Чтение онлайн

– Ортопс!
– наконец вмешался Кэйбл идущий впереди. Кэйбл долго молчал. Появление Ортопса стало для него полной неожиданностью. Он понимал, что этот псих в их компании лишний, но не знал что делать. Без помощи Духа с Ортопсом ему было не справиться.

– Чего?
– отозвался Ортопс.

– Заткнись! И кстати ты почему еще в Преферии? Тебе что тут так понравилось?

– Да нет, пока у меня тут дела, - он взглядом указал на Рэвула.
– Я должен довести свое детище до ума. Я прямо ответственность за это чувствую.

– Чарльз не слушай этого придурка, - пока Ортопс не слышит, Рэвул успокаивал старика.
– У него просто у самого жизнь кошмар, вот он всем ее сломать и пытается. Наоборот глядя на него почувствуй свое с ним различие, почувствуй себя человеком, достойным, стоящим выше падших тварей, - Рэвул успокоил сердце Чарльза растревоженное Ортопсом.

– Я ведь так могу и обидеться!
– все слышал Ортопс.
– То есть, по-твоему, бог есть? И, следовательно, есть логика в происходящем? Но ведь ты сам видишь, что происходит вокруг. Так может ваш бог это зло, и спасения нет в принципе?

– Бог для людей это надежда. Надежда на то, что весь этот ужас частью которого являются твари подобные тебе, это еще не все и есть что-то свыше, - ответил Рэвул.

– Но ведь ты сам тварь, такая же, как я. И чудовище что обитает в тебе совсем не причем. Ты видишь в этом мире то же самое что и я, но только почему-то отрицаешь это.

– Да ты прав. Внутри я тварь такая же, как и ты. Люди и все вокруг сами заставили меня все ненавидеть. Но в отличие от тебя я пытаюсь держаться, пытаюсь быть лучше, - Рэвул даже остановился, чтобы все это высказать. Для него это было важно. Было важно, чтобы Ортопс олицетворяющий собой зло услышал его позицию.

– А от человека большего и не требуется. Нужно просто пытаться быть лучше!
– поддержал Кэйбл, Рэвул ему улыбнулся.

– Ой, ну вы еще все за руки возьмитесь!
– мертвецкое безжизненное лицо Ортопса недовольно сморщилось.

– Давайте побыстрее, а то плететесь еле-еле, - не мог не поторопить Кэйбл.

Они так и брели среди холмов и густых лесов между ними. Наступила ночь, сегодня можно было сделать полноценный привал, согреться у костра и нормально поесть как в случае с Чарльзом. Кэйбл отлучился ненадолго и принес каких-то ягод. 'Сразу глотайте их не раскусывайте', - разделив ягоды между всеми кроме Ортопса, пояснил Кэйбл. Рэвул проглотил несколько штук и спустя пять минут почувствовал внеземную легкость, отрывающую от тяжелой реальности. Пламя костра вдруг стало таким приятным и ласковым, на душе стало немножечко легче. На такой расслабляющей ноте слово за слово начался разговор. Только Ортопс с наступлением темноты почему-то замолчал, сначала он сидел молча и не с кем не разговаривал. Он обхватил руками плечи и смотрел в одну точку, ему видимо нездоровилось. Затем он отсел от костра и от компании, но всем было на него наплевать, на него никто не обращал внимания. Расслабившиеся Рэвул, Чарльз и Кэйбл его не замечали, вели себя так будто его нет. Они смеялись, о чем-то беседовали, при таком расслаблении даже разговоры на серьезные темы заканчивались смехом. Ортопс, все также молчаливо глядя в одну точку сначала закрыл уши чтобы не слышать голосов и смеха, затем отошел еще дальше от огня и сел на землю в лесу, один, окруженный темнотой.

Рэвул задал Кэйблу вполне ожидаемый вопрос: 'Зачем тебе все это надо? Почему вместо того чтобы находиться среди покоя мира артэонов ты сейчас сидишь тут с нами хрен знает где?'.

– Почему я не нашел счастья в мире артэонов? Почему нашел, просто потом потерял, - глаза Кэйбла наполнились печалью, суровые черты лица вечно застывшие в напряжении оттаяли, внутренняя боль проступала наружу.
– Сначала я был просто солдатом, хорошим солдатом, офицером элитного подразделения. Женился, как и все. Дети. Две девочки. А потом моя жена умерла. Просто умерла и все... Знаю это как-то глупо. Ведь артэонам неведомы болезни, они не умирают раньше срока как люди. Они уходят, только когда приходит их время, когда их волосы становятся белыми как снег. Так говорят. Но выходит, умирают. Моя жена просто зачахла и умерла. Мне сказали, смирись, бывает люди просто уходят из жизни, и даже Духи не могут исправить этого, потому что это судьба. Воля бога, против которой Духи не смеют идти. Но какая же это чушь! Этот говнюк, я имею в виду Духа, этого нашего Баура, просто решил не спасать мою жену, он просто отпустил ее душу даже не подумав сделать что-то. Мой Дух типа решил остаться верным своей разумной непричастности и просто не стал нарушать естественное течение жизни, дав моей жене умереть. И вот за это я его ненавижу, его и всех остальных Духов, за то, что они смотрят на нас со стороны и не собираются помогать. Может все происходящее с нами что-то вроде развлечения для них, что-то вроде шоу?! Короче пошел он этот Дух со своей разумностью. Теперь во всем обществе артэонов я единственный дурак у которого просто умерла жена. Идеальный объект для черных шуток. Теперь среди тепла и счастья мира артэонов мне нет места, мне нечего там делать, - Кэйбл замолчал, отвернув взгляд в темноту. Рэвул шмыгнул носом, это история его тронула. Чарльз сидел, как обычно, а вот Рэвул растроганный историей заметно помрачнел, это всех рассмешило. Рэвул на первый взгляд кажущийся черствым был чувствителен к любовной тематике, история несчастной любви Кэйбла его серьезно задела.
– Своих дочек я можно сказать больше не видел, - продолжал Кэйбл.
– Их растят родственники, пока я здесь ищу смерти.

– Это как злая шутка. Когда ты смерти ищешь, ты ее хрен найдешь, - заметил Рэвул. Все с ним согласились.

– И получается, кто это бог или... Я говорю себе 'этот мир'. Этот мир отнял ее у меня, значит на фиг этот мир. Лично для меня ничто больше не имеет смысла. Война, когда все вокруг разрушается и все теряет важность, только здесь я чувствую себя нормально. Я теперь до конца воевать буду, пошло оно все. 'Кэйбл' понятно мое ненастоящее имя. Просто самому себе придуманная кличка. Война, которую мы ведем, зовется тайной, официально ведь мирное время на дворе. Гражданские и не ведают о том ужасе, что здесь происходит. Поэтому никакой благодарности от своего общества мы не получаем. Да мне ничего и ненужно. Я идеальный солдат для войны нового времени, - закончил свой рассказ Кэйбл.

Чудовищный жуткий крик где-то неподалеку огласил темноту. 'Ортопс!' - подскочил Рэвул. Все подскочили и побежали на крик. Крик, наполненный болью и ужасом, повторялся снова и снова. Будто Ортопса где-то там разрывали на куски.

– Эта больная безумная тварь! Что он там творит!
– в поисках Ортопса в темном лесу Кэйбл пришел в ярость.

– Что с ним там делают?
– Рэвулу было наплевать, чьи крики боли он слышит, на душе ему было тяжело. Его лицо автоматически застыло в гримасе сопереживания.

– Боюсь, он там сам с собой что-то делает, - ответил Кэйбл.

– Вот он!
– крикнул Чарльз. Все сбежались к нему.

Ортопс на спине лежал на земле. Его глаза были открыты, однако взгляд был устремлен в никуда. Он тяжело дышал, из его рта текла какая-то пена.
– Ортопс! Что случилось?
– едва успел крикнуть Рэвул, как тело Ортопса резко затрясло в конвульсии, его глаза закатились, он снова завопил от боли.

– Больной сумасшедший урод! Тьфу ты, - Кэйбл с ненавистью толкнул Ортопса ногой.

– Похоже, ему больно, - от бешеных криков Ортопса нервы Рэвула совсем сдали. Он единственный смотрел на эту тварь с жалостью.

Ортопс мучаясь от какой-то ужасной боли, продолжал орать, как будто его режут. 'Нет, пожалуйста, не надо. Не причиняйте боли. Пожалуйста, остановитесь!' - не своим, каким-то детским голосом, вслух бредил Ортопс, пока его тело трясло, а сознание погрузилось в какие-то неописуемые залитые кровью болезненные воспоминания и кошмары из прошлого. Приступ прошел, Ортопс не шевелясь, моргнул, а потом посмотрел на стоящего рядом Рэвула. В его целом глазу Рэвул увидел отражение чудовищной боли и застывший настоящий ужас. Небольшая передышка и приступ повторился снова. Тело Ортопса снова затрясло, его сознание снова провалилось в кошмары, он снова заорал.

– Несчастный урод, - Кэйбл с отвращением смотрел на мучающегося от боли Ортопса.
– Поделом ему. Ребята пойдемте отсюда, этот кретин своими криками в ночном лесу на нас беду накличет.

– А его что бросим?
– сказал Рэвул указывая на содрогающегося в непонятных приступах Ортопса.

– Скажи, когда это ты стал таким сентиментальным?!
– с улыбкой спросил Кэйбл. Рэвул стеснительно улыбнулся и поплелся за всеми следом.
– Да брось, есть люди и существа, которым стоит сопереживать, а есть жуткие твари, они вне морали они не достойны понимания и сочувствия.

– Просто я сейчас в объятиях этого... зла!
– не знал, как лучше выразиться Рэвул.
– Мне почему-то впервые в жизни важно остаться человеком. Нормальным человеком.

Они ушли, с легкостью оставив Ортопса в ночном лесу лежать, орать и мучиться от неописуемой боли из прошлого. Ведь для всех Ортопс был жуткой мерзкой тварью.

День выдался солнечным и спокойным. Все также с востока на запад они пересекали долину лесов и холмов, стараясь держаться ее окраин. Туманные Холмы были тихим и спокойным местом. Кэйбл из арбалета подстрелил местную безкопытную козу, за пару минут разделав тушу забрав все самое лучшее, пообещав всем вкусный ужин. Они взбирались по лесистому склону холма. Солнце скрылось за ветками, все вокруг утонуло в тени. Кэйбл переступая через кочку, ногой задел какую-то веревку, сработала ловушка, и с соседнего дерева на них полетело огромное бревно. 'Берегись!' - успел крикнуть Кэйбл и все легли, огромное бревно веревкой привязанное к дереву пронеслось над головами Кэйбла и следующего за ним Рэвула. 'Что это было!' - Кэйбл усмехнулся, такой халтурно сделанной ловушке.