Чтение онлайн

— Попробую догнать его.

Схватив рюкзак, Макс побежал через стоянку. Двигатель «мерседеса» уже работал, фары были включены. Эдди, сидевший на заднем сиденье, заметил Макса. В следующее мгновение водительская дверца открылась, и из машины вылез отец мальчика.

— Здравствуйте. Большое спасибо. Тед Маршалл-Хиккс. — Тон у него был дружелюбным, рукопожатие твердым, выговор элитарным; облик дополняли пышные усы. — Сын как раз о вас рассказывал! Именно ваша дочь подбила глаз моему сыну, как я полагаю.

Макс кивнул:

— Да, она.

— Молодчина, верно? Парню никогда не повредит получить урок от представительницы противоположного пола. — Он забрал у Макса рюкзак и бодро добавил: — Ну что, теперь все позади. Похоже, мой сын понял ошибочность своих методов. Все это издержки взросления, не так ли?

— Наверняка, — ответил Макс.

— Отлично. Кстати, свои прежние взгляды он получил не от меня, отнюдь. — Тед Маршалл-Хиккс по-медвежьи помотал головой, потом, понизив голос, добавил: — Конечно, сейчас у меня жена и дети, но в школьные годы мы, мальчишки, собирались вместе и экспериментировали! Счастливые были деньки! Весело было, когда тушили свет. Ну, вы меня понимаете. — Он снова пожал Максу руку и пошел к машине.

Эдди с заднего сиденья помахал Максу.

Макс машинально помахал в ответ, и «мерседес» поехал прочь.

Ну-ну. Макс улыбался, шагая к автобусу. Мир перевернулся с ног на голову. В его школьные годы он экспериментировал с девочками.

В среду утром, едва увидев Макса, Тилли сразу поняла, в чем дело.

Как правило, он просыпался до ужаса рано, брился, тщательно одевался и уходил. Сегодня же он спустился вниз в махровом халате и выглядел так, будто целую неделю не просыхал.

Хотя если бы ей пришлось высказать эту мысль вслух… ну, она выразила бы ее другими словами.

— Ненавижу эту фразу: «Я же тебе говорила», — солгала Тилли.

Макс добрался до ближайшего стула и со стоном опустился на него.

— Но все равно собираешься ее произнести.

— Ты же сам виноват! Неужели ты думал, что этого не случится? — Тилли смягчилась. — Господи, ты жутко выглядишь. Очень плохо?

Макс кивнул. Кожа на его лице была зеленовато-бледной.

— Я подам в суд на этот ресторан.

— Не сможешь. Не их вина, что ты оставил доставленные блюда на всю ночь и съел их только на следующее утро.

— Я не люблю, когда пропадают продукты. И было вкусно. — Он тяжело вздохнул и схватился за живот. — Боже, как же больно. Знаешь, сколько раз меня выворачивало?

— И знать не хочу, благодарю покорно. Мне просто интересно, как мы сегодня будем работать. Мне одной не справиться с Джеми и Тэнди.

— Знаю-знаю. Отвези Лу в школу, а я пока что-нибудь придумаю. — Макс через стол потянулся за своим мобильником и устало поднялся на ноги.

Тут в кухню ворвалась Лу и резко остановилась при виде отца.

— У-у-у, пап, ты весь зеленый!

— Я тоже тебя люблю.

— Это все сычуаньская кухня?

Макс кивнул:

— Вероятно.

— Ой, пап, бедненький! Но мы же говорили, что тебе от нее будет плохо.

— Да. Спасибо, что указала мне на это. Еще раз.

— А ты все твердил, что ничего не будет. Значит, мы были правы, — уверенно заявила Лу, — а ты ошибался.

— Знаешь что? — Макс попытался шлепнуть ее, но промахнулся. — Я всегда могу отдать тебя на удочерение.

К тому времени, когда Тилли отвезла Лу в школу и вернулась, Макс уже обо всем договорился.

— График слишком плотный, чтобы его можно было менять. Так что я позвонил Джеку. Он уже едет сюда.

Только этого ей не хватало. Теперь плохо не одному Максу. Однако при сложившихся обстоятельствах у нее не было выбора.

Джек приехал через десять минут. Макс открыл свой альбом с проектами и прошелся по списку работ, требовавших завершения.

— Никаких проблем. Все сделаем. — Просмотрев подробные планы, Джек закрыл альбом и сунул его под мышку.

— Спасибо, — простонал Макс.

— Люблю приходить на помощь и спасать положение.

— Ага, как же. Просто тебе хочется взглянуть на дом Джеми Майклса.

Джек улыбнулся:

— И это тоже. А знаешь, ты все зеленеешь и зеленеешь.

— Господи, ну вот опять. — Выпроваживая их, Макс с мукой в голосе произнес: — Катитесь к черту, вы, оба. Дайте мне спокойно поболеть.

Когда они загрузили все необходимое в мини-вэн Макса, зазвонил телефон Джека. Тилли пришлось стоять рядом и слушать, как какая-то девица изо всех сил пытается уговорить его вывести ее в свет завтра вечером. Джек мягко, но твердо отказал ей.

— Видишь? — с самоиронией проговорил он, убирая телефон в карман. — Я могу сказать «нет», когда хочу.

— Это просто чудо.

— А как же вечер прошлой субботы? Признай, — продолжал Джек, — ты ожидала, что я приду с совершенно другой спутницей, верно? А я не пришел. Моника сказала, что, вероятно, будет очень весело, и я пригласил ее, и мы…

— Ты мог бы прекратить? — Отступив на шаг, Тилли подняла вверх руки. — У нас на сегодня масса работы, и это здорово, поэтому давай, прошу тебя, говорить только о работе — у меня нет желания выслушивать рассказы о твоей светской жизни.

— Но…

— Я говорю серьезно. Извини. — Она улыбнулась, стараясь смягчить свою резкость. — Дай мне слово, иначе я не сяду в машину.

Ошарашенный, Джек проговорил:

— И даже…

— Я говорю абсолютно серьезно. — Тилли прочно стояла на своем.

Она кивнула, давая понять, что иных вариантов быть не может.

Она действительно была настроена серьезно. Находиться в его обществе и так было нелегко, поэтому она нуждалась в гарантиях, что он не выйдет за рамки деловых отношений.

Джек несколько секунд пристально смотрел на нее. Она не моргнув выдержала его взгляд. Наконец он пожал плечами и сказал:

— Замечательно.

Первым признаком того, что что-то случилось, стал повышенный уровень активности у ворот.

— Здесь всегда так много папарацци? — удивился Джек, когда они проехали мимо толпы.

— Нет. — Служба безопасности узнала машину Тилли и открыла ворота.

— Привет! Что здесь творится? — спросила Тилли, когда Тэнди встретила их у открытой двери. Тут она заметила осунувшееся лицо Тэнди, ее покрасневшие глаза и руку, которую та не отнимала ото рта. — Господи, что произошло?