Чтение онлайн

Всенародный вызов Иисуса фарисеям обличить его в неправде

Вся эта беседа происходила в храме, в присутствии многочисленной толпы народа, среди которой были уверовавшие в Иисуса, как Мессию, были и не веровавшие в Него. В этой-то толпе, назвав всенародно Своих врагов сынами диавола, творящими волю его, и, вследствие этого еще более озлобив их против Себя, Иисус повелительно спрашивает их: «Кто из вас обличит Меня в неправде? Кто укажет хотя бы на один случай, когда Я в словах или делах погрешил против правды?.. Вы молчите? Вы не можете обличить Меня в неправде? Значит, Я говорю истину; а если так, то почему же вы не верите Мне? (Ин. 8, 46). Ведь Я говорю вам слова Божии, и если бы Бог был вашим Отцом, то вы слушали бы их; но вы не слушаете, потому что вы — не от Бога, потому что не Он ваш отец».

Кто из вас обