Чтение онлайн

— Тихо, милая. Я хотела сделать это ради Джо, но в особенности ради тебя. Я знаю, что должна была сделать для тебя больше, когда твоя мама была с нами. Я была так занята собственной семьей, что не сделала всего, что должна была. — Поппи достала белый кружевной платок и промокнула глаза.

— Вы с Гаррисоном много сделали. Вы дали мне безопасное место и семью, полную любви. Это много.

— Мама, тебе лучше спуститься вниз и проверить, все ли собрались. Должна подъехать Мария с семьей.

Хейл молча поблагодарила Жасмин. Еще одно слово Поппи — и она бы заплакала.

Поппи кивнула и тихо закрыла за собой дверь.

Подруги уставились друг на друга.

— Ого, твоя мама меня удивила, — попыталась рассмеяться Хейл, чтобы облегчить желание расплакаться.

— Она беспокоится за тебя. О том, что ты станешь делать и как впишешься.

Жасмин подошла ближе к своей лучшей подруге и сжала ее руку.

— Я уверена, что найду свое место, но прямо сейчас я лишь хочу пережить этот день.

— Правильно. — Жасмин подошла к кровати Хейл и принялась копаться в большой сумке, которую положила туда раньше. — Думаю, тебе могут понадобиться темные очки. Знаешь, для церемонии и потом. — Она вручила Хейл очки. — Таким образом ты не будешь чувствовать себя выставленной напоказ.

Хейл осмотрела большие черные очки.

— Это «Шанель»? Я не могу надеть «Шанель» в школьный спортзал. О чем ты думала?

— У меня есть «Гуччи», если хочешь. — Жасмин сунула руку в огромную сумку.

— Джез, ты с ума сошла? Я не могу войти туда в темных очках. Боже мой, телефонные провода раскалятся от слухов о том, что я прячу глаза в помещении, явно что-то скрывая. — Хейл покачала головой, глядя на подругу, которая могла заставить ее хихикать даже в такой печальный момент. — Никаких очков, но спасибо. Теперь мне остается только молиться, чтобы моя грудь была не слишком видна.

— Ты несомненно можешь войти туда в очень дорогих и модных темных очках. Плевать на этих сплетниц и их мнение. Этим ты дашь понять: «Только попробуйте докопаться до меня».

Жасмин положила ладони на бедра и изобразила модельную походку.

— Я не могу сказать «докопаться» на похоронах своего отца, — рассмеялась Хейл. — Ты неисправима.

— Кто, я? Я сладкая, как мед, не забывай, — ответила Жасмин.

Хейл внимательно оглядела подругу:

— Твой костюм великолепен. Поверить не могу, что ты стала еще красивее, чем во время учебы в колледже. Если бы я не любила тебя так сильно, я бы тебя возненавидела.

Жасмин была высокой и достаточно стройной, чтобы носить четвертый размер. Сегодня она уложила свои светлые волосы до плеч в высокий пучок, а макияж подчеркивал ее зеленые глаза. Черный костюм с короткой плиссированной юбкой выше колена и жакетом с длинными рукавами и четырьмя большими пуговицами спереди делал ее немного похожей на Одри Хепберн. Лодочки с красной подошвой и убойными каблуками завершали ансамбль и делали ее ноги бесподобными.

— Может, скажешь речь за меня, раз уж все будут смотреть на тебя? — Хейл приняла жалкий вид.

— Ни за что. Я буду сидеть рядом со своей лучшей подругой, чтобы предложить ей поддержку и утешение. Такова сегодня моя роль. — Жасмин окинула взглядом лицо Хейл. — Как ты себя чувствуешь на самом деле?

Хейл попыталась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.

— В одну минуту я плачу, и мне просто хочется кричать от боли, а в следующую я благодарна, что папе не пришлось долго страдать. Одна из медсестер рассказывала мне ужасные истории, и я знаю, что папа ушел легко.

Жасмин крепко сжала ее ладонь:

— Я могу остаться на ночь, если хочешь, или даже на несколько дней.

— Ты можешь понадобиться мне ночью. Сейчас же мне просто нужно немного побыть одной, чтобы собраться с силами. У меня было время, чтобы спланировать свое будущее, я хочу сказать, что мы с папой обсуждали, что мне нужно сделать, когда он узнал диагноз... — Ей потребовалась пауза, чтобы справиться с эмоциями. — Мне просто нужно осознать, что я осталась одна. На мне большая ответственность, и я должна быть готова справиться с ней. Мне казалось, что поскольку я выросла здесь, то смогу сразу включиться в дела, но мне необходимо столько узнать про ферму и наши вложения.

— Есть много людей, к которым ты можешь обратиться за помощью. Ты это знаешь, да? — Голос Жасмин немного охрип от эмоций.

— Мне хотелось бы остановить время, чтобы поплакать, выкричаться и уснуть, после чего я буду готова встретить свое будущее.

По крайней мере она надеялась, что уединение поможет. В последние шесть дней люди постоянно приходили и уходили. Доктор, медсестры и множество друзей помогали облегчить последние дни ее отца. После его смерти Мо и его сын, муж Жасмин Иззи, решали юридические вопросы, а Эшли и Жасмин присматривали за Хейл. Мария, ее сыновья и их жены по очереди открывали дверь и отвечали на телефонные звонки. Хорошо, что в доме снова станет тихо.

В дверь постучали, и вошла Эшли.

— Миссис Уэйн говорит, что пора спускаться. Машины ждут.

Жасмин взяла свою сумочку от «Шанель» и нацепила на лицо фальшивую улыбку.

— Представление начинается.

Хейл последний раз посмотрела в зеркало и вздохнула.

Эшли стояла у нее за спиной.

— Ты выглядишь хорошо, может даже немного сексуально.

Она продолжила внимательно рассматривать Хейл.

— Я не стремилась к сексуальности, — нахмурилась Хейл и поправила вырез. — Мне нравится этот фасон, и у меня есть еще одно такое же платье, только красное. Я всегда надевала одно из них, когда мне нужно было устроить презентацию, в них я чувствую себя более уверенной. Надеюсь, сегодня это поможет.

Она повернулась к подругам.

— Бьюсь об заклад, твой бюст привлекал внимание клиентов, и всем было наплевать, что ты там говоришь, — поддразнила Жасмин.

— Думаешь, сегодня сработает? — Эшли заговорила на октаву выше и добавила южного акцента. — Не знаю, о чем она говорила, но у нее великолепная грудь.

Хейл покачала головой в ответ на их выходку.

— А ну-ка прекратите, вы обе. Теперь я весь день буду волноваться о своем декольте.

— Если бы у меня было такое декольте, я бы волновалась только о том, как его продемонстрировать.

Эшли вышла из комнаты следом за Хейл и Жасмин.

— Не сегодня же, черт побери, — прорычала Хейл со слабой улыбкой на лице. Подруги помогали ей сохранять спокойствие. Ей повезло с ними.

Похороны прошли как в тумане. Хейл могла вспомнить отдельные образы и знала, что это была замечательная дань уважения ее папе. Самое удивительное случилось, когда Финн закончил свою речь. Мэр говорил о том, как Джо помогал городу и что он будет жить в своем наследии. Он искренне говорил о том, каким хорошим другом и наставником был ему Джо. А закончив, не подошел к предназначенному для него стулу, а направился прямо к Хейл и опустился перед ней на колено. Взяв ее руку в свою, он прошептал: