Чтение онлайн

– Знаешь любимая, родная! Теперь у меня в этом мире осталась только ты. Ты та для кого я теперь существую. Любовь к тебе - все, что у меня осталось. Я обещаю, что не подведу тебя, буду жить только тобой, - после всего пережитого он не мог объяснить как она дорога для него. Нелепо словами выражая порыв души, пытался описать ее колоссальную ценность, которую стоя на краю для себя осознал.

– Я тебя тоже люблю. Сильно!
– вытирая его слезы, она все посмеивалась над своим любимым. Ее радость тоже невозможно было описать. В ее глазах они, наконец, могут просто остаться вместе и просто любить друг друга. Нет больше Страны Волка стоящей за его спиной, нет другой жизни, не дающей ему полностью отдаться ей. Как и нет того ощутимого напряжения, той мрачности что наполняла их отношения когда в его тени жил Нахирон. Его, наконец, ничто никуда не тянет в этом мире, он теперь только ее. Они, наконец, могут быть просто счастливы, позабыв обо всем. Его артэонское внешнее преображение из всех друзей было заметно только ей. И ей эти изменения нравились.

– Ты только не подумай, - прижимал он ее к себе не в силах насмотреться в синие глаза, - цветы ожидают тебя дома... В нашей новой комнатке. Стоят в импровизированной вазе на тумбочке у кровати как в нашем прошлом доме...
– оправдывался он, виня себя за то, что для этой встречи не додумался насобирать еще один прекрасный букет и подарить его ей сейчас, также как это делали остальные вокруг.

– Да ладно бог с ними!
– также не в силах на него насмотреться улыбалась она.
– Не с теми цветочками, что дома на тумбочке. Те цветочки я хочу увидеть! Бог с тем, что ты не подарил мне букетик сейчас, - исправилась она и расплылась в радостной улыбке, получив от него поцелуй.

Джейсон и Кристина сильно обниматься не стали ограничились только поцелуем.

– Все дорогая больше не будет никакого Малдурума, никакой этой мерзости в наших отношениях. Я теперь настоящий навсегда, я теперь полностью только твой, - зацеловывая ее руки, шептал он.
– Я впервые смотрю на мир только своими глазами. И это так классно!

– У меня тоже самое!
– от счастья перейдя на свой нежный тон так любимый Джейсону говорила она.
– Я свободна от предстоящей госслужбы. Никаких проблем, ничего лишнего кроме нас с тобой. Теперь мы просто влюбленные мужчина и женщина. Все это благодаря нашему новому дому.
– Она оглянулась, так чтобы Алекса не услышала, тихонечко шепотом добавив: - В нашем с тобой случае падение Армидеи это освобождение от тысячи проблем.

– Возможность начать новую жизнь. У меня такое чувство, будто только сейчас мы начинаем жить.

Нарадовавшись друг другу, влюбленные поменялись парами, нацеловались, нарадовались, а после обратили внимание на Алексу и Хьюго. Все, разумеется, бросились к Алексе окружив ее со всех сторон. 'Ты моя маленькая!' - прижимал к себе свою грустную блондинку Джейсон, отчего та ненадолго улыбалась, от еще не выветрившейся грусти опуская взгляд.

– Лентяй, проспал вместе с девчонками пока мы тут пахали!
– Джейсон не мог не подколоть Хьюго.
– Так ведь Рурхан?
– искал он поддержки, но Рурхан все не мог отлипнуть от Селины, его сейчас кроме нее ничто вокруг не волновало.

– Какая разница? Все равно работы еще навалом. Так ведь?
– изображал из себя недовольного Хьюго.

– По осени, то есть уже сейчас, на днях, начнем возводить капитальные дома. Быть может, тебе повезет, ты и это пропустишь!

– Кстати, какие у нас условия для жизни?
– не отходя от Алексы, продолжая успокаивать поникшую подругу, уточнила Кристина.

– Большая просторная палатка. С десятком маленьких комнат. Из удобств только окна. Одна палатка из расчета на три семьи, - ответил Джейсон.

– Звукоизоляции никакой. Так что никаких любовных сладостных стонов по ночам, - не поднимая голову с плеча Селины добавил Рурхан.

– Полный облом, - пробубнила Алекса.

– Это только на первое время, - спешил успокоить ее Джейсон.

– Вообще-то для сладостных стонов у нас целый остров с десятком прекрасных и романтических мест. Я уверена!
– промяукала своим голоском Селина, с намеком посмотрев на своего Рурхана.

– Какие новости с Преферии, что там слышно о Армидее. Можно ее восстановить, нет?
– всех рассмешила Алекса.

– Нет, все стерто в радиоактивный пепел. От Армидеи не осталось ничего, - ответила ей Кристина.
– Куда важнее судьба Арвлады. Последствия нашего кризиса для Преферии. И, слава богу, все закончилось хорошо.

– Все уже закончилось? Так, а что там с чудовищем? Я что-то как-то забылся в этих снах...
– Хьюго.

– Как обычно!
– девчонки рассмеялись над своим 'Плюшкой'.

– Ты что?! Чудовище остановили какие-то герои из СБК. Как там... 'Кучка храбрецов сделала, то чего не смогла армия'. Там же вроде как уже целую легенду сложили. Так что в Преферии теперь все тоже хорошо!
– звонким голосом сияя от счастья, пояснила Селина.

– Быть может, мы туда все-таки вернемся?
– Алекса.

– Нет, не вернемся, - приглаживая волосы подруги, Кристина успокаивала ее.

– СБК спасли Преферию, теперь они заслужили право властвовать в ней, - высказался Джейсон.

Окружающая толпа постепенно расходилась. Друзья сначала хотели встретиться со своими семьями, теперь понимая, что упустили их где-то в толпе, просто решили прогуляться, побрели к океану, как и большинство молодежи. Берег уже был заполнен любующимися океаном влюбленными воссоединившимися парами.

– Так, а сейчас осень или что?
– глядя на зеленый остров потерялась во времени Алекса.

– Здесь нет разницы. Не считая сезона дождей, - пояснил Рурхан.

– Когда-то у тебя был дом, в котором была вечная зима, теперь дом, в котором вечное лето, да Рурхан? Задумайся, ведь в какой-то мере все произошедшие перемены неразрывно связаны с тобой. С твоего прихода в наш город началась цепочка событий, в результате которых мы оказались здесь, - с улыбкой смотрела на него Кристина.
– Ты пытался изменить свой дом, но вместо этого изменил нас.

