То, что останется после тебя…
Шрифт:
Тогда – я его абсолютно не запомнила после первой встрече, что меня очень забавляло и добавило немного пикантности всей этой ситуации.
Андрей, хвала Всевышнему, помахал рукой, когда подходил ко мне, ожидающей его, возле своей машины. Мы мило поболтали о чём – то малозначительном и расстались.
После встречи у меня осталось мягкое послевкусие – общение было настолько лёгким и непринуждённым, словно встретились старинные приятели, а не поверхностно знакомые люди.
Через несколько недель, абсолютно неожиданно, раздался звонок мне на мобильный:
«Светлана, добрый день, это Андрей. А что вы делаете вечером? Я хочу пригласить Вас поужинать вместе…»
Хм… неожиданный поворот…звонка я точно не ждала.
«Девки, ну не хочу я идти, он – судья арбитражного суда. Блин! О чём мы с ним будем говорить…?! Да и не в моём вкусе он… Не хочу …» – ныла я своим подругам – адвокатессам за обедом, но железобетонный аргумент одной из них: «Света, тебя когда приглашали в ресторан последний раз?!» – стал решающим в принятии положительного решения…
Я сдалась под их натиском, тем более, что это была сущая правда: в ресторан меня никто не приглашал уже тысячу лет, поэтому чего бы не сходить поужинать и поболтать, возможно, что и на профессиональные темы.
К моему удивлению, Андрей оказался не просто судьёй Арбитражного суда, но и очень интересным собеседником. Он рассказывал о том, как закончил изначально военное училище в Челябинске, отслужил двенадцать лет в армии, неся службу сначала за рубежом, затем в Санкт – Петербурге, а уволившись, вернулся в Челябинск.
Рассказал, что работал юристом, потом устроился в Арбитражный суд сначала секретарём судебного заседания, специалистом, потом стал помощником судьи…
Ему явно не хватало простого человеческого общения и внимательного слушателя его рассказов и воспоминаний… Ведь это так важно, чтобы тебя кто – то просто слушал…Кто – то близкий.
К тому же, он был в разводе уже почти год (что являлось для меня важным) и поэтому наши встречи продолжились: поездки на рыбалку, прогулки по осеннему лесу, поездки вместе в монастырь в Троицк…
Через две недели он сказал : «Выходи за меня замуж…»
А я, уже знавшая, что у него неоперабельный рак, конечно же сказала «Я согласна»
Ему было сорок восемь лет, мне – сорок три года…
Забегая вперёд, скажу, что на нашей свадьбе тамада – Алексей Кнышенко (спасибо Вам за прекрасные все, сопровождаемые Вами, наши праздники!) шутил : « Это просто безобразие какое – то, уважаемые гости! Мне явно придётся возвращать часть моего гонорара за этот праздник! Я не отрабатываю его, потому что просто не успеваю говорить «Горько!» – они и так всё время целуются»
Это было стремительно и просто крышесносно развивающееся чувство…
Я говорю это к тому, что любовь нельзя найти – её можно только встретить. Неожиданно для себя встретить….
Нечаянно… когда не ждёшь…
Совсем – совсем не ждёшь и не ищешь…
Между главами. Определись, чего ты хочешь
«Вся жизнь… есть дивная тайна, известная только одному Богу.
Нет в жизни случайных сцеплений обстоятельств – все промыслительно.»
/Преподобный Варсонофий Оптинский./
Надо сказать, что в те две недели, между нашей встречей у матушки Ларисы в монастыре и звонком Андрея мне с предложением поужинать, я ещё раз съездила в монастырь в Троицк, ведь в первый приезд мы не успели толком пообщаться и осталась какая-то незавершённость поездки.
Да и Лена, моя подзащитная, пообещала привезти для игуменьи монастыря – Матушки Ксении, какие-то лекарственные мази и витамины, которых не было почему – то в аптеках Троицка.
Итак, мы приехали в монастырь, это была середина рабочей недели и обеденное время, когда утренняя служба уже прошла, а до вечерней ещё было время и монастырский Храм был пуст, когда мы в него вошли: Матушка Лариса, Елена и я.
Помолившись у икон и приложившись к святыням, я уже собралась выходить, как в этот момент из Алтаря вышел священник и Матушка Лариса, обратившись к нему и ко мне практически одновременно, попросила его о возможности принять у меня и исповедь, а меня – о желании исповедоваться.
Я очень растерялась, потому что вопрос был неожиданным и застал меня врасплох… Но я, конечно же, ответила согласием, потому что… Хотя, не буде ничего выдумывать по прошествии стольких лет и скажу честно – не знаю, почему.
Это была первая в моей жизни исповедь. Спонтанная, но очень искренняя с градом слёз, вдруг полившихся из моих глаз ручьями.
Надо отдать должное тактичности отца Владимира (так зовут батюшку, меня исповедовавшего и, как впоследствии выяснилось, он же за несколько лет до этого совершил обряд Крещения Андрея…), он не просил меня прям перечислять в подробностях мои грехи, а, видя моё смущение и замешательство, просто спросил меня о том, что беспокоит… Беспокоило меня непонятно что – поэтому ответом были слёзы, а исповедь сумбурной, с какими – то перечислениями давно забытых мной, но вдруг всплывших из глубин памяти, ситуаций, которые, видимо, накапливаясь где – то в глубине подсознания, тревожили меня… Как мне казалось, я несла какой -то бессвязный бред, перескакивая с одного на другое в этой неожиданной исповеди, но после неё мне вдруг стало легче…
Когда мы вернулись из Храма в келью Матушки Ларисы, она вдруг спросила у меня, глядя своим пронзающим насквозь, но очень добрым взглядом: «А почему ты не замужем? Молодая ещё…. Хочешь замуж?»
Я, слегка оторопев от неожиданного вопроса, робко ответила: «Хочу…»
Нет, ну а что я должна была ответить самой настоящей монахине в самом настоящем монастыре..?! Особенно если учитывать то, что я только что рыдала на первой в моей жизни исповеди о своей, как мне казалось, какой-то непонятной жизни…При том, что мне всегда все, сколько я себя помню, завидовали:
В школе – потому что у меня класса с седьмого школьная форма была не из магазина, а сшитая «на заказ» с воротником «стойкой» и зауженная книзу…
В институте – потому что «вон идёт наша староста группы, настоящая дама и звезда команды КВН, сдающая сессии без «хвостов», бывающая при этом чаще на сцене, чем на лекциях»
Да и потом, где бы я ни работала, коллегам всегда казалось, что мне всё незаслуженно легко даётся…
Возвращаясь к вопросу Матушки Ларисы о моём желании или не желании замужества, я, конечно же, сказала, что хочу, хотя где-то в глубине души меня сразу же начала мучить совесть, что я сказала не совсем то, что хочу на самом деле. Потому что я вовсе не горела желанием менять свою свободу на непонятно что! Да и претендентов вокруг как – то подозрительно не было…как можно хотеть то, чего нет..?!