Чтение онлайн

Следующие фразы Хардинг буквально выплюнул:

— Даю слово. Отвечу, если нарушу.

— Мы вас услышали, мистер Хардинг. Прощайте.

Его отпустили. Он подобрал шляпу, выпрямился и, зыркнув на обидчиков исподлобья, побрёл по улице. Красноречивый «брат» сказал Стэну:

— Приносим извинения, мистер, за это досадное происшествие. Всего доброго.

Стэн остался один.

Постоял ещё с полминуты, выдохнул и зашагал к машине. Сел за руль и задумался.

В сцене, которую он сейчас наблюдал, было что-то неправильное, фальшивое.

Постановка?

Нет, Хардинг не играл. Когда он смотрел на Стэна, в его взгляде была совершенно искренняя, незамутнённая ненависть.

А вот эти два охранника…

Слишком уж вовремя они появились. Прямо-таки секунда в секунду.

Хотя опять же — они могли наблюдать за Хардингом в зале. Заметили, что он собрался бить морду Стэну, и вышли следом. Тоже, в общем, правдоподобно…

Стэн размышлял об этом всю дорогу домой, но так и не пришёл к определённому мнению. Припарковался под окнами, шагнул в холл. Выгреб рекламный мусор из почтового ящика и увидел конверт.

Обратный адрес отсутствовал. В записке был телефонный номер с коротким текстом: «Знаю про Эрика».

Стэн поднялся в контору и, не снимая плащ, принялся крутить телефонный диск. Ответили почти сразу, после второго гудка, будто собеседник дежурил у аппарата:

— Слушаю.

— Добрый вечер. Это Стэн Логвин. Я получил письмо.

— Да, мистер Логвин. Я вам звонил в течение дня, но не застал ни разу. Пришлось оставить записку.

— Она без подписи.

— Моё имя сейчас не играет роли. Важно другое — я знаю, чем вы заняты, и могу дать подсказку. На определённых условиях, разумеется. Обговорим их при встрече.

— Хорошо, — сказал Стэн. — Когда?

— Чем скорее, тем лучше. Давайте, например, через полчаса.

— Говорите адрес.

— Встретимся на нейтральной территории, так будет разумнее. Въезд на Совиный Холм со стороны центра. Знаете там заправку?

— Припоминаю.

— Подъезжайте туда. Выйдите из машины и ждите у магазинчика.

— Ладно, постараюсь успеть.

Стэн спустился к машине и снова погнал её по намокшим улицам. Встречные фары двоились в лужах, дождь плевался в стекло. Холм с размытыми пятнами фонарей надвигался, как дохлый кит, заляпанный фосфором.

Стэн подкатил к заправочной станции. Возле колонки стоял пикап, с ним возился заправщик в блестящем дождевике. Чуть поодаль припарковался полуспортивный «геккон» иссиня-чёрного цвета.

Выйдя из машины, Стэн направился к магазинчику. Ярко светились окна, внутри виднелся лоток с газетами и стеллаж, на котором пестрели банки с крем-содой и хрустящая картошка в пакетах.

— Мистер Логвин?

Из-за угла показался мужчина среднего роста — он заметно сутулился, а шляпа была надвинута на глаза, чтобы скрыть лицо. Как только Стэн шагнул в его сторону, переговорщик отодвинулся дальше в тень и предостерёг:

— Не подходите близко. Я предпочёл бы сохранить анонимность. Схема простая — вы передаёте мне требуемую сумму, я сообщаю вам информацию.

— Мне жаль вас разочаровывать, — сказал Стэн, — но ваша конспирация несколько неуклюжа. Во-первых, у меня есть ваш телефонный номер. Во-вторых, побьюсь об заклад, что вон тот «геккон» принадлежит вам. Его номер я теперь тоже видел. Поверьте, выяснить ваше имя не составит труда. Поэтому давайте не будем всё усложнять.

Собеседник, похоже, несколько растерялся. Но, поколебавшись, всё-таки поднял голову. Стэн пригляделся:

— Вот, уже интереснее. Я, кажется, вас узнал. Это ведь вы сегодня утром хандрили в кафе у Януша? Сидели один за столиком с пустой чашкой…

— Правильно, мистер Логвин, — пробурчал конспиратор. — Можете считать, что я оценил вашу наблюдательность. И да, я не слишком опытен в этих шпионских играх. Мне от них тошно, я человек совершенно другого склада…

— Тем не менее вы подслушали мой разговор с хозяином.

— Я не подслушивал специально! Но там было тихо, а вы разговаривали не шёпотом!

— Почему же вы сразу не подошли ко мне?

— Сомневался. Объясняю же — мне претит всё это вынюхивание, да и с Эриком мы отнюдь не приятели… Но так вышло, что у меня сейчас некоторая стеснённость в финансах… А тут ещё Жан-Люк днём рассказал про вас и упомянул, что у него есть ваша визитка. В общем, я решил-таки позвонить…

— Вы правильно сделали, — сказал Стэн. — Но всё же — как ваше имя? Будет удобнее разговаривать.

— Артур Броуди, если для вас это настолько принципиально.

— Рад познакомиться. Ну что ж, мистер Броуди, я внимательно слушаю. Что вы хотели мне сообщить?

— Деньги вперёд, пожалуйста. Пять сотен.

Стэн уважительно хмыкнул:

— У вас железная хватка. Но признаюсь вам по секрету — это сумма в два с половиной раза превышает мой гонорар. Впрочем, понимаю — у нас с вами разные ориентиры в этих вопросах. Ваш автомобиль, например, в разы дороже, чем мой.

— Это был подарок отца на совершеннолетие! Он не имеет отношения к делу! И вообще, я не обязан перед вами оправдываться! Не желаете сделку — ладно. Пусть это будет на вашей совести…

— Мистер Броуди, два момента. Во-первых, покупка кота в мешке — не в моих привычках. Не зная конкретики, я не стал бы платить — даже если вы запросили бы не пять сотен, а три гроша. А во-вторых… Что значит — на моей совести? Если Эрик попал в беду, а вы скрываете информацию, то это называется соучастием…

— Я непричастен к этой истории! Это полный абсурд — я хочу помочь, хотя терпеть не могу этого самовлюблённого идиота, а вы меня обвиняете!

Он выглядел так, будто готов был заплакать. Стэн мягко сказал:

— Если действительно хотите помочь, просто расскажите мне всё. Где Эрик сейчас? Что произошло?

— Не знаю! Но я тоже видел, как он в закусочной разговаривал с каким-то громилой. И даже знаю, как этого громилу зовут. Слышал, как Эрик обращался к нему…

— Да, его зовут Крис. Спасибо, я уже в курсе. Вы правда думали, что я отвалю за это пять сотен?

— Н-нет… То есть не совсем… Неделю назад я вечером спускался по лестнице, а Эрик поднимался навстречу… И он был пьян совершенно — едва на ногах стоял и ничего не соображал, по-моему. Чуть не налетел на меня. Я хотел обойти его, но он загородил проход, да ещё и ухватил меня за рукав… Таращился на меня бессмысленным взглядом… Если б вы знали, как это было противно и омерзительно! Впрочем, это было в его манере — ему наплевать на то, насколько комфортно с ним приходится остальным… А я в тот момент ненавидел его особенно сильно, но никак не мог отцепиться… Потом он вдруг пробормотал что-то вроде: «Вот так-то, Броуди. Десятая миля. Сделаю — и в расчёте»… Отпустил меня наконец и поплёлся дальше, спотыкаясь на всех ступеньках. А через день пропал…