– Ты не представляешь, как сейчас права моя прекрасная Кристина, - тяжело вздохнув от встрепенувшихся в душе переживаний, с улыбкой он смотрел на свою любимую подругу.
– Я лишил вас вашего дома. Сам выполз из дыры и вас в дыру загнал. Простите, - вспомнив о своих переживаниях, своей якобы вине перед всеми Рурхан помрачнел. Никакие доводы Кратона, не собственные выводы не могли в полной мере его вразумить, только время все расставит в его душе, позволит по-другому взглянуть на все произошедшее. 'Но ты что?!'; 'Ты что Рурханчик, не выдумывай!' - бросились успокаивать его девчонки. 'Не мели ерунды', - сказал Джейсон. 'Ты просто. Глупый. Глупый. Малыш!' - пользуясь тем, что он глядя ей в лицо замирает, Селина целовала его после каждого слова. Друзья расступились, уступая место Кристине решившей успокоить Рурхана. Подойдя, она обняла его за шею и заглянула в глаза. 'Ты что такое говоришь глупышка!
– она начала с улыбки, зная, как он ее внутренне побаивается, теряется в ее близости.
– Ну, какая же это 'дыра'? Это наш новый дом, наша общая возможность на новую жизнь. Теперь ты артэон, один из нас и навсегда. Ты только сейчас по-настоящему обретаешь счастье, то которое думал, что нашел давно. Чтобы тебя не тревожило, какой виной ты бы себя не обложил это все глупости. Уж ты мне поверь! Я тебя прекрасно знаю. Ты хороший и добрый, еще до артэонизации ты был артэоном в душе. Осознанно ты бы никому никогда не смог причинить боли. Забудь про Мерзлый лес. Это ошибка, от которой ты сам пострадал. Все плохое что было, все переживания, и тревоги пусть останутся там, в нашей прошлой жизни. Здесь мы все начинаем с чистого листа. Говоря 'мы' я имею в виду и себя тоже. Вот уже долгое время я жила... скажем так, будто в объятиях смерти. Ждала, готовилась к тому, что смерть неизбежно заберет у меня Джейсона. Будучи спящей в акрополе, скитаясь по снам, после усугубления всего этого кризиса, зверств этого чудовища которое нельзя остановить, понимая, что приближается буря, я стала смиряться с тем, что моя жизнь закончена. Конкретно затерялась, скажем так. Я заставила себя смириться с тем что эту бурю нам не пережить, что мой Джейсон погибнет, а следовательно погибну и я. Без него я не видела смысла в продолжение существования, поэтому готовилась к тому что придется уйти за ним следом. Мне казалось постоянное осознание смерти, готовность к ней делает меня сильнее, но вместо этого я не заметила, как заигралась. Затерялась в этом своем мраке, разросшемся в душе, и будто погрузилась во Тьму, по-другому этого не описать. Чуть малышей идиотка не угробила. И вот теперь я пробудилась в новом мире, знаешь, я, будто заново родилась. Будто развеялся мрак до этого застилающий всю мою жизнь. И вот я впервые смотрю на малыша спокойно, не боясь за него и за себя тоже. Можно сказать, я впервые по-настоящему счастлива. Также как и ты Рурхан, - максимально нежно и спокойно сказала она, чем заставляла Рурхана таять.
– И так к чему я клонила, - сама понимая, что наболтала лишнего, она улыбнулась, - если все эти перемены принесены тобой, если ты как-то причастен к тому, что мы в этой как ты говоришь 'дыре' оказались, то лично я тебе благодарна. Худа без добра не бывает, мой глупенький Рурхан'.

– Да ваше высочество, - не отрываясь глядя в ее глаза, будто загипнотизированный он как обычно согласился со своей Кристиной, - как вы скажите.

От слов Кристины что-то всплыло у Рурхана в голове. Все в его глазах потускнело, он провалился в глубины своего сознания. Он снова увидел Нахирона сидящего посередине белой комнаты. 'Нет никакой судьбы, будущее из тысяч мелочей вы складываете сами. Джейсон должен был выжить при обороне Армидеи, можно сказать ради его спасения я в этот мир и пришел. Если бы Джейсон погиб то это зародило бы цепочку событий, приведшую в будущем к всеобщей погибели, не было бы никакого острова. Его смерть привела бы к мощному эмоциональному затемнению в сознании этой твоей 'Кристины'. В последний момент, когда от армии ничего не осталось она, утратив всякую ценность жизни, инициировала бы всеобщую самоликвидацию, вынесла бы этот вопрос на всеобщий совет. В условиях, когда от армии осталось меньше двух положенных процентов, а от Армидеи одна только Цитадель многие из артэонов спящих в акрополе находились в шаге от самоотключения, уже со смертью смирились. Большая часть солдат, обороняющих город, была уничтожена, тысячи спящих в акрополе артэонок ставшие вдовами, утратившие ценность жизни, также висели на волоске от смерти. Ведь это же артэоны, они не особо ценно воспринимают жизнь. Все гражданское население, спящее в акрополе, осознавало приближающуюся погибель, кажущуюся на тот момент реальной. И в этой взрывоопасной ситуации нужен был только запал, воля одного инициативного артэона который бы вынес очевидный вопрос всеобщего уничтожения на всеобщее голосование. И она бы это сделала. И тысячи разочаровавшихся в жизни армидейцев, на тот момент не видящих возможности продолжения жизни, с этой жизнью уже простившихся, ее поддержали бы. Коллективно было бы принято решение о полном самоотключении, Армидея бы погибла. Она своей суицидальностью вызванной смертью любимого все бы уничтожила. Погибла сама и всех утащила за собой. Ведь ты только взгляни на нее. Взгляни на ее внешний облик, с этой девчонкой явно что-то не так. Вся эта мрачность она у нее не только внешне, но и внутри. Она мудра, не спорю, но где-то там внутри безумна.