбираться, Вудс, - сказала Мэри, - Ты потаскушка, и сама знаешь об этом.
Народ засмеялся. Черт, да так синхронно! Будто она им команду дала. У меня уже кулаки начинали чесаться, но предостерегающий взгляд Шона говорил мне, что не стоит реагировать на ее выпады. И я терпела. Долго терпела. Но всякому терпению приходит конец. И моему тоже.
– Со сколькими парнями из футбольной команды ты переспала, а, Вудс? Скажи-ка нам, - подначивала Миррем, - А из бейсбольной?
Я глубоко вздохнула.
Ну, вот и все.
Прощай, самообладание, здравствуй, мордобой.
Я со всего размаху врезала Миррем кулаком по носу. Кажется, что-то даже хрустнуло. Ох, как же это было приятно. Лучший из звуков.
Неожиданно я почувствовала, как чья-то рука утаскивает меня из гостиной. Я подняла взгляд. Это был Шон.
– Зачем ты это сделала, Мэл? – спросил он. Я пожала плечами.
– Она меня взбесила. Тощая селедка!
– Не хочешь… - Шон взглянул на толпу разъяренных подружек Миррем позади нас, - …уйти отсюда?
– Сначала помоги мне найти Сару, - сказала я, оглядываясь по сторонам, - Она куда-то запропастилась…
Шон усмехнулся.
– Я знаю, где она.
Взяв за руку, Шон потащил меня в сторону спален. Интересный поворот событий. Постучав во вторую дверь, он произнес:
– Мы входим.
И мы вошли. На кровати тихо-смирно сидели Сара и Брайан, брат Шона. Как только Брайан увидел меня, то сразу же вскочил с кровати. Сара в это время пыталась стереть оставшуюся помаду с губ. Мм, все понятно. а в это время пыталась стереть оставшуюся к Миррем позади нас, - ...ью-Йоркские улицы. ерундой, вроде попкорна и чипсов.
– Вудс! – воскликнул он, заключая меня в объятья, - Братец говорил о каком-то сюрпризе, но я даже и не догадывался, что о таком.
Брайан – высокий темноволосый красавец с замечательным чувством юмора и отношением ко мне. Мы с ним часто вместе отрывались в клубах и на вечеринках. Он как Vip-пропуск, его везде пускали только за его обворожительную улыбку и пару милых комплиментов. Я его обожала. Но не в том смысле конечно. Он всегда был мне как брат, и он относился ко мне точно так же.
– Где ты пропадала? – спросил Брайан, улыбаясь.
– Могу спросить тебя о том же.
– Да то там то сям, ты же знаешь меня, не могу долго находиться на одном и том же месте.
– Это точно, я тебя понимаю.
– Я рад, что ты вернулась, Вудс, - просиял он. Я улыбнулась.
– Аналогично. Кстати, Сара, нам пора уходить.
– Что? Уже? – разочарованно пробормотала моя подруга.
– Да, уже.
– Она ударила Миррем, - пояснил Шон. Брайан захохотал, а Сара пораженно уставилась на меня.
– Ну да, ударила. И что с того? Она меня достала.
– Узнаю тебя, - сказал Брайан, все еще посмеиваясь. Я снова заулыбалась.
– Пойдем, Сара. До встречи, Брайан.
Подруга поднялась с кровати и последовала за мной. На прощанье я поцеловала Шона и обняла Брайана. Хорошо бы, чтобы все так ко мне относились. Но, видимо, это невозможно. А жаль. Очень даже жаль.
Прошло еще три дня.
Сара продолжала жить у меня. Мы вместе ходили в колледж, в котором, кстати говоря, меня теперь не ненавидели. Меня просто не замечали. Это было не так неприятно, как ненависть, но все равно я чувствовала себя чужой и ненужной. Со мной общались только Сара, Шон и Анна. Последняя взяла на себя задачу перевоспитать меня и улучшить мои далеко не блестящие оценки. Со временем я начала замечать, что она слишком рьяно меня опекает. Возможно, у меня снова была паранойя. Как-то раз мы сидели в библиотеке, и Анна спросила: