Чтение онлайн

Она никогда не переставала поражаться тому, как, иногда, ей до сих пор его не хватало.

Но кому они улыбались? Хоть убей, Кэри не могла вспомнить, кто стоял за камерой. Она оторвала взгляд от счастливой пары, и прочитала надпись написанную внизу:

“Джо Ковальски и его подруга Кэри Дэниелс за несколько часов до того, как полицейский поймал их с поличным, когда они обжимались на проселочной дороге, и позвонил их родителям. По слухам, когда Джо высадил ее у дома, мистер Дэниелс преследовал его всю дорогу домой с клюшкой для игры в гольф”.

– Папа преследовал его только до конца квартала, - фыркнула Кэри.
– Даже Форд Гранада 78 года может обогнать толстяка среднего возраста с железной битой в руке.

– Я не вижу, что в этом такого смешного.

– Вы не видели, как мой старик гнался за машиной посреди улицы в одном халате. Хотя, в то время, это было не очень то и смешно.

– Сосредоточься, Кэри, - отрезала Тина.
– Ты проходила или нет, каждый день мимо доски объявлений в художественной студии?

– Проходила.

– А разве ты, каждый день не видела его имя в списке журнала «Прожектор» «Самые Желаемые»?

– Видела.

– И ты, случайно, не заметила, что Джозеф Ковальски находился на третьем месте уже в течение нескольких лет?
– Кэри кивнула, и Тина перегнулась через стол.
– Ты получишь для меня эксклюзивное интервью с этим мужчиной.

– Или…?

– Не доводи до этого, Кэри, - Тина откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.
– Смотри, на основе одиннадцатого бестселлера этого мужчины, собираются снять летний блокбастер десятилетия. Чтобы пройти прослушивания для этого фильма, в очередь выстроилось больше знаменитостей, чем на красной дорожке на премию «Оскар». И он, в общей сложности, очень таинственный человек.

– Я не понимаю, почему вы так рьяно его преследуете. Он просто автор.

– Джозеф Ковальски не просто автор. Он сыграл СМИ как на скрипке и стал знаменитостью. Появлялся на этих эффектных вечеринках в Нью-Йорке под руку с рыжей красоткой - Лорен Хаккинс. Затем, Лорен дает ему пощечину многомиллионным иском за моральный ущерб, он с ней расплачивается, заключая твердую договоренность, а затем исчезает из виду? Там есть какая-то история, и я хочу ее получить. Наши читатели съедят его, и «Прожектор» подаст его читателям потому, что у тебя есть к нему доступ, как ни у кого другого.

– Был. У меня был доступ к нему, - Кэри вздохнув, перевернула и протянула фотографию обратно через стол, хотя она предпочла бы грезить над ней позже.
– Восемнадцать лет тому назад.

– Ты была его возлюбленной в средней школе. Ностальгия, дорогая! И ходят слухи, что он по-прежнему одинок.

Кэри знала, что он все еще одинок, потому что семьи Дэниэлс и Ковальски до сих пор жили в одном маленьком городке Нью-Гемпшире, хотя в настоящее время мистер и миссис Ковальски жили в доме получше. Гораздо лучше, по словам матери Кэри.

– В этой области, ты быстро выросла, - продолжала Тина, - потому что у тебя есть репортерские инстинкты, и ты умеешь общаться с людьми, не говоря уже о том, что я тебе доверяю. Но это…

Слова затихли, но Кэри услышала своего босса четко и ясно. Она собиралась получить этот эксклюзив, в противном случае ее карьера в «Прожекторе» будет закончена, но она могла бы начать с чистого листа в другом журнале, находящимся в списке ее приоритетов. А так как ее карьера была в целом ее жизнью, это была не совсем пустая угроза.

Но, увидеть Джо снова? Эта идея интриговала ее в той же мере, что и пугала до чертиков одновременно.

– Тина, он не откроет подробности своей невероятной личной жизни журналу лишь потому, что в средней школе некоторое время мы провели вместе. Было весело, но не настолько хорошо.

Теперь она совершенно открыто врала. Джо Ковальски установил золотой стандарт в сексуальной жизни Кэри. Некрасивый автомобиль, кассеты Whitesnake, дешевое вино и Джо все еще превзошел ее личный список «Десять способов к лучшему Оргазму».

Тина провела языком по передним зубам, и Кэри знала ее достаточно долго, чтобы понять – ее босс собиралась сделать контрольный выстрел.

– Я уже передала твои материалы другим сотрудникам, - сказала она. Это был совершенно неуместный для Тины акт вмешательства, чтобы поступить с кем-то, у кого было такое положение в журнале, как у Кэри, подобным образом.

– Это неприемлемо, Тина. Вы переступаете свои…

– Я не могу преступить границы, так как у меня их нет, Дэниелс. Это мой журнал, и твое продвижение в редакционную зависит от того, получишь ли ты интервью с Ковальски или нет – просто и ясно.
– Потом она полезла в сумочку и протянула ей еще один лист.
– Вот информация о твоем полете.

Затворник, автор мега-бестселлера, о котором идет речь, пытался сделать выбор между обычной вяленой говядиной или же приправленной соусом терияки, когда услышал, что Кэри Дэниелс вернулась в город.

Джо Ковальски кивнул кассиру, которая дабы быть первой в доставке новости, оставила клиента до конца не обслужив его. Это был не первый раз, когда Кэри возвращалась. Если бы она уехала и за восемнадцать лет ни разу не навестила своих родителей, Джени Дэниелс вылетела бы в ЛА и потащила бы свою дочь домой за ухо.

Однако это был первый раз, о котором он знал, когда Кэри его разыскивала.

– Она спрашивала ваш номер телефона, - добавила кассир, наблюдая за ним, как полуголодная пиранья.
– Конечно, ей его никто не даст, потому что мы знаем, как вы относитесь к своей личной жизни.

Потому, что ни у кого его не было, но он не намеревался указывать на это. Но он был удивлен, что у Кэри заняло так много времени, чтобы вернуться домой в поисках его, учитывая, сколько лет Тина Дешанель преследовала его агента.

– Может быть, она и состоит в комитете по случаю встречи выпускников, - сказал Джо кассиру, и ее лицо вытянулось. Комитеты не очень то и хороший повод для горячих сплетен.

Представители СМИ преследовали его агента в течение многих лет, но только Тина Дешанель, которая вывела упорность на совершенно новый уровень, была боссом Кэри Дэниелс. Джо наблюдал за карьерой Кэри с самого начала, ожидая момента, когда она продаст его, но она никогда этого не делала. До этого времени, видимо.

В то время пока он не был отшельником в стиле Сэлинджера, Джо нравилось уединение. Неприязнь жителей Новой Англии по отношению к посторонним, которые вмешиваются в их жизнь, в сочетании с его собственным финансовым великодушием, в виде футбольного поля, детских площадок, пожертвований для библиотек или в чем там они еще нуждались, удерживало местных жителей от распространения слухов о его личной жизни. К тому времени, когда он стал знаменитым, одноклассники, которые переехали, не помнили достаточно о нем, чтобы предоставить интересную пищу для размышлений.