Чтение онлайн

Я пулей вылетаю из магазина, крепко зажав в руке неоплаченные цветы.

— В баре «У Тони» на бульваре Магнолия. Мы на парковке через дорогу напротив.

— Буду там через десять минут, — рявкаю я, залезая в машину и бросая букет на заднее сиденье. — Она ранена? Дышит? Она может говорить?

— П-похоже, она не ранена, только на ладонях немного содрана кожа, и да, кажется, она нормально дышит. Блейк едва в сознании, поэтому не думаю, что она может разговаривать по телефону. Она только все время снова и снова повторяет ваше имя.

Превышение скорости и украденные цветы на заднем сиденье волнуют меня меньше всего, пока я на всех парах мчусь к бару. К счастью, мне удается добраться туда, не привлекая внимание полиции. Влетая на парковку, как сумасшедший, я тут же замечаю ее машину и паркуюсь рядом с ней настолько близко, насколько это возможно. Я выпрыгиваю из своего автомобиля и опрометью несусь туда, где Блейк без чувств лежит на коленях у какого-то парня. Пещерный человек внутри меня вырывает ее из его рук и крепко прижимает к своей груди.

— Все хорошо, Блейк, я здесь. Это Мэдден, я с тобой. Все будет хорошо, — успокаивающим голосом шепчу я, свободной рукой гладя ее по волосам.

Я чувствую, что, когда мои слова доходят до ее сознания, и она понимает, что это я, ее рука, лежащая на моей шее, напрягается.

— Мэдден, ты пришел, — слабо бормочет она. — У меня опять был... один из этих…

— Ш-ш-ш, не надо мне ничего объяснять. Сейчас ты со мной.

Парень стоит там, глазея на нас, и очевидно ждет объяснений тому, что происходит.

— Мужик, теперь я с этим разберусь. Спасибо, что позвонил, — благодарю я его, надеясь, что он догадается и оставит нас одних.

— С ней все будет хорошо? Что это было?

«Не твое долбаное дело, что это было», — так и хочется сказать мне ему, но я вспоминаю, что если бы не он, то Блейк, возможно, все еще лежала бы на земле.

— Время от времени с ней случаются приступы головокружения. Она будет в порядке, после того, как поест и хорошенько отдохнет.

— Ладно, понятно. У нее есть мой номер телефона, пожалуйста, передайте ей, чтобы она мне перезвонила. Я буду о ней беспокоиться. Она милая девушка.

Мой самоконтроль не выдерживает такого испытания.

— Я же сказал тебе, что с ней все будет нормально. Тебе не надо за нее волноваться, а ей не надо тебе звонить. Я позабочусь о ней, — рычу я, — и она моя милая девушка.

Я знаю, что похож на старомодного, властного придурка, но мне все равно.

Я несу ее в свою машину и аккуратно устраиваю на пассажирское сиденье, решив оставить ее «Джетту» здесь на ночь. Если ее эвакуируют, я заплачу за нее штраф. Черт, в таком случае я куплю ей новую гребаную машину, мне только нужно забрать ее к себе домой. По дороге я звоню Саре, кратко обрисовывая ей состояние Блейк, и, благослови ее бог, она не задает никаких вопросов, просто делает все, что нужно, чтобы помочь нам. Видно невооруженным взглядом, как они привязаны друг к другу. Думаю, за то непродолжительное время, что я ходил на работу, оставляя их вдвоем, они нашли общий язык.

Сара ожидает меня у черного входа, когда я, прижимая к себе ослабевшее тело Блейк, подхожу к дому. К тому моменту, как я поднимаюсь наверх, в спальне на кровати уже расстелены полотенца, и я кладу ее, чтобы полностью оценить ее состояние. Внимательно изучив каждый сантиметр, я прихожу к выводу, что парень был прав: кроме нескольких царапин на ладонях у нее нет никаких травм.

Она медленно начинает приходить в себя, явно сконфузившись от того, что видит вокруг себя, когда впервые открывает глаза. Я склоняюсь над ней, чтобы она смогла сфокусироваться на моем лице и понять, что находится в безопасности под моей защитой.

— Привет, Блейк, — мягко говорю я. — Ты у меня дома, сладкая девочка.

Сотрясаясь всем телом, она поднимает голову и оглядывает комнату, прежде чем сосредоточиться на моем взгляде.

— Мне так жаль, — шепчет она.

Когда она произносит эти слова, ее нижняя губа начитает непроизвольно дрожать.

— Нет, нет, пожалуйста, не говори так, — успокаиваю я ее.

Я поднимаю руку к ее лицу и глажу по щеке.

— Все хорошо. Я рад, что ты не пострадала, и что ты теперь со мной. Все будет хорошо.

Она наклоняет голову навстречу моему прикосновению.

— Все и было так хорошо. У меня ничего не было почти две недели, и я действительно думала, что все налаживается… что я избавляюсь от всего плохого.

— Медленно, но верно, сладкая девочка, — напоминаю я ей. — Ты отлично справляешься. Что бы это ни было, оно не исчезнет мгновенно.

Мне так сильно хочется спросить у нее, что же это, я схожу с ума, почти ничего не зная о ее прошлом и том ужасе, от которого она никак не может освободиться, но я пообещал, что не буду давить на нее, и не собираюсь терять ее доверие теперь.

После того как мы оба съели ужин, приготовленный Сарой, вернее ел я, а Блейк просто гоняла еду по тарелке, я наполнил для нас горячую ванну с пеной. Блейк была очень тихой и замкнутой, и я хотел, чтобы она почувствовала себя лучше. Ненавижу быть беспомощным, но, не зная, что с ней произошло и почему с ней случаются припадки, все, что мне остается, это только ласкать и поддерживать ее. Раздев нас обоих, я первым захожу в теплую успокаивающую воду и сажусь, а затем беру ее за руку, чтобы поддержать, когда она следует за мной. Уютно устроившись между моих ног, она откидывается мне на грудь и шумно выдыхает воздух из легких. И я почти тотчас же чувствую, как вместе с ним переходит в воду частичка ее скованности и напряжения. Зарывшись лицом в ее волосы, я, не шевелясь, нежно целую ее во впадинку на шее. Моя главная цель заставить ее расслабиться.

— Я была замужем прежде, — просто говорит она, прерывая несколькими минутами спустя наше молчание.

Это откровение застает меня врасплох, тысячи вопросов крутятся у меня в голове, но я не задаю ни одного из них. Я поклялся, что мы будем двигаться вперед в ее темпе.

— Я была молодой и наивной. Он баловал и лелеял меня, а в семнадцать лет это многое значит, он обращался со мной, как с принц… — она мотает головой, не закончив фразу. — Он обманул меня, заставив поверить, что был одним человеком, хотя на самом деле оказался совсем не таким, а к тому времени, когда это выяснилось, я уже слишком глубоко увязла.

Пока она говорит, я вожу подушечками пальцев вверх и вниз по ее худым рукам с выдающимися наружу костями. Несмотря на бесчисленное количество эмоций: ярость, смущение, бессилие, ревность, пульсирующих по моим венам, я пытаюсь успокоить и поддержать ее.

— Из-за него у меня случаются припадки, и, хотя его уже нет, они не оставляют меня. Я не могу от них убежать. Иногда воспоминания вызывает какая-то глупая мелочь, иногда я вижу их во сне. Я никогда не знаю, когда это произойдет. Именно поэтому я не люблю посещать никакие мероприятия и вообще выходить из дома.