Чтение онлайн

Его собственное сердце первым сказало ему: ты победил в сражении за святых Божьих и Агнца. Ты победил!

Свет становился все ярче, заполняя комнату, тьма сжималась, рассеивалась и исчезала. Теперь Тол заметил свет, бьющий в окно. Солнечный луч? Да! Небесное воинство? Да!

Тол поднялся на ноги и стоял в ожидании, когда восстановятся силы. Постепенно они возвращались. Ангел шагнул вперед, затем еще и еще, он шел твердо и уверенно. Потом он расправил крылья, складку за складкой, и они раскинулись за его спиной, как сияющий атлас, унизанный бриллиантами. Тол замер, ожидая, пока они окрепнут.

Капитан глубоко вобрал в себя воздух, крепко взявшись за рукоятку меча обеими руками, затем он поднял его прямо перед собой и взмахнул крыльями. Теперь Тол был на воле, поднимаясь в чистое, ослепительно сияющее небо. Он посмотрел вверх и не заметил над собой ни тьмы, ни препятствий, ни туч.

Единственное, что было у него перед глазами, – это свет, свет, излучаемый Небесным воинством, расчищающим и прибирающим небеса от края до края. Воздух был так свеж, и он пах чистотой!

Тол скользил над маленьким уютным городком, возвращаясь к университету. Он подлетел как раз вовремя: увидел мелькающий свет полицейских автомобилей, скорой помощи и служебных машин, которые со всех сторон окружили здание… Где же Гило? О, где, где же этот задира Гило?

– Капитан Тол!

Полетев на зов, Тол опустился на крышу Эймс-холла, и друг-великан заключил Капитана в медвежьи объятия, грозя переломать ему все кости.

– Битва закончена! – воскликнул во все горло Гило, заливаясь счастливым смехом.

– Это… точно? – Тол хотел услышать эти слова еще раз.

Капитан огляделся, оценивая обстановку. Да, только далеко-далеко от города еще можно было заметить последние остатки ужасной тучи, продолжавшей рассеиваться под натиском Небесного воинства. Небо было голубым. Внизу он заметил Уцелевших, продолжающих петь и ликовать. Полиция заканчивала наводить порядок.

Норм Маттили, Джастин Паркер и Ал Лемли собрались вокруг Бернис и ее новой подруги.

– Вот это, – говорила им Бернис, – Сузан Якобсон. У нее найдется что вам показать.

Норм Маттили в восхищении пожал Сузан руку:

– Вы очень мужественная женщина! Сузан сквозь слезы радости и облегчения проговорила, указывая на Бернис:

– Мистер Маттили, посмотрите лучше сюда – перед вами сама храбрость, собственной персоной.

Бернис бросила внимательный взгляд на носилки, которые вынесли из здания два санитара. Тело Джулин Лангстрат было закрыто белой простыней. За носилками, в сопровождении двух собственных полицейских, в наручниках шел Альф Бруммель.

За бывшим шерифом следовал виновник торжества – Александр М. Касеф. Сузан проводила его долгим холодным взглядом, но он, ни разу не подняв глаз и не произнеся ни звука, под конвоем агентов ФБР с трудом влез в полицейскую машину.

Ханк и Мэри обнимались и плакали, счастливые, что все кончилось… И все равно, это было только начало. Поглядите-ка на всех этих задорных святых! Аллилуйя! – чего только не сделает Бог вместе с такими людьми!

Маршалл прижимал к себе Санди так крепко, как будто никогда раньше не держал ее в объятиях. Оба без конца просили друг у друга прощения, теперь им доставляло истинное удовольствие говорить друг другу полные любви теплые и нежные слова, которых обоим так недоставало раньше!

И потом… что это, неужели не сказка? Отбрось все сомнения и вопросы, Хоган, это действительно Кэт спешит к тебе! Ее лицо сияет, и ой-ой-ой, как она выглядит!

Все трое стояли обнявшись, обливая друг друга слезами.

– Маршалл, – говорила Кэт, растроганная и плачущая, – я не могла оставаться у мамы, когда услышала, что тебя арестовали\

– Увы!

– ответил Маршал, ласково ее обнимая.

– А как же иначе Богу удалось бы добиться моего внимания? Кэт крепче прижалась к мужу:

– О! Как прекрасны твои слова!

– Погоди, я тебе все расскажу!

Кэт внимательно всматривалась в окружавших их людей и наконец обратила внимание на суету вокруг.

– Это конец твоего… важного дела? – Он рассмеялся, обнимая сразу двух своих самых любимых женщин.

– Да! Это конец! Будьте уверены!

Генерал тронул Тола за плечо. Тот посмотрел вверх и увидел в его руках золотую трубу.

– Капитан, – спросил среброволосый ангел, – как нам совершить последний ритуал? Трубить победу?

Тол взял трубу и вдруг почувствовал, что ничего не видит из-за слез, застилавших ему глаза. Он отер их и посмотрел вниз, на поющих святых и их маленького пастора.

– Они… они никогда не смогут понять, что они свершили, – проговорил он.

Потом Капитан глубоко вздохнул, справляясь с наплывом чувств, и повернулся к своему верному товарищу по оружию.

– Гило, может быть, ты? – сказал он и протянул трубу могучему ангелу. Гило отказался:

– Капитан Тол, ты всегда сам трубишь победу.

– Тол улыбнулся, отдал ему трубу и сел на крышу.

– Дорогой друг… я слишком устал сегодня.

Гило на секунду задумался, а затем расхохотался во все горло, хлопнул Тола по спине и взмыл в воздух.

Звук победной фанфары был высоким и чистым. Гило трубил и к тому же ухитрялся подниматься вверх по спирали, как бы ввинчиваясь в небо.

– Он обожает подобные штучки!

– сказал Тол, Генерал смеялся.

У Ханка были Мэри и его маленькая новорожденная церковь, Маршалл снова обрел семью и был готов перекроить всю жизнь заново. Сузан и Кевину предстояло на какое-то время заняться исключительно свидетельскими показаниями. Бернис – она была в этом уверена – Маршалл поручит довести до конца начатое расследование. Но сейчас Бернис стояла избитая и измученная. Вдруг девушка почувствовала себя ужасно одинокой среди этих счастливых веселых людей. Она радовалась за каждого из них и, благодаря своему профессионализму, внешне прекрасно справлялась с ролью победителя. Но внутри, в душе, настоящая Бернис не могла побороть и скрыть за улыбкой тяжесть гнетущей, глубокой печали, которая была ее подругой уже долгое время.

Теперь она окончательно потеряла Пат. Может быть, загадка ее смерти и непреклонная решимость найти ответ удерживали живую Пат так долго и глубоко в ее сердце. Теперь не осталось ничего, что могло бы оттянуть последний шаг, который раньше Бернис не решалась сделать, сказать – прощай!

В ее сердце появилось непонятное глубокое томление, какого она не испытывала прежде, до встречи с очаровательной и странной Бетси. Неужели это Бог коснулся ее? Каким образом? И если это так, то что же ей делать дальше?

Бернис тихо отошла от ликующих людей. Небо было светлым, воздух теплым, в городке царили тишина и покой. Наверное, прогулка по усыпанной красным кирпичом дорожке успокоит ее и поможет обдумать, охватить все, что произошло вокруг нее и в ней самой.

Девушка остановилась под большим дубом, думая о Пат, о своей собственной судьбе, о том, как же ей теперь жить со всем этим. Она залилась слезами. «Может быть, нужно молиться?» – подумала Бернис. «Бог…», – прошептала она и запнулась, не зная, что же сказать дальше.