Чтение онлайн

– Он хоть что-нибудь рассказал, пока меня не было?

– Нет. Он все ныл про то, что пакетик с джемом слишком маленький.

– Мне кажется, я облажался по полной, – пробормотал Тристан. Кейт положила руку ему на плечо, и он осмелился поднять на нее глаза.

– Нет. Все в порядке. К тому же его арестовали, а он все это время был нашим главным подозреваемым, – утешила его Кейт.

Но Тристан все равно видел: то, что им не удалось допросить Ноя Хантли, здорово ее расстроило.

На следующий день расследованию исполнялось ровно три недели, так что Кейт и Тристан поехали в Салькомб, чтобы навестить Билла и Бев и сообщить им последние новости.

Утро было жаркое, и выехали они рано, добравшись до дома Билла к десяти утра. Море и небо сливались в одну бесконечно глубокую синеву. По плоской поверхности залива двигался косяк рыбацких лодок. Еще дальше в море на якорь встала яхта, вокруг которой наворачивал круги гидроцикл.

С момента их последнего визита сад, окружавший дом, наполнился жизнью: воздух напитывал сладкий аромат летних цветов, вокруг которых вились, лениво жужжа, пушистые пчелы. У двери в дом их уже поджидала Бев. Сначала Кейт встревожилась: ей показалось, что Бев плачет, но стоило им подойти поближе, как Бев улыбнулась и кинулась к Кейт, заключив ее в крепкие объятия.

– Спасибо! Большое вам спасибо! – выдохнула она, а затем освободила одну руку, чтобы притянуть к себе и Тристана. Пахло от нее сигаретами, перегаром и мятной жвачкой. – По новостям показали, что полиция арестовала Ноя Хантли… Билл записал для меня репортаж. Я уже дважды его пересмотрела. Пойдемте.

Вслед за Бев они вошли в пустынную гостиную, сплошь состоящую из белого мрамора. Ничего не изменилось: дом был все таким же пустым, безжизненным и аккуратным, как и прежде. Кейт подумалось, что Бев удивительно неуместно выглядит, когда ступает по изысканному белому с золотом мрамору в потрепанной паре розовых кроксов.

Билл сидел на кухне за огромной стойкой наподобие барной, а перед ним стоял ноутбук. В одну из стен был вмонтирован большой плоский телевизор.

– Доброе утро, Кейт, доброе утро, Тристан, – поздоровался Билл, улыбаясь так же широко, как и Бев. Они пожали друг другу руки.

– Это дом Ноя Хантли, – сообщила Бев, хватая пульт телевизора. На экране застыл кадр из репортажа: дом на зеленой пригородной улице, а рядом – несколько припаркованных полицейских машин. В небе низко висело солнце, и его лучи бликовали на оконных стеклах, зажигая их золотистым светом. Интересно – они приехали на рассвете или на закате, подумала Кейт. Бев запустила видео, и камера немедленно сменила угол, показывая соседей, столпившихся у дверей своих домов. Из коттеджа Ноя вышла команда криминалистов, несущих в руках большие пластиковые пакеты для улик, в которых была упакована одежда.

– Полиция получила ордер на обыск дома Ноя Хантли, бывшего депутата парламента от Девона и Корнуолла, – произнес репортер. – Он был арестован в то же время.

Затем видеоряд сменился: теперь на экране показывали Ноя Хантли: его, все еще в наручниках, вели к полицейскому участку Эксетера. Снаружи столпились журналисты, вооружившиеся многочисленными камерами и смартфонами. Проходя через толпу, Ной опустил голову, пряча лицо.

– После того, как Ноя Хантли обвинили в получении взяток в обмен на выдачу государственных контрактов, он потерял свое место в парламентах на повторных выборах, проведенных в 2002 году. Сегодня полиция арестовала его в связи с недавним убийством двадцатиоднолетнего мужчины, чье тело нашли в Дартмуре, Вест-Кантри. Ему также предстоит допрос относительно еще четырех нераскрытых убийств, относящихся к тому времени, когда он еще был депутатом парламента. Допрос будет касаться и исчезновения Джоанны Дункан, местной журналистки из «Вест-Кантри Ньюс», которая пропала во время расследования, связанного с личностью Ноя Хантли.

На экране возникла фотография Джоанны – та, на пляже, с кокосовым коктейлем в руке.

– Ох, дорогая, – пробормотала Бев, пряча лицо в салфетке. – Они нашли его. Они поймали этого ублюдка. – Она придвинулась ближе к экрану, явственно обращаясь к фотографии Джоанны.

Тристан покосился на Кейт. Горе Бев было настолько сильно, что, находясь рядом, ощущалось, словно подсматриваешь за чем-то очень личным.

– Я смотрю, журналистам сообщили об аресте Ноя Хантли, – заметил Ной.

– Это же хорошо? Мне кажется, это хорошо… Они будут искать Джоанну. Про нее стало что-нибудь известно? Полиция откроет расследование заново? – спросила Бев, оглянувшись.

Билл все еще спокойно сидел за стойкой с ноутбуком.

– Пока все только начинается. Полагаю, у них не больше нескольких дней на то, чтобы допросить Ноя. Затем им придется предъявить ему обвинения или отпустить, – сказал он. Бев резко развернулась и отпихнула Ноя в сторону, затем она положила пальцы на сенсорную панель ноутбука и пролистала страницу вниз, пока не нашла фотографию Джоанны.

– Я обещала, что мы найдем, кто это с тобой сделал, – сказала она, обращаясь к фотографии. Билл перевел глаза на Кейт и Тристана, и взгляд у него был извиняющийся. – Я точно знаю, что это был тот мерзкий политик. Он очень разозлился, когда ты его разоблачила, так ведь?

Конечно, Кейт понимала, что Бев разбита горем. И все же было пугающе видеть, как она разговаривает с фотографией Джоанны.

– Мы можем поговорить с вами обоими, чтобы сообщить последние новости по делу?

Бев все еще разговаривала с фотографией, начисто забыв о существовании Кейт и Тристана.

– А теперь мы допросим этого ужасного человека, и он расскажет нам, где он тебя оставил. Слышишь, Джо?

– Почему бы вам пока что не подождать на террасе? Там есть стол и зонтик от солнца. А я сделаю кофе и мы к вам присоединимся, – предложил Билл, намекая, что ему нужно уладить проблему с Бев.

Кейт кивнула, и они с Тристаном вышли через стеклянные двери наружу. Терраса огибала дом, широкая и с высокими стенками, она показалась Кейт просто огромной. Мебели почти не было и тут – только деревянный стол и четыре стула, стоящие под широким белым зонтом.

Они сели.

– Раз полиция так быстро арестовала Хантли, должно быть, они уверены в его вине? – сказал Тристан.

– У них есть предполагаемые улики ДНК. Если они смогут связать их с Хайденом или другими жертвами, у них будет веский повод для предъявления обвинений, – ответила Кейт.

На террасу вышел Билл. Бев цеплялась за его руку, и в свете солнечных лучей она выглядела очень хрупкой и бледной. Они сели за стол напротив.

Кейт подробно рассказала им обо всех открытиях прошедших трех недель: о том, как она нашла имена Дэвида Ламба и Гейба Кемпа, написанные на крышке картонной коробки Джоанны, о том, как это привело их к Шелли Морден, которая была знакома с Дэвидом Ламбом, и о том, как они напали на след Макса Джеспера.

– За эти недели мы проработали множество версий, – закончила Кейт. – Но нам бы хотелось продолжить. Нужно сосредоточиться на коммуне Макса Джеспера и людях, которые были в нее вхожи. Почти все в этом расследовании так или иначе связаны с этой коммуной.

– Никогда не слышала об этом месте. А ты, Билл? – спросила Бев.

Он потер лицо. Рассказ Кейт, кажется, его встревожил.

– Я слышал о Максе Джеспере – из-за всей этой истории с правом о незаконном владении. Сейчас это здание стоит целое состояние. Помню, я даже проводил там пару деловых встреч. Некоторые мои клиенты любят обсуждать вопросы в дорогих ресторанах.

– Вы думаете, что Джо начала расследование, потому что Ной Хантли ходил в эту коммуну и увивался за местными парнишками? – спросила Бев.