Чтение онлайн

– Привет, Лили. Когда ты вернулась? – спросила Кэлли, садясь на обитую ситцем софу. Она взглянула на улыбку Кристины, сияющую с блестящей журнальной обложки.

– Вчера, – сказала Лили. – Как у тебя дела?

– Все хорошо, спасибо. Пол очень много работает, да и я тоже занята. Я все еще занимаюсь приютской программой. – Она сорвала с гортензии увядшие листья.

– Кэл, когда ты будешь в Нью-Йорке? – голос Лили звучал натянуто.

– Видимо, сегодня вечером. Я приеду шестичасовым поездом. У тебя все в порядке? – Кэлли почувствовала напряженность в голосе.

– О, у меня все хорошо. Может быть, немного устала от самолета. Как ты думаешь, мы сможем встретиться? Я бы хотела поговорить с тобой.

– Я бы с удовольствием встретилась с тобой, Лили, но мне надо везти Дорин в аэропорт. Она летит во Флориду навестить Джека и Элен… Они сейчас живут в Уэст-Палм-Бич… – говоря об этом, она почувствовала благодарность к Полу за его щедрость и улыбнулась. Пол очень хотел, чтобы исполнилась самая заветная мечта Дорин – жить в солнечной Флориде – мечта такая сильная, что ради нее она оставила своего ребенка. Но теперь, когда это могло осуществиться, Дорин сделала свой выбор. Она решила продолжать работу в Нью-Йорке по приютской программе и с женщинами-алкоголичками. – Дорин действительно непростой человек. Ты же знаешь, она получила степень бакалавра и теперь совершенствуется в адвокатуре. Она просто поразительна. Так что, как только я посажу ее в самолет, мне сразу надо будет вернуться, – продолжала она. – Мы сможем встретиться завтра вечером.

– Послушай, Кэлли, ты знаешь, я никогда не сую нос в чужие дела, – голос Лили был совершенно нейтральным, как голос диктора в шестичасовых новостях, сообщающего о не касающихся его подробностях какой-то катастрофы. – Ты не будешь против, если я задам тебе личный вопрос?

– Конечно, нет, – сказала Кэлли, внезапно осознав, что за все годы их знакомства Лили никогда не пыталась проникнуть в глубокие сферы ее личной жизни. – Так что ты хотела спросить?

– Мне не очень удобно. Я не хочу быть причиной каких-либо тревог, но, Кэлли, причина вашего разрыва с Врэди Пэрришем была… Я не знаю… Нехорошая?

Кэлли вздрогнула. – Врэди Пэрриш! Господи, неужели тебе все еще это интересно, после стольких лет?

– Нет, – рассмеялась Лили. – Я просто столкнулась с ним в Каннах…

– О, там и Кристина, – прервала ее Кэлли. – Она на кинофестивале. У нее недавно вышло несколько рекламных роликов, и пара продюсеров предложили ей сниматься в фильмах, так что она восходящая звезда. Вот бы снова стать молодой, а?

– Да, я знаю, что она там. Я видела ее.

– Ох, правда? Это здорово. Как она? Ей там хорошо?

– Слушай, Кэлли. В Париже ко мне присоединился Джерри. Он тоже хотел поехать в Канны на фестиваль. Мне это было совершенно ни к чему, но он очень хотел, так что я, конечно, согласилась. Он приехал на несколько дней раньше, чем я закончила в Париже свои дела. Мы столкнулись с Кристиной… Она была с Брэди.

– Она была с Брэди Пэрришем? Ты уверена? Ты имеешь в виду, что они просто случайно встретились?

– Нет, Кэл. Она совершенно определенно была с ним. Он сделал ударение на том, что они вместе остановились в «Карлтоне». Потом он самодовольно улыбнулся и спросил про тебя. Как будто хотел быть уверен, что ты узнаешь про них с Кристиной.

– Они оба остановились в одном отеле? – спросила Кэлли.

– В одном номере, Кэлли. Брэди сделал все, чтобы я получила полное представление об этом. Это была очень странная сцена. Он так себя вел… Спросил меня, как я думаю, понравится ли он тебе в роли зятя.

– Сукин сын! – пробормотала Кэлли.

– Слушай, Кэл, я знаю, ты когда-то была им очень увлечена. Но, честное слово, он сейчас какой-то придурковатый.

– Он такой и есть! – тихо сказала Кэлли. – Ты спросила про причину нашего разрыва. Так вот, это была грязная сцена. Как раз в ту ночь, когда умерла Элиза Мадиган. Я пришла сказать ему об этом и обсудить, как нам поступать дальше со съемками, и стала свидетельницей очень странной сцены.

– О Боже, Кэл. Прости меня. Ведь я могла бы избавить тебя от этого.

– О чем ты говоришь? – Голос Кэлли стал напряженным. Мысль о Брэди Пэррише, о той ужасной ночи до сих пор вызывала приступ гнева и тупую боль в желудке. Мысль о том, что он вместе с Кристиной, еще такой хрупкой, неопытной, ужаснула ее.

– Кэлли, в тот день на съемках Брэди предложил мне присоединиться к их компании. Я была ошеломлена, но притворилась, что приняла это все в шутку и просто посмеялась. Ты знаешь, как я поступаю, если не хочу иметь дела с… Так или иначе, я подумала, что лучше рассказать тебе об этом, но решила подождать до конца съемок. А в тот день у меня случился личный кризис… – Кэлли внезапно вспомнила, что рассказывала Марей, обнаружив Лили в студии ее брата.

– Потом умерла Элиза и все как будто с цепи сорвались. В ту ночь ты улетела вместе с Марен, а когда я вернулась в Нью-Йорк, ты сказала, что вы с Брэди расстались, так что я не видела смысла травмировать тебя этим. Мне очень жаль, что тебе пришлось это увидеть. Должно быть, это было ужасно.

– Да, – сказала Кэлли. – Но в этом нет никакой твоей вины. Если бы ты мне сказала, я сомневаюсь, что поверила бы тебе. Ты знаешь, я послала его в ту ночь, когда нас награждали в «Клио». Он так посмотрел на меня… – Она вздрогнула, вспомнив об этом. – Это был такой холодный взгляд, что я поняла: больше всего на свете он хочет отомстить мне. Но прошло столько лет, и я не думала, что он все еще…

– Кэлли, это еще не все, – голос Лили стал еще более напряженным. – Мы провели там четыре дня. Кристина была все время напичкана… Я имею в виду действительно напичкана… кокаином.

– Ты уверена? – спросила Кэлли, заранее зная ответ.

– Да, – сказала она. – Они хотели нас тоже угостить. Я никогда не собиралась притворяться, что не пробовала, но Джерри очень строго относится к таким вещам. Он был просто шокирован. Кокаин очень распространен на фестивале. Его легче достать, чем чашку кофе. Но Кристина… Кэлли, она в опасности. Мне очень неприятно это говорить, но ты должна знать. Я всегда мучилась от того, что не сказала тебе сразу про эпизод с Брэди…

– Нет, нет, Лили. Все правильно. Хорошо, что ты мне сказала… То есть не в том смысле хорошо, но ты права. Мне надо знать. Если бы я представляла, что теперь делать.

– Это трудная ситуация, Кэлли. Мне очень жаль, что приходится сообщать плохие новости. Да, есть еще кое-что.

– Я не знаю, смогу ли выдержать что-нибудь еще, – сказала Кэлли.

– О, я думаю, это тебе понравится. Это про Брэди. Он подтянул кожу на лице. Получилось отвратительно!

– Ты права, – рассмеялась Кэлли. – Мне это нравится! Слушай, ты давно говорила с Марси? Как она?

– Ах, Марси, – сказала Лили. – Я говорила с ней вчера. Ты помнишь Папу, ее кота?

– Конечно.

– Он умер. Этому коту было уже наверно сто лет, но Марси очень переживает и пьет.

– Я боюсь, это тоже скоро будет проблемой, – сказала Кэлли. – Ладно, спасибо, что позвонила. Скоро встретимся. Передавай привет Джерри и Сиси.

– И от меня Полу.

Кэлли повесила трубку, наклонилась и развязала шнурки спортивных туфель. Она взяла со столика журнал и, сбросив туфли, вытянулась на софе. Вся ее энергия внезапно исчезла. Кэлли смотрела на фотографию Кристины, на ее зажигательную улыбку, сиявшую на фоне коротко подстриженных светлых волос, и думала о печальной и одинокой душе, которая скрывалась под этой улыбкой. Чарли был совсем другой. Он принял ее с самого начала, сразу стал считать членом семьи и своей второй мамой. Он искал у нее поддержки, и сам помогал ей – тепло и легко. А Кристина с первых дней затаила на нее злобу, считала, что Кэлли вмешивается в чужие дела, что она заняла ее место первой папиной помощницы. Все попытки пробиться к ней кончались неудачей.