Чтение онлайн

— Потому что я никогда не забуду, как она сказала: "Ты никогда не поймешь истинных различий между мальчиками и девочками, Хантер. С твоей маленькой сосиской тебе не нужно беспокоиться о матери-природе. Я чувствую, как что-то сжимает мои гребаные органы, и я просто хочу шоколада!" — Его пронзительный вой должен был бы расцениваться как оскорбление, но я не могу удержаться от усмешки, когда осторожно сажусь рядом с ним, прислоняясь спиной к изголовью кровати.

— Но я думала, что мы снова перестали разговаривать друг с другом, — заявляю я, бросая на него многозначительный взгляд, но он не отвечает. Вместо этого он открывает коробки с пиццей, ставя передо мной свежеиспеченную пиццу с пепперони.

— Ты всегда такая сердитая, когда кто-то хочет о тебе позаботиться, или это гормоны говорят? — спрашивает он, потрясая передо мной бутылочками для поднятия настроения, и я выхватываю их у него из рук, хватая заодно и "Dr. Pepper".

Быстро проглотив таблетку, я одариваю Хантера широкой фальшивой улыбкой, демонстрируя ему свое ‘приподнятое настроение’, но он просто мягко улыбается мне.

Я нажимаю кнопку воспроизведения на пульте, и фильм продолжается, и я смотрю, как он откусывает кусок пиццы, ухмыляясь шутке на экране. Все это не кажется реальным. Я и двух слов не сказала этому парню с тех пор, как увидела, как он теребит свой член, когда Тобиас укладывал меня на стол в патио в начале недели.

Но он не знает, что я знаю, что он это сделал. И все же это совсем не неловко.

За едой в тишине Хантер убирает пустые коробки из-под пиццы и разворачивает для меня тепловой пластырь, но я наношу его прежде, чем он пытается надеть его на меня сам.

— Чувствуешь себя лучше? — бормочет он, поправляя постель и ложась, протягивая руку, предлагая… обняться?

Мне так жаль себя, что я не отказываю ему, прижимаюсь к нему и кладу голову ему на плечо, когда его рука обвивается вокруг меня.

— Немного, — признаюсь я, моя ладонь лежит на его груди, я чувствую, как бьется его сердце под моей ладонью. — Благодарю тебя.

— Не за что, — шепчет он в ответ, проводя пальцами по моим волосам.

— Думаю, мне тоже следовало сказать "хорошая игра". Я слышала, что счет был 42—3, и ты играл потрясающе.

— Иден, я всегда играю потрясающе.

Свернувшись калачиком в нашем маленьком пузыре, пока вокруг нас идет вечеринка, я чувствую себя такой близкой к нему, хотя почти ничего о нем не знаю.

— Как вы трое оказались так близки? — Спрашиваю я, не уточняя, о ком я говорю, поскольку продолжаю смотреть в телевизор.

— Потому что Ксавье счел нас достойными спасения, — бормочет он в ответ, и его слова заставляют меня взглянуть на него. Очевидно, в этой истории есть нечто большее — больше, чем, я думаю, он может предложить мне прямо сейчас.

— Так кто такой Хантер Эшвилл? Помимо того, что принес мне мой собственный "спасательный пакет" с вкусностями и устроил неприятности в школе, конечно.

Взглянув на меня сверху вниз, он тихо вздыхает, обдумывая мой вопрос. — Я любящий музыку брат, дядя и друг, готовый слепо следовать зову своего сердца, надеясь, что оно приведет к свободе.

Он сказал кучу слов, но на самом деле я услышала, что Хантер Эшвилл глубок, как ад.

Поворачиваясь на бок, он убирает выбившиеся пряди волос с моего лица и заглядывает мне в глаза. — А кем является Иден Грейди?

Кажется, прошла целая вечность, пока я пытаюсь найти правильный ответ, но в конце концов я говорю правду. — Я понятия не имею, кто я. И думаю что с тех пор как умер мой отец, не считая его, я по настоящему никого не любила.

— Ты найдешь себя, кем бы тебе ни было предназначено стать, ты крутая богиня. Ты не сдашься без боя.

Его зеленые глаза держат меня в плену, а его слова задевают глубже, чем все остальное, что я слышала в последнее время.

Поднимая руку, чтобы обхватить его щеку, я провожу большим пальцем по его нижней губе, потихоньку приближаясь. Мои глаза закрываются, когда наши губы соединяются, мягкие и нежные. Он целует меня с такой нежностью, что я чуть не растекаюсь лужицей.

Медленно отстраняясь, я прикусываю нижнюю губу, когда он улыбается мне в ответ, его пальцы запутались в моих волосах.

— Так вот, я люблю этот фильм, не так сильно, как второй, но достаточно, чтобы по какой-то странной причине прижать тебя к себе, пока мы смотрим его. Если ты хочешь тусоваться, тебе нужно присоединиться к вечеринке, в противном случае не отрывай глаз от телевизора, — говорит он, и ухмылка освещает его лицо.

— Я больше не буду задавать вопросов, но только потому, что второй тоже мой любимый.

Возвращаясь к телевизору, в моем животе порхают бабочки. Я понятия не имею, что, черт возьми, здесь происходит. Почему я, кажется, так легко впускаю "Звезд", давая им больше топлива, чтобы сжечь меня позже? Но сегодня вечером — сегодня вечером, я не буду подвергать это сомнению.

31

Иден

С балкона я наблюдаю, как волны разбиваются о кромку воды, обернутая вокруг тела полотенцем, пока морской бриз треплет мои волосы, я делаю глубокий вдох, вдыхая соленый морской воздух. Прошлая ночь — прошлая ночь была для меня совершенно другим измерением.

Я никогда не лежала в постели, прижавшись к парню, во время просмотра фильма. Никогда. Не говоря, уже о том что у меня в это время были месячные, и уж точно, в моих самых смелых мечтах, я не представляла, что это может быть со "Звездой".

Последнее, что я помню, это как я свернулась калачиком на боку, положив голову на грудь Хантера, и его учащенное дыхание убаюкивало меня. Но когда я проснулась сегодня утром, его уже не было. Спазмы в животе прошли намного лучше, и мое настроение прошлой ночью было на удивление спокойным по сравнению с обычным, поэтому я проглотила еще одну из тех таблеток для поднятия настроения, которые принес Хантер, вместе с его обезболивающими.

"Звезд" следовало бы называть ‘Ублюдками", потому что это буквально то, чем они являются. Они притягивают и отталкивают, как йо-йо, и я не знаю, как я к ним отношусь, вот почему я решила дать им попробовать их собственное лекарство.

Больше не впускать их. Больше не позволять им отказываться отвечать на мои вопросы. Но самое главное, больше не позволять им использовать мое тело. Больше никакого секса.

Это мой механизм управления, но с ними это только еще больше сбивает меня с толку. Мои эмоции бушуют прямо под поверхностью, пока я сдерживаю их, и мне нужно подавить их, вся эта ситуация просто невыносима. Позволяя им вот так проникать мне под кожу, я только усложняю себе жизнь.

Если я когда-нибудь захочу получить ответы, которые мне нужны, мне придется составить план. У меня ограниченные ресурсы, но в этом доме есть один человек, на которого мне нужно давить немного сильнее, вместо того чтобы избегать.