Чтение онлайн

Пират проницательно смотрел на мико, но лицо вождя было непроницаемо.

– О ком говорит мой брат?

– О пленнике, молодом англичанине. Он улизнул от нас, когда я выходил в море.

– Мой юный брат ушел и отсюда.

– Ушел? Должно быть, вы не знаете, что он сбежал от меня...
– И с притворным равнодушием поспешил добавить: - Ну, тут уж ничего не попишешь.

– Мико знал, - отчеканил Токеа, - что юный брат бежал от вождя Соленого моря. Мой брат не должен был брать его в плен.

– Ну и дела! А мико не брал бы янки, подосланного для шпионских целей?

– Разве мой юный брат из янкизов?
– спросил Токеа, сверля Лафита взглядом.

– Нет, Но он враг.

– Не слишком ли много врагов у моего брата? Янкизы, воины Великого Отца Канады...

Пират кусал губы. Наконец, он собрался с мыслями и сказал:

– Ну, вы не жалуете американцев, а я - и тех, и других.

– Мико, - возразил Токеа, - лишь для того берется за томагавк войны, чтобы защитить своих и отомстить за кровь убитых братьев. А мой брат поднимает томагавк против всех и как разбойник похищает детей и женщин.

Лицо пришельца запылало, он скрипнул зубами.

– Право же, мико, вы говорите вещи, которые тяжелы для моего желудка.

Он смерил старика холодным взглядом. И вдруг снова растянул губы в улыбке:

– Какая чушь! Довольно спорить из-за пустяка. Каждый делает, что ему любо и сподручно.

– Когда мико окони протянул руку вождю Соленого моря и как друга ввел в свой вигвам, душа его мечтала о новом брате, который поднялся против янкизов. Если б он знал, что связал себя с вором...

– Мсье Мико!..
– с угрозой в голосе прервал его Лафит.

– ...то не принял бы его как друга, - продолжал старик.
– Токеа поднял томагавк против бледнолицых. Вождь Соленого моря сделал его разбойником. Что же он может сказать янкизам, когда попадет к ним в руки? Они вздернут его на первом же суку.

Столь нелицеприятная правда произвела впечатление на пирата. Он начал нервно ходить взад и вперед, обдумывая свой ответ.

– Оставим это, мой друг, я не считал скальпы, которые вы содрали с черепов американцев. Не будем копаться в прошлом. Что было, то было. В будущем многое изменится. Я, например, вовсе не желаю вести прежнюю пустую жизнь. Мечтаю осесть в этом зеленом раю и вести полуиндейский, полуфранцузский образ жизни. Приятно и радостно!

Не меняя выражения лица, старик сказал:

– Мико окони еще никогда не обагрял рук кровью друзей. Он беден, но ни разу не прикоснулся к тому, что ему не принадлежит. Его отцы осудили бы его за дружбу с разбойником. Великий Дух отвратил бы от него лицо, если бы он обесчестил свой народ союзом с разбойником.

Француз выслушал его на удивление спокойно, хотя временами лицо его нервно подергивалось.

– Вы так думаете?
– спросил он наконец.
– Вы собираетесь обойтись без Лафита? Не стану уговаривать. Знал бы я раньше, не потратил бы столько времени, чтобы услышать от вас такое поношение. Адью, мсье Мико!

– Мой брат, - словно бы спохватившись, заговорил мико, - должно быть проголодался. Ему надо поесть. Канонда приготовила ему любимое кушанье.

– Лафиту не будет отказано в желании еще раз осмотреть одну хижину? настороженно спросил пират.

– Мой брат - желанный гость. Рука мико не преградит ему путь к тому, что указала однажды, - смиренно ответил вождь.

– Ну вот, это другое дело. Англичанин навеял хандру на моего старого друга. Надеюсь, она исчезнет бесследно. Однако пора посмотреть, что там поделывают дамы.

Он попытался откинуть занавес, но - тщетно.

– Это как понимать?

– Мой брат должен поискать себе другую скво. Роза не войдет в его вигвам.

Из соседнего помещения послышался странный звук, - он был похож на приглушенный до шепота радостный возглас.

Пират растерянно потоптался возле занавеса и, повернувшись к мико, сказал:

– Значит, союзу не бывать? Все двери на запоре? En bieb, nous verrons [ладно, мы еще посмотрим (франц.)].

С этими словами он вышел из вигвама.

Старик не взглянул ему вслед и не двинулся с места.

Лафит еще раз напомнил о себе, просунув голову в дверной проем:

– Надеюсь, вы не будете возражать, - спросил он, - если я буду хозяином хотя бы в своей лодке? А то как бы во время моего отсутствия не нанесли бы мне визит незванные гости.

– Если вождь Соленого моря встал на тропу войны, враги у него найдутся.

– Разумное суждение.

– Мой брат голоден, - мико указал на Канонду, вышедшую с подносом.

– Мне, однако, пора, - служба прежде всего.

Лафит направился к берегу, по которому, скрестив на груди руки, расхаживал маленький коренастый человек. Его оливковое лицо утопало в черной с сединой бороде, открывавшей лишь длинный пылающий от загара нос.

По мере приближения главаря его верный сподвижник слегка подобрался.

– Лейтенант!
– окликнул Лафит.

– Капитан?

– Все спокойно?

– Настолько, что нам показалось, будто мы тоже сидим в вигваме мико. Раньше наш приезд превращал это местечко в веселую ярмарку, а сегодня не видно ни души. Женщины-то вроде не прочь присоединиться к нашей компании, да мужья не пускают.

– Сколько голов составляет наш резерв в Сабинском озере?

– Тридцать. Остальные завтра покончат с расчисткой.

– Джакомо и Жорж, - коротко и властно распорядился пират, - плывут вниз с приказом прибыть сюда. Двое остаются там и поджидают отставших. Весь экипаж вооружается мушкетами, штыками, пистолетами и укрывается в двух милях вниз по течению, до особых распоряжений.

– Ясно, капитан.

– Молодой британец был здесь.

– Я уж вижу.

– И старик отпустил его.

– И вы тоже, капитан, вы и ваши парни. Я бы этого не делал.

– Мсье Клоро много бы чего не сделал, - ехидно парировал Лафит.
– Не солить же нам было тех пятерых. Но молокосос поднял здесь пыль.

– Прошу прощения, капитан. А что здесь случилось?

– Ничего особенного. Старику что-то наскучил союз с нами.

– Ха! Он нам больше и не нужен. Вот теперь-то и настал час порезвиться нашим ребятам.

Капитан с нескрываемым презрением посмотрел на чернобородого.

– Стало быть, мсье Клоро полагает, что я немедленно свистну ребят? Этот час я так дешево не отдам, господин лейтенант! Терпеть не могу глупые выходки. Скоро поймете, что к чему.