Чтение онлайн

Я же продолжала стоять почти на самом пороге санузла и внимательно смотреть на Зенона. Что-то сейчас завораживало меня в нем. То ли это его собранность, то ли уверенность в себе, то ли неуловимая мужественность в каждом движении тела.

Он подошел ближе и принюхался. Улыбнулся чему-то и, подтолкнув под локоть, кивнул на выход.

— Идем. Время не ждет.

В кают-компании уже все собрались и бурно что-то обсуждали. Геррон сидел на диване и крутил в руках маленький предмет, хмуро его разглядывая. Нихнерон уперся локтями в колени, сидя почти на краю дивана. Попивая какую-то серую жидкость, со снисходительным лицом лаллан что-то терпеливо объяснял ускхонгу. Эснора же, забравшись с ногами на отдельно стоящее кресло, из-подо лба внимательно следила за парочкой.

— В чем дело? — с порога спокойным тоном спросил Зенон. — Что уже случилось, пока я спал?

— Да вот, — протянул ускхонг предмет, который держал до этого в руках, — адаптер бракованный оказался. Я говорил, что тому барыге верить нельзя, а этот все равно купил его!

Нихнерон закатил очи горе и махнул в отрицании рукой:

— Во-первых, не этот. У меня есть имя. А во-вторых, — я уже тебе двадцатый раз говорю, что это не адаптер бракованный, а ты его не той стороной вставил!

— Не! Ну, как я мог не той стороной вставить?! Я что, совсем дурак, чтобы элементарных вещей не знать?! — выпучил глаза ускхонг.

Зенон насмешливо хмыкнул и, подтолкнув меня к дивану, пошел заказывать к репликатору еду. Нихнерон выпрямил спину и, с громким стуком поставив кружку на круглый стол, возразил:

— Геррон, почему ты не хочешь признать свою ошибку?

— Да, потому что я не мог ее совершить! Это же смешно! Неужели я не могу разъемы отличить друг от друга? Тогда мне грош цена в базарный день! (Я еще удивилась, как мой лингводекодер перевел эту ускхонгскую поговорку).

— Не в этом дело! — качнул головой лаллан. — Ошибки можно сделать везде, даже в элементарных вещах. Нужно признавать их!

— Ладно-ладно, — ставя на стол поднос с едой, вмешался Зенон. — Хватит спорить. Ты лучше скажи, Геррон, что ты вставил вместо этого адаптера?

— Второй вставил.

— Какой второй?

— Ты что, забыл, что мы два купили?

— Ах да! — кивнул Зенон, садясь рядом со мной и пододвигая мою тарелку мне поближе. — Надеюсь, на этот раз вы поставили его нужной стороной.

Геррон шумно возмутился, и продолжились оправдания по второму заходу. Из разговора я поняла, что гипердвигатель на нашем итаршене стоит не стандартный акийский, которым пользуется весь звездный флот империи Акии, а особенный, спроектированный Нихнероном, с добавлением лалланских инноваций. Нихнерон утверждал, что это увеличит поток гамма-плазмы в коллекторе и прямо пропорционально увеличит мощность двигателя, а также повысит плотность силовых щитов корабля. Потом пошли всякие термины типа «эмиттера», «термоэлектронной эмиссии», «лучевых приборов», «электронной пушки» и тому подобное, так что у меня голова пошла кругом. В итоге, я ничего так толком и не поняла. Где-то на пятнадцатой минуте я вообще отключилась от их разговора. Вместо этого я обратила внимание на молчаливую хучуору.

На ней лица не было (и явно тому был причиной не спор ученых-технологов). Она собой сейчас воплощала застывшую скорбную статую злой химеры, что я видела когда-то на фотографиях старинных кафедральных соборов Франции. В душе появилось сильное желание узнать об этой личности больше. Единственный, кто мог мне о ней рассказать, был Зенон. Поэтому, когда мы уличили момент и умудрились покинуть кают-компанию, направившись в рубку, я по дороге спросила у херонца:

— Зенон…

— Ууу… — он вопросительно покосился в мою сторону.

— Расскажи мне об Эсноре.

— Что ты хочешь узнать?

— Она любит тебя?

Он даже остановился от удивления. Вопрос его огрел обухом по голове. Некоторое время он смотрел на меня зависшим взором. Потом пожал плечами и продолжил путь, буднично ответив:

— Любит. Ревнуешь?

— И что? Что ты делал, чтобы ее… ммм… — я всматривалась в его сосредоточенный профиль и пыталась подобрать правильное слово.

— Я с этим не мог ничего сделать ни в тот день, когда догадался о ее чувствах, ни сейчас, — качнул он головой, и на его лице мелькнуло сожаление. — Эснора для меня, как чемодан без ручки. И бросить не могу, и нести сложно.

В рубке я села на кресло возле тактической системы и устремила взгляд на отошедшего к обзорному окну херонца. Он заложил руки назад и стал ко мне спиной.

— Как она попала в твой дом?

— Она попала на корабль отца в те дни, когда мы искали мою сестру… — он сделал паузу и повернул ко мне на короткий миг свой профиль. — Поиски завели нас на одну пиратскую колонию на территории Дикого Космоса. Не помню, как она называется. Эснора была среди освобожденных рабов и крепко нам помогла. Именно от нее мы узнали, куда продали нашу Ули. Тогда мы прибыли на ту самую планету, где и узнали о гибели сестры, — Зенон опустил голову, внимательно всматриваясь в носки своих военных ботинок. Потом продолжил: — Когда отец свернул спасательную миссию, Эснора захотела остаться в рядах наемников армии рода Фидмин. За ее боевые заслуги и неплохие технические навыки, отец решил оставить ее.

— Хучуору? — удивилась я. — Разве в рядах армии херонцев есть инопланетяне?

Он покосился на меня через плечо и иронично усмехнулся:

— Харита, ты просто еще многого не знаешь о нашей империи. В армии Акии много инопланетян. Просто одни кланы это больше практикуют, другие более консервативные и с инопланетными расами мало связываются. Мой отец же их отделяет в отдельные отряды, редко смешивая со своими. Все же у нас тоже есть наемники. И, скажу, они неплохо справляются со своей работой. Кстати, очень много наемников у клана Лвара, который занимается внешней разведкой. Это необходимо в силу того, что представителей нашей расы быстро разоблачают на территории других квадрантов. А вот ускхонгов терпят везде… даже у пиратов.

— Теперь понятно, — кивнула я. — И что Эснора?

— А что Эснора. Она очень хороший воин, как, впрочем, и все хучуоры. Помню, в тот день, когда отец принял решение все-таки оставить ее, я спросил Эснору, почему она решила остаться? Она ответила, что ее дома никто не ждет. Больше она никогда не говорила ни о своей родине, ни о своем доме, ни о своем прошлом. Всегда отговаривалась, что ее там нет, зачем вспоминать?

Зенон вздохнул, как на исповеди, и поднял взгляд на радужную черноту космоса за бортом.

— Некоторое время она прослужила в рядах наемников отца. Выполняла работу добросовестно и очень даже неплохо. Только вот из-за склочного характера ни с кем не могла долго уживаться. Вконец разругавшись с отцом, захотела покинуть ряды наемников. Это было как раз после того, как я заболел. Я вступился за нее. Отец махнул на нее рукой и перевел под мою ответственность. Я забрал Эснору в замок Перс в охрану. Отец не стал возражать. Потом я начал строить итаршен, и она вызвалась помогать. Я решил, что навыки техника-инженера не помешают. Она оказалась очень способная и старательная работница. Причем слушалась меня всегда безропотно и покорно. Даже не знаю, радоваться этому или нет. Когда я узнал от Нихнерона, что самки хучуор подчиняются подобным образом только главе своей стаи, понял, что попал, — Зенон озадаченно почесал затылок. — Что делать с этим, я не знал. Выгнать — жестоко и бессердечно. Говорить о чувствах у них не принято. Да и у нас-то это возможно только среди близких… В общем, так и живем. Она надеется — я молчу. Думал, когда приведу с собой эрану, ее попустит. Смотрю — не очень.

— А ты никогда не думал попробовать с ней?

— С Эснорой? — он даже повернулся ко мне. — Нет.

— Нихнерон сказал, что у них жесткие брачные игры. Поэтому?

Зенон насмешливо скривил губы:

— Ну, это пережить можно. Херонцы не уступают в ловкости и силе хучуорам. Но я точно всегда знал, что ее запах не мой, — он подошел ко мне и склонился, — а тебя я унюхал сразу.

Я невольно вжалась в спинку кресла и смущенно улыбнулась.

— А как ты понял, что она не равнодушна к тебе?