Только наша омега. Четыре звезды для землянки
Шрифт:
– О, ты пришла.
– Бросаю быстрый взгляд на сестру.
– А Адель?
Бетрис я пригласила из вежливости. Ведь она мне помогла тогда. Но и не думала, что сестра придёт. Ведь раньше её игры не интересовали.
Как и я.
– Она в садике.
– Отвечает Бетрис.
– В садике?!
– Угу. В частном.
– Но деньги...
Хоть долг я и закрыла, точнее парни закрыли, но денег Бетрис я не давала больше.
– У меня были кое-какие сбережения. И я их на хороший садик потратила.
– Объясняет сестра, чуть качаясь взад и вперед. И благо у меня вип-ложа, так что мы можем спокойно говорить.
– К тому же я нашла себе работу. Консультантом в магазине. Начну новую жизнь, заживем с дочкой вдвоём...
– Бет, - я аж отрываюсь от игры, воззрившись на сестру как на чудо-чудное, - это точно ты?? Может тебя радиоактивный паук покусал??
На что сестра улыбается. И, поёжившись, словно ей холодно стало, отвечает:
– Это всё слова твоего муженька. Ну того, который к тебе заявился. Он сказал, что.., - и она нервно покусывает нижнюю губу, - лучше быть вообще без родни, чем с такой сестрой, как я. И что я ему противна.
Ого. Ну Акура, ну дает! А я думала, что он просто какую-то шуточку отвесил тогда...
– А ты?
– И я свожу брови к переносице.
– Ну а я что!
– И она прыскает от смеха.
– Ты думаешь, что я совсем тупая? И не знаю, что мы все дружно к тебе на шею сели?
Бетрис отворачивается от меня. И какое-то время просто молча смотрит, как дахасары бегают по полю. А потом говорит:
– Ну вот я и решила, что раз не могу улучшить твою жизнь, то хоть портить не буду. Да и не хочу, чтобы у Адель было такое же детство, как у нас...
В её голосе дрожь появляется. Кажется, что она вот-вот расплачется, и в первый раз в жизни я сестру вижу вот такую - совершенно "обнаженную", одинокую и беззащитную.
– А я из-за проблем с мужиками же вечно на ребенке срываюсь.
– И она глаза трёт, шмыгнув носом.
– Раньше на тебе отрывалась, а потом на ней стала. Какая ж я мать после этого? Я и самой себе противна уже.
– И Бетрис ко мне поворачивает голову, продолжая тянуть улыбку, а в глазах у неё слёзы стоят.
– Бееет.., - протягиваю, ощущая, что в первый раз в жизни лёд между нами тронулся.
Тяну к сестре руки. Думаю, что она меня оттолкнёт сейчас, как и всегда, но Бетрис сама меня в ответ обнимает, и какое-то время мы так и сидим, обнявшись, и игру смотрим.
– А кто выигрывает?
– Спрашивает Бет, закончив плакать.
– Наши. Кто ж еще?
– И я самодовольно ухмыляюсь.
Будто это я их тренировала! Хотя в постели своих мужиков я и правда знатно погоняла после их вступления в мой гарем...
– А тот щуплый где?
– Спрашивает сестра.
– За стойкой администратора сегодня девушка-альфа сидит.
Лео, Лео...Вот его мне и правда жалко. Но поделать я ничего не могла.
– Уволился сразу после того, как четыре свеженькие метки увидел на моей шее.
– И я губы поджимаю.
– О, да! Поздравляю, кстати!
– И Бетрис отрывается от меня, ехидно ухмыляясь.
– Кто бы мог подумать! Моя сестра завалила четверых кабанов!
– Бетрис, ну хватит меня смущать.
– Смеюсь в ответ.
– Они...сами завалились. И сдались в плен.
Но вдруг Ройс на поле делает прорыв. Кайен его прикрывает. Форд с Акурой сдерживают противников. И если сейчас Ройс забьет мяч, игра будет закончена!
Вся публика замирает...
У меня как-то странно в животе колоть начинает...
И трибуны просто взрываются, ведь мяч и правда попадает в корзину!!!
– Ура! Кубок наш!
– Восторженно восклицаю я, сжав руки в кулаки, и их над головой поднимаю.
И это последнее, что я успеваю сделать, ведь вдруг у меня в голове словно свет кто-то отключает.
И я теряю сознание, завалившись прямо на сестру.
– Беременна она у вас.
– Слышу чей-то голос сквозь сон.
– Что?!
– Удивляется кто-то.
– Но какой срок??
Первый голос что-то отвечает, но я не могу слов разобрать.
Зато прекрасно слышу вопль:
– Ройс! Вот же...бык-осеменитель!!
И я резко прихожу в себя, открывая глаза.
– О! Очнулась!
– Снова звучит первый голос прямо рядом с моим ухом.
И врач светит мне в лицо фонариком. Сначала в один глаз, а потом в другой.
– Кара, ты как? Как себя чувствуешь??
– Тут же к кушетке, на которой лежу, подлетает Кайен.
– Да Кара, как ты?? Мы дико испугались!
– Это уже Акура говорит.
Кушетку окружают со всех сторон. И нас с врачом становится не видно.
Но седовласый врач, издав негодующее "ох уж эти молодые отцы!", быстро разбирается с моими мужчинами:
– Так! Шаг назад! Отряд влюбленных альф...Вашей жене ведь дышать нечем! Или хотите, чтобы она опять отключилась??
И дахасары, как послушные мальчики, отшатываются от моей кушетки.
А у меня в голове только одна мысль дрожит, переливаясь и мерцая:
Я...беременна? Правда?
И внутри всё начинает теплом и светом наполняться.
– Поздравляю сеструха!
– Доносится женский голос.
– Это круто! Правда я чуть сама не откинулась, когда у тебя глаза резко закатились! Думала, ты померла от счастья!
Ага, Бетрис тоже здесь. Просто сидит в дальнем углу.
– И прошу без паники!
– Предупреждает врач строгим голосом.
– Всё в порядке! Анализы в норме! У дахасарских младенцев при рождении хвосты совсем маленькие, как отростки, так что Кара может и сама даже сможет родить, но это только время покажет. А сейчас ваша жена просто перенервничала, вот и упала в обморок.
Мда. Нашла я время, когда падать в обмороки...
– Слушайте, простите!
– Начинаю было я, а врач помогает мне сесть.
– Там же кубок, поздравления, а тут я...
И моё сердечко просто удар пропускает.
Ведь я смотрю на своих мужчин, а у них такие лица счастливые, что они аж будто изнутри светятся!
– Да плевать им на кубок! И на весь мир!
– Подтрунивает надо мной сестра.
– Кубком и прессой ваш старец занимается.
– Это она, видимо, о Пакьяне.
– А они скоро отцами станут, и у них теперь активирована новая программа - защищать свою беременную омегу даже ценой собственной жизни. Так что пофиг им на всех остальных!
Ах да...Правильно ведь говорят, что: "Влюбленный альфа, конечно, дуреет, но альфа, который скоро отцом станет, дуреет вдвойне!"