Чтение онлайн

— О, боже, посмотри на время. Я лучше пойду. Боди будет удивлен.

Я сдаю еще немного назад, и половина моего грузовика оказывается на главной дороге, и если я не сдвинусь с места, то перекрою движение.

— Ладно, отлично. Я сяду. Просто открой эту чертову дверь, — говорит она, вскидывая руки в воздух.

Я люблю настойчивость. Оно всегда побеждает сопротивление — преимущества профессионального спортсмена. Мы не так легко сдаемся, когда хотим чего-то добиться, и терпение становится похожим на глоток холодного чая в жаркий летний день. Успокаивает.

Я слегка притормаживаю и открываю дверцу машины. Она открывает заднюю дверь вместо передней.

— Почему ты сидишь сзади? — спрашиваю я, слегка оглядываясь через правое плечо.

— Потому что ты задница, я заберу свои вещи. — Она пытается вытащить свой чемодан, но я слишком быстр и дергаю ее за футболку, чтобы затащить внутрь.

Она визжит, но я не обращаю на это внимания.

— Что за черт! — Говорит она, когда я хватаюсь за ее футболку.

Я быстро даю задний ход, так что дверь закрывается сама по себе. Как только это происходит, я отпускаю ее футболку и запираю двери, нажимая кнопку безопасности для детей, прежде чем тронуться с места. Она в замешательстве откидывает волосы с лица на заднем сиденье.

— Что, черт возьми, с тобой не так? Верни меня обратно прямо сейчас, — Ее голос пронзителен. Он почти токсичен для моей души, но я позволяю ему плавно опуститься вниз, заполняя темную дыру, затянувшуюся в моей груди, потому что я не отступаю.

— Нет, — ворчу я.

— Я сказала, сейчас! — Она кричит.

— В этом доме у тебя нет никого, кто заботился бы о тебе, — говорю я ей

— А в твоем доме есть? — Спрашивает она, уже немного спокойнее.

Я бросаю взгляд в ее сторону в зеркало заднего вида. Ответ на ее вопрос приходит так быстро и так сильно вертится у меня на кончике языка, что мне хочется рассказать ей. Но я этого не делаю, и она пристально смотрит на меня. Мой невысказанный ответ повис между нами. Она замирает, осознание смягчает ее взгляд.

— Мы собираемся забрать Боди, а потом поедем домой.

— Это безумие. — Она скрещивает руки на груди и откидывается на сиденье моей машины. Ее глаза вспыхивают. Она напряжена и зла и, вероятно, думает, что позже разберется со мной под посторонними взглядами, но мне все равно. Она у меня. Я понятия не имею, о чем сейчас думают ее родители, и мне все равно. Пусть они почешут в затылках и подумают о том, чего хотят, в течение следующих пяти минут, потому что именно столько времени им потребуется, чтобы снова забыть о ее существовании.

Неудивительно, что она приняла предложение Джоша без большой борьбы. Я не думаю, что над ней надругались, приставали или что-то в этом роде. Но очевидно, что ею пренебрегали.

— Я не один из твоих братьев, — говорит она себе под нос. — Ты не можешь спасти меня.

Я знал, что она имела в виду под этим заявлением. Я не могу спасти ее, чтобы избавиться от чувства вины за то, что не спас Блейка. И она права. Я бы никогда не простил себя за то, что не отнесся к его зависимости более серьезно. Но это не значит, что я не мог попытаться помочь ей. Знаю, что Блейк хотел бы, чтобы я это сделал.

С нарастающим напряжением из-за эмоций в этом грузовике я сильно жму на газ и выезжаю на дорогу, ведущую домой.

ЭБИГЕЙЛ

Без музыки, украшающей процесс, время — это просто набор скучных производственных сроков или дат, к которым должны быть оплачены счета.

— Фрэнк Заппа

Мы пришли к новым условиям. По сути, теперь я арендатор. Хотя конечная цель — остаться здесь, чтобы в конце концов накопить денег на свое жилье, но я не могу жить за его счет, как раньше. Возможно, я могла бы оправдываться, когда идея была в воздухе, но теперь, когда есть определенный план, все должно быть по-честному, как бы он ни отказывался.

— Мне не нужны твои 80 долларов на оплату счета за воду, Эбигейл.

Прошло семь дней с тех пор, как он вынудил меня покинуть родительский дом, и мы исполнили эту песню и танец дважды на этой неделе.

— Я знаю, что ты не хочешь, но я хочу. Позволь мне оплатить счет за электричество, — умоляю я, кажется, в десятый раз.

— Нет, — рявкает он.

— Я все равно сделаю это. — Я беру счет с островной стойки на кухне, но он выхватывает его у меня из рук с рефлексами ниндзя.

— Почему я должен говорить тебе оставаться здесь, чтобы сэкономить деньги, а потом говорить тебе тратить больше денег? — Он приподнимает бровь, глядя на меня.

— Я коплю деньги. И могу продолжать экономить, оплатив хотя бы один счет, Кольт. Ты уже поменял аккумулятор в моей машине и попросил своего друга приехать и выполнить эту работу. Работа стоила не меньше 500 долларов, а он согласился на майку с автографом и бутылку хорошего ликера.

— Он большой фанат «Кардиналов», что поделать.

Я закатываю глаза.

— Не в этом дело. Я хочу помочь оплатить кое-какие счета.

— Или ты можешь не оплачивать счета. Сэкономишь больше денег и быстрее уедешь отсюда, — говорит он.

И это вывело меня из себя. Может быть, он все-таки не хочет, чтобы я была здесь.

— Нет, подожди. — он вздрагивает. — Я не это имел в виду. Мне не нужны твои деньги. Хорошо? Давай сейчас прекратим этот разговор. Пожалуйста? — Он прижимает руки к бокам.

Но мы этого не сделали. Мы продолжали препираться, пока он, наконец, не смягчился и не позволил мне оплатить счет за газ и помочь с продуктами. Однако он взял с меня обещание не заменять его закуски или Боди чем-либо органическим или обезжиренным, на что я согласилась. Но это не означало, что я не могу покупать другие закуски. Если он поймает меня за тем, что я тайком покупаю кофе с миндальным молоком, я скажу ему, что забыла и схватила первое, что попалось на глаза.

Сегодня был мой третий вечер в «Оборотнях», и единственная одежда, которую они сказали мне надеть, была короткой и сексуальной. Я знаю, что это бар прямо возле стрип-клуба, но я надеюсь, что заработаю достаточно денег этим летом, чтобы накопить больше, чем нужно для отдыха в течение учебного года. И пока что чаевые и деньги приличные, так что мне легче оправдать работу в этой забегаловке.

На днях я слышала, как Кольт говорил по телефону о том, что некоторые люди, нанятые страховыми компаниями, были полным дерьмом. Один парень две недели болел гриппом, а другой заказал неправильный цвет дерева для полов на кухне, но понял свою ошибку после того, как они были почти готовы. Поэтому он сказал, что пробудет здесь точно еще две недели. Может быть, дольше. Что будет равно месяцу. Как только он уедет, мне придется беспокоиться только о двух месяцах проживания в этой квартире, пока он сдает остальную часть дома.

Мой телефон звонит, когда я накладываю тушь. Я опускаю глаза и улыбаюсь, отвечая на звонок.

— Вот и моя девочка, — говорит Мел. — Ты уже трахалась с ним? Пожалуйста, скажи мне, что да. Прошлой ночью мне приснился развратный сон, так что я должна воплотить свою фантазию в реальность.

— Нет, — говорю я сквозь смех. — Я с ним не трахалась. — Я положила телефон и включила громкую связь, продолжая наносить тушь.

Она издает гортанный стон.

— Девочка. Что ты там делаешь? И, пожалуйста, не говори мне, что ты носишь старомодную одежду рядом с этим горячим игроком НФЛ. Такой шанс выпадает раз в жизни. Тебе лучше выставлять напоказ свою попку при каждом удобном случае в каком-нибудь сексуальном белье.