Чтение онлайн

– Егорушка, ты уже пришёл домой? Так рано? – удивилась она. – Ой, ты не один. Добрый день, я Олеся Владимировна. Что же это я вас на пороге держу? Проходите.

Мы не сказали ни слова, только послушались женщину и вошли в квартиру.

– Мы ненадолго. Это Стеша. Она занимается в театре, я тебе говорил, – последнюю фразу Егор почему-то произнёс слишком быстро и, взглянув на женщину, продолжил: – Она упала в снег, нужно высушить одежду.

– Ой, ну хоть не травмировалась? Как же я боюсь всех этих травм, за Егора каждый раз переживаю, – испугалась Олеся Владимировна.

– Нет-нет, всё в порядке, – почти шёпотом ответила я.

– Ну хорошо, – закивала женщина, – сейчас найдём во что переодеться.

Мне хотелось спросить у Любимова, кем приходится ему эта женщина. Я смутно помню его маму, но она явно выглядела иначе.

Мы прошли в комнату Любимова.

– Какая милая женщина, – сказала я.

– Да, Олеся хорошая, – кивнул Егор и ответил на мой немой вопрос – Она моя мачеха.

Я посмотрела на Любимова. Неловко было спрашивать у него о семье. Всё же это личное дело. Кто я такая, чтобы копаться в его белье?

– Тук-тук, можно? – спросила женщина, находясь по ту сторону двери.

– Да, – ответил ей Егор.

– Стеша, я тебе тут принесла костюм домашний, чтобы ты переоделась. Егор, ты покажи потом гостье, куда нужно повесить джинсы. Вы голодные? Я могу обед подогреть.

Я действительно хотела есть, но признаваться в этом мне было почему-то неловко. Благо Егор взял эту участь на себя:

– Да, поесть не помешало бы, да, Стеша?

– Угу.

– Вот и хорошо, – обрадовалась Олеся Владимировна, – скоро всё готово будет.

Сказав это, она буквально выпорхнула отсюда и направилась в одну из многочисленных комнат квартиры Любимовых.

– Ну что, переодевайся, – нарушил молчание парень. – Надо ещё, чтобы твои джинсы успели высохнуть.

Я удивлённо подняла бровь. Насчёт переодевания, мысль, конечно, здравая. Вот только… Не при Егоре ведь делать это. Пусть сначала выйдет из комнаты или покажет, где я могу переодеться. Любимов, кажется, понял причину моей реакции и со смехом добавил:

– Ну конечно, я выйду, Стеша. Переодевайся спокойно.

– Спасибо, – буркнула я в ответ.

Егор подошёл к двери, медленно переступил порог и обернулся:

– Но если хочешь, чтобы я остался, ты только скажи…

– Не дождёшься, – сказала я и захлопнула дверь перед его носом.

– Ладно, понял, – донеслось с той стороны двери.

– Понятливый какой, – проворчала я.

– Что ты говоришь? Плохо слышно.

– А ты не подслушивай! – ответила я и на всякий случай добавила: – И не подглядывай!

Я благополучно переоделась в домашний костюм и открыла дверь. Любимова на горизонте видно не было. Куда же он делся? Ходить по квартире и искать парня мне не хотелось. Как-то неловко одной блуждать тут. Но ведь времени оставалось всё меньше, проще было поехать домой и переодеться, чем прохлаждаться просто так… Хоть мне было жутко интересно оказаться в этой квартире.

– Переоделась? – спросила Олеся Владимировна, подходя ко мне.

– Да, – с улыбкой ответила я, – только не знаю, куда повесить джинсы…

– Пойдём, покажу тебе, – кивнула она. – Егору позвонил отец, так что, скорее всего, он говорит с ним в кабинете.

Мачеха Егора показала мне, где находится сушилка. Я аккуратно разместила на ней свои джинсы, боясь обжечься.

– Можешь уже идти за стол, я еду подогрела, – сказала мне Олеся Владимировна.

– Хорошо, спасибо, – смущённо ответила я. Без Егора я чувствовала себя неловко, но доброта женщины помогала мне ощутить себя чуточку увереннее.

Мы прошли в просторную и светлую столовую. Я уселась на стул и оглядела большой круглый стол. Интересно, сколько людей за ним помещается? Может быть, в квартиру частенько заходят гости? Для нас двоих этот стол был каким-то слишком уж гигантским.

Олеся Владимировна поставила передо мной глубокую тарелку. Аромат грибного супа мгновенно распространился по комнате. Я замерла в ожидании Егора.

– Ты ешь, ешь, не жди его. Поговорит и придёт, – махнула рукой женщина. – А еда остывает.

Суп был восхитителен. О чём я почти сразу же сообщила Олесе Владимировне. Она, услышав это, обрадовалась.

– Егор не особо сыплет комплиментами по поводу еды. Придёт, быстро всё проглотит и бежит в свою комнату, – вздохнула она. – А Колю приходится заставлять есть.

Я непонимающе уставилась на женщину. Настолько я помню, отца Егора зовут Михаил. Михаил Андреевич.

Олеся Владимировна поймала мой взгляд и продолжила:

– Коля – это мой сын, младший брат Егора.

Точно. Любимов ведь сегодня говорил про брата.

– Коля любит брать пример с Егора. Во всем ему подражает. Даже футболом захотел заниматься. Миша этому рад, а я же понимаю, что теперь мне придется бояться за них двоих. Все эти травмы…

– Да, Егор говорил, что он часто травмировался.

– Это ужас полнейший! Я каждый раз успокоительное пью после его очередного ушиба или ещё чего похуже. С одной стороны, я даже рада, что его отстранили.

Егора отстранили? Хотя я могла догадаться, ведь не зря его не выпустили на поле. Да и в ДК, когда речь зашла о футболе, Любимов выглядел расстроенным.

– Ты ведь знаешь об этом? – спросила она.

– Угу, – кивнула я и, чтобы избежать дальнейших расспросов, откусила большой кусок свежего хлеба.

– Я сама пеку хлеб, – сказала женщина и вновь перевела тему, – Егора, конечно, жалко. Он так тяжело переживает отстранение. Хорошо, что теперь он занимается в театре. У него там какая роль? Принц вроде?

– Царевич, – поправила я Олесю Владимировну.

– Точно, Царевич, – закивала она. – Надеюсь, у Миши получится, и мы все вместе придём посмотреть спектакль. Это ведь возможно?