Точка бифуркации
Шрифт:
Конечно, Кирилл не рассказывал Веронике (или Валерии?) про нижегородского подрядчика. Он планировал её соблазнить, а не испугать до чёртиков. Девушка и так оказалась излишне сомневающейся. Хорошо, что начал действовать алкоголь, Вероника (или Валерия? Кирилл никак не мог вспомнить её имя) расслабилась, смирилась с недюжинной фантазией молодого спутника, подсевшего за столик полтора часа назад, и увлеченно подыгрывала. В этом нет ничего нового, все реагируют примерно одинаково.
– Можно ведь и банк ограбить? – девушка пыталась придумать что-нибудь новенькое.
– Нет, при откате системы нельзя оставить ничего материального, только твои воспоминания.
– И оператора.
– Да, – Кирилл охотно поддакивал, в конце концов они должны говорить о нём.
– Тааак… – Вероника (или Валерия?) надолго задумалась, Кирилл воспользовался заминкой и жестом попросил официанта повторить напитки. – Тогда можно изменить мужу. Никто же не узнает.
– Ты замужем?
– Нет, – девушка продемонстрировала свободный от кольца безымянный палец. – Хотя оператор ведь всё запомнит. Некрасивая сцена получится.
– Оператор всего лишь функция. Считай он обезличен.
На самом деле, как бы не так. Первый год Кирилла натурально трясло от ужаса и отвращения. Он пожимал руку закончившим игру Клиентам, пересиливая удивление, презрение и ненависть. Очень сложно смириться с увиденным несколько часов назад и лицезреть довольные лица богатых извращенцев. До сих пор, Кирилл тяжело переносил сцены жестоких изнасилований, которые встречались всё чаще. У Оператора появлялись мысли о вариантах выхода из этой опасной игры. Смущало грозившее безденежье, а к высоким заработкам молодой человек быстро привык. А ещё Кирилл боялся собственного руководства. Руководства, которое он ни разу в жизни не видел лично.
Кирилла завербовали три года назад. Со смешком и показным недоверием он явился на презентацию. Точно уже не вспомнить, но скорее всего ему потребовалось не меньше недели для осознания новой реальности. Ему предложили создавать и замыкать петли времени. А ещё ему предложили за это огромные, фантастические деньги. Он был честно предупрежден о постоянных перелётах, ненормированном рабочем дне и прочих бытовых неудобствах, но, черт побери, разве мог он отказаться от такого предложения?
Достаточно быстро выяснилось, что работа не подразумевала никакого контакта с коллективом. Оператор получал предписания, назначения и задания под своей учётной записью в специально разработанном личном кабинете в глубинах даркнета. Работодатель и неведомые вышестоящие органы в его лице лаконично именовали себя Фирмой. Он ничего не знал о структуре компании, её подразделениях, масштабе и географии работы. Однако его счета, открытые в банках разных юрисдикций, исправно пополнялись. А к особенностям работы он быстро не то чтобы привык, но свыкся. Мама считала, что её сын коммивояжёр (похоже ей очень нравилось само слово) и не задавала лишних вопросов. А своей семьей молодой человек ещё не обзавёлся.
– Ты правда считаешь, что это аргумент для девушки за которой будут подглядывать? – Вероника (пусть будет Вероникой решил Кирилл) в шутку похлопала Оператора по руке.
Тактильный контакт очень важен: алкоголь и обаяние, о котором питал искренние иллюзии молодой человек, начинали брать своё.
– Тогда проще изменить мужу сразу с оператором, – Кирилл пошёл ва-банк и замер в ожидании реакции.
– И какая экономия денег! – девушка рассмеялась, и молодой человек облегченно выдохнул: всё шло по плану.
– Это точно, – добавил он в тон Вероники.
– А какой самый необычный сеанс ты проводил?
– Смотря что считать необычным, – Кирилл немного подумал. – Есть у меня один клиент, в Питере. Он заказывает сразу сутки. Двадцать четыре часа. Это очень дорого. Итак, представь: начинаем с утра пораньше. Он посылает по всем в стране известному адресу жену и тёщу. Тёще, кстати достается целая гневная отповедь. Короче, клиент всех посылает, закрывается дома с пиццей и вёдрами мороженного, отключает телефон и до ночи смотрит фильмы, – Кирилл победно посмотрел на девушку и пояснил, – график у человека напряженный. Домашние раздражают, а в реальности сделать ничего не может. Вот и нашёл способ отдыхать, чтобы голова окончательно не закипела.
– Странно, – Вероника легкомысленно хихикает уже не переставая. – Развелся бы с женой и все дела.
– У богатых свои причуды. Ему проще заплатить и перезагрузиться таким образом.
– Интересная у тебя работа.
Вероника пересела поближе. Глаза девушки уже блестели, выдавая алкогольное опьянение. Осталось чуток дожать и вечер можно будет считать удавшимся. Сам Кирилл старался уже не пить, долгая дорога до Екатеринбурга, хронический недосып и предстоящая бурная ночь оставляли всё меньше шансов на чистую голову в завтрашнем рабочем дне.
Музыкальный репертуар в отельном ресторане не отличался изысканностью. Как только закончилась песня про некоего Виктора, которому было необходимо срочно выйти, сразу приступила к выступлению немолодая в общем то женщина, обещавшая танцевать то в блузочке, то без. Бодрые ритмы песенки тётки с выпадающей загорелой грудью вроде как обязывали выйти молодую пару на танцпол, но Вероника к счастью не рвалась танцевать.
– А ничего что ты мне это рассказываешь? – девушка вдруг стала серьезной.
– Тебе же всё равно никто не поверит.
Кирилл отмахнулся от вопроса совершенно искренне. Какой-то незнакомец рассказал о возможности зафиксировать тебя в конкретной точке пространства и времени, а затем вернуть после строго оговоренного срока в те же условия чтобы не произошло за отведенное время? «Пфф» – ответит любой здравомыслящий человек. Кирилл и сам так ответил, когда впервые услышал…
***
Пятница. Екатеринбург.
Вероника ушла через пару часов после полуночи. Кирилл не следил за временем, сразу завалился спать. Утром сказывался нарушенный постоянными перелётами график сна и выпитый вечером алкоголь – голова немного шумела, желудок напоминал о своем существовании противной сосущей болью. Хорошо, что не забыл выпить болеутоляющее перед тем как уснуть. По опыту Оператор знал – спать с головной болью, значит не выспаться совсем.
В очередной раз порадовавшись собственной находчивости в борьбе с похмельем, он простоял десять минут под контрастным душем, побрился и был почти готов к любой нагрузке. Оставалось плотно позавтракать.
Ресторан гостиницы огорчил скудным выбором блюд, но горячая яичница и свежий хлеб оказались вполне сносными. Больше всего порадовали две вещи: настоящий свежевыжатый сок и отсутствие Вероники. Девушка ещё отсыпалась. Она, как и Кирилл, была командировочная. Её забирали в банк, название которого он не запомнил, после девяти. Оператора же клиент ждал у входа в отель ровно в восемь.
Не спрашивая разрешения немногочисленного персонала, Кирилл самостоятельно налил три порции эспрессо в граненый стакан для сока и отправился обратно в номер. Перед работой добросовестный Оператор всегда тратил время на изучение Клиента и его досье, составленного неизвестными аналитиками Фирмы. Накануне после прилёта он получил у курьера расходники и терминал, документы же присылали по электронной почте.
– Итак, здравствуйте, Вадим Аронович.
Кирилл загрузил досье очередного Клиента. Что ж, опытный человек. Вадим Аронович шёл на свой четвертый сеанс, хотя в этот раз ему предоставили нового Оператора. Это могло стать проблемой. Сеансы с одним Оператором важны в таком деликатном деле как услуга петли времени. Клиент привыкает к Оператору, расслабляется. К сожалению, привычный Вадиму Ароновичу Оператор прилететь видимо не смог. Вместо него в срочном порядке и отправили Кирилла. Вряд ли Клиент откажется от сеанса – весомый аванс платится вперед, а смена Оператора не считается основанием для отмены сделки по вине исполнителя. Как-то так Кирилл в соответствии с одной из инструкций должен был аргументировать своё появление перед Клиентом.