Тьма в лучах солнца
Шрифт:
– Что здесь произошло? – не понимала Екатерина, глядя на то, как Генри сидел у поваленного шкафа.
– Долго объяснять, – лишь отрезал Генри, бросив на пол свой меч.
– Вам же прекрасно известно, что во время Совета Одиннадцати никому нельзя использовать магию, если это не зарегламентировано. А мечи и подавно надо было сдать ещё с утра в оружейную комнату. А то все остальные сдают по приезде, а вы? Вот сейчас я легко могу заявить на Совете, что здесь натворили Клайды, и мы будем вместо обычных обсуждений выбирать новых правителей Столицы и королевства Тьмы. Со вторым-то просто, можно объединить с Надой и делов-то. Но вот со Столицей сложнее будет, да Генри? – на удивление спокойно говорила Екатерина, несмотря на такие слова. – И хватит пить, до переговорной не дойдёшь.
Она с силой вырвала из рук Аббасты бутыль.
– Да что ты всё забираешь у меня? – уже чуть спокойнее спросил мужчина.
– Вот на что вы мне, – тихо выцедила Екатерина, мотнув головой.
– Прости за это, я должен был сам всё урегулировать, – вдруг начал Генри, обессилено наклонившись на шкаф.
– Какая тебе Столица, если ты не можешь даже спокойно поговорить с родным братом? – прошипела женщина, скрестив руки.
– А ты чего такая вспыльчивая? Мы один раз... чуть дуэль с Генри не устроили. Да тебе как-то было всё равно. А сейчас-то что? – с паузами и заметно концентрируясь на словах, спросил Аббаста.
– Ты уже пьян! Какой тебе Совет? – выкрикнул Генри.
– Зато я спокоен, – с кривой улыбкой заверил Аббаста икнув. – Так что такое, Кэти.. Кэт... Кэтрин? – он пытался вспомнить прежнее имя женщины.
– Не называй меня так. Я – Екатерина, меня так матушка назвала, так что будь добр, не коверкай моё имя, – выдала она, цыкнув на мужчину.
– Генри, я твою жену вообще не понимаю, – простонал Аббаста, подступив к брату и упав на его плечо. – Почему она такая злая сейчас? – поинтересовался он, прикрыв глаза. – Неужели переживаешь? Почему?
– Во имя Света, Генри, у тебя спирт, что ли? – игнорировала слова Аббасты Екатерина, понимая, что он прав.
– Это простой Раклайнд с выдержкой пятьдесят лет, – парировал Генри, скрестив руки на груди.
– Простой? Шутишь, что ли? Стакана хватит, что напиться в хлам. Тебе вообще оно зачем? – вскинув бровь, спросила Екатерина.
– С алкоголем я лучше засыпаю, – ответил Генри, чуть разведя плечи в сторону.
Екатерина поджала губы и посмотрела на бутылку.
– Если он будет молчать, то не всё так плохо, – вдруг признал король Столицы. – Уж лучше так, чем в каком состоянии он был.
– Ты опять его вывел? – выдала Екатерина на выдохе, посмотрев в окно.
– Я вам не пятно, чтобы меня выводить! – возмутился Аббаста, отойдя от брата и вновь взявшись за бутылку.
– Я сам завёлся. Но я, как быстро вспыхиваю, так быстро и потухаю, – признал Генри, выхватив алкоголь из рук брата, который только возмущённо фыркнул.
– Аббасту очень сложно вывести. Что ты ему наговорил? – не понимала Екатерина, вскинув руки кверху. – Хотя. Это твоя вина, сам решай эту проблему. Рук тут моих не было.
– Аббаста, – вдруг обратился к нему Генри. – Послушай меня, мы сейчас пойдём на Совет. Ты можешь вести себя нормально и трезво?
– А нормально, это как? – усмехнулся король Тёмных в ответ.
– Всё. Я пошла, – отмахнулась Екатерина, поправив свою военную форму.
Она аккуратно обошла бардак, что царил в комнате, и вышла прочь из помещения. Генри попытался уложить свои разлохматившиеся волосы, что стали такими после полёта к шкафу, но лишь цыкнул, постигнув неудачу. Король Столицы подступил к брату и аккуратно расправил его накидку.
– Пойдём, давай, – сказал Генри, махнув рукой мужчине, двинувшись к выходу.
– А у тебя чего такой бардак в кабинете? – поинтересовался Аббаста, подойдя к королю Столицы и оглядев его удивлёнными глазами. Генри лишь мотнул головой и тихо выругнулся.
– Тебя выводить себе дороже, каждый раз это понимаю, но всё равно наступаю на те же грабли, – признался король, выходя из помещения и посмотрев на стражу. – Пригласите ко мне в кабинет Фиолу и Рида.
– Как скажете, – уверил солдат.
Аббаста, услышав чей-то голос, пошёл намного ровнее. Выйдя из комнаты, он кивнул головой страже и двинулся следом за братом. Генри лишь обернулся и с удивлением осмотрел мужчину.
– Когда надо, ты можешь собраться, – выговорил король Столицы, чуть улыбнувшись брату.
Аббаста же молча, сфокусировался на своей походке, глядя под ноги.
– Слушай, я хотел бы извиниться за то, что мы устроили. Я и вправду много в чём виноват, но… Я очень рад, что ты рядом с Евой. И прости, что задел ту тему с Селеной. Я знаю, что ты ей дорожил, – начал говорить Генри.
– Что? – непонимающе переспросил Аббаста. – Ева? Да с ней всё хорошо... Мы тренируемся...
Генри скривившись, лишь шумно выдохнул.
Только они подступили к переговорной, как в коридоре показался король Земли – Фридрих Берн. Его короткие волосы каштанового цвета были ровно уложены. Ярко-коричневая форма имела узоры гор. Многочисленные ордена так и звенели от каждого движения.
– Ваше Величество, Фридрих Берн, доброе утро, – поздоровался правитель Столицы.
– Доброе утро, Генри и Аббаста Клайд, – выговорил Фридрих в ответ, чуть поклонившись.
Король Тёмных лишь кивнул и чуть задержал дыхание.
– Можем уже все пройти в переговорную, осталось ещё немного времени до начала. Я как раз хочу поговорить с Вами, – признался Генри, на что Фридрих кивнул.
Они открыли дверь напротив и вошли в просторный зал, где у стены уже сидела старшая охрана каждого правителя. Большой круглый стол вмещал двенадцать правителей. В центре столешницы была вырублена карта мира Наследников, где крупным рисунком выделялись все границы государств и их самые важные города. Рядом со столом стояли высокие кресла, на сиденьях которых были изображены подобающие гербы, соответствующие каждому королевству.
За столом на своём месте уже сидела Екатерина. Её никто не приглашал, но вряд ли королева Света хоть у кого-то спрашивала разрешения. Она мигом поднялась и совершила лёгкий реверанс.
– Ваше Величество, Фридрих, – поприветствовала Екатерина. – Генри, Аббаста, доброе утро.
– Доброе утро, Ваше Величество, – выдал король Земли, подступив к женщине и взяв её руку. Екатерина едва заметно дрогнула, но тут же натянуто приподняла уголки губ и позволила мужчине поцеловать запястье. Генри мельком наблюдал за ними. Губы невольно поджались, а лицо скривилось от подступающего чувства ревности. Но протяжно выдохнув, король Столицы аккуратно подтолкнул своего брата вперёд.