Чтение онлайн

– Ты так не думал, когда они помогали тебе…

– Они помогали себе. И я не забывал об этом ни на мгновение, – он смотрел прямо.

– Казалось, что ты…

– Казалось. То, что я их терпел и ровно общался – не признак дружбы, – ледяные глаза, как и положено льду, были безразличны. – Наконец-то всё закончилось. Я не хочу продолжать общение. Да и о чём с ними разговаривать? О премии или о том, куда теперь податься безработному Кортэру? Или об оборотах нашего семейного бизнеса? Мы из разных миров, Эстия. Ты тоже не особо с этой Анной сблизилась. Ты в их доме, как лебедь в курятнике. Они нам не ровня, и так было всегда.

– Понятно, – кивнула ведьма. – А мне нравилась их семья. Они такие дружные. Но, ты прав, поддержать разговор с той же Анной мне тяжело. Мы разные. Говорить не о чем.

– Среда создаёт человека, – развёл руками Дрейк. – Именно поэтому знатные чураются простых. Легко завязнуть в трясине и стать, как они.

– Они не плохие.

– Они простые. Они мыслят узко – только в том, что им доступно. А доступно им очень мало.

– Почему тогда у тебя нет друзей из числа знати? – она внимательно смотрела на него, наклонив голову.

– А зачем они мне?

– Эрик и Ирвин прикрывали тебе спину.

Маг фыркнул.

– Знатные друзья вряд ли решили бы так подставиться.

– Значит, решение могло быть в иной плоскости. Через связи, через наёмных людей, – она устроилась поудобнее, подогнув под себя ноги.

– Эстия, к чему это всё? У тебя нет друзей. У меня нет друзей. У твоего отца и тёти нет друзей. У моих родителей – тем более. Быть знатным – это быть одиноким. Единственное, что мы можем – это создать связи. Полезные связи, – он смотрел ей в глаза. – К тому же, дружить – это накладно по времени.

– Но дружба же что-то даёт людям?! – Эстия была похожа на себя-прежнюю, в её глазах появились эмоции. – Когда я общалась с Марко, мне было хорошо. Он был глотком свежего воздуха, он вечно куда-то меня звал, мы бывали в интересных местах…

– А потом он тебя предал, – скривился Дрейк.

– Когда на него стали давить. Но как приятель – не скажу, что друг – он был для меня важен.

Дрейк пожал плечами.

– У меня друзей не было. И я не страдаю от этого. Как и от того, что я не люблю вечеринки, на которые тебя таскал Кадини. Ты, я думаю, тоже не из тех, кому туда надо.

– А дружба между мужчиной и женщиной?.. – Эстия с интересом взглянула в лицо мужа.

– Невозможна, – припечатал он. – Если женщина нравится – она нравится. И это уже не дружба.

– А общение? Может же просто нравиться общаться с женщиной? – она поправила медную прядь.

Дрейк скептически приподнял бровь.

– Но ты же со мной общаешься! – ведьма непонимающе на него взглянула.

– Это не дружба, – он слегка улыбнулся. – Это любовные отношения. Я же тебе как мужчина интересен, а не как приятель, – рассмеялся он, приобнимая жену и целуя её.

Эстия слегка улыбнулась.

– Ты спешишь куда-то.

Он бросил на неё короткий взгляд.

– Ты стала много чувствовать.

– Нет. Я просто знаю. Чувствовать мне больно, – она смотрела ему в глаза, и при этом её взгляд снова стал слегка расфокусированным. – Ты в особняк?

– Да, – он сжал губы. – Отец внезапно прислал весть. Этот чёртов семейный бизнес… – он был недоволен. – Нужно моё присутствие. Я надеюсь вернуться через пару часов. Ты побудешь дома?

– Да.

Он поцеловал её в висок.

– Отдыхай. Я скоро.

В семье Морель умели заботиться о жёнах. Не волновать их своими проблемами, не расстраивать новостями. Создавать уют и безопасность.

Женщине нужно защищённое пространство и комфорт – тогда она расцветает.

Женщину надо изолировать от тягот жизни, тревог, трудных выборов и размышлений – большего ей и не нужно, такова её природа.

Женщина – это украшение дома и повод для гордости, это показатель состоятельности мужчины.

Так было всегда. Морели умели делать женщин счастливыми.

Он смотрел в Вечность. Вечность смотрела в него. Вечность была внутри и снаружи.

– Надоело, – сказал он ей.

Вечность промолчала.

– Ты скучна. Тебе нечего мне предложить.

Вечность усмехнулась. Дерзко и насмешливо. Напоминая…

– Ты даже Сиггрид у меня забрала.

Вечность покачала головой, как будто услышала сущую глупость.

– Ну ладно, ладно. Не ты забрала. Она сама сбежала.

Вечность фыркнула.

– Вот не надо мне тут, – возмутился колдун. – Я точно не при чём. И кто придумал валькирий, не понимаю. Зачем приходить на Землю так ненадолго? Хлебнуть горя, чтобы уйти без сожалений, что ли?

Вечность вздохнула.

– Мерзко это с их стороны. Ты там им, богам этим, передай. Дуры всякие живут всю жизнь спокойно, а эти, лучшие, уходят так рано. Несправедливо, однако же. Вечность, а, Вечность? Чего молчишь? Нечего возразить, да? Нечем крыть? Скоро вторую валькирию у меня отберёшь? Нормально вы так с меня взяли. Где-то задолжал, что ли?

Вечность молчала.

– Не хватает мне её, Вечность. Как Эстия ушла из дома, врать сложнее стало. Не врётся мне уже, Вечность. Тухло тут без этого чудища с секирой. Даже поговорить не с кем. Ты же молчишь. Вечность, а, Вечность – давай баш на баш. Я от тебя отстану, а ты мне мою вернёшь? А? Что молчишь, Вечность? Не можешь? Слаба? Эх, всегда так. Даже Вечность – и та ни на что не способна. Да ладно тебе, не обижайся. Ну не можешь – что поделаешь. Я тоже много чего не могу. Придётся нам с тобой время коротать. Уж извини. Ты от меня сбежать не сможешь – не то, что некоторые…

–…В общем, захожу я в конюшню, а там – она, – глаза Ирвина горели. – Лошадь чистит. Я сначала подумал – ну и ладно. Потом присмотрелся…

– Потому что она на тебя внимания не обратила? – рассмеялась Анна, накладывая гостю еду в тарелку.

Ирвин покосился на хозяйку. На кухне ярко горела люстра, закипал чайник на плите. Дух-помощник магическим образом мыл посуду.

– Ну что ты такая умная, а? Нет, ну а правда! Я зашёл, а она даже не повернулась на меня!

– Возмутительно! Угощайся, Ирвин.

– Ммм, Анна, ты настоящая волшебница, – маг с наслаждением вдохнул аромат мяса с гарниром. – Домашняя еда – это потрясающе.

– Преимущества семейной жизни, – усмехнулся Эрик, заходя на кухню.

Анна подошла к нему, муж нежно её приобнял и поцеловал в висок.

– Как ты себя чувствуешь? – тихо спросил он, положив руку на её объёмный живот. – Не сильно пинается?

– Пинается, – улыбнулась та. – Готовится вовсю, тренируется, – глаза Анны мягко сияли. – Эрик, не волнуйся так, всё будет хорошо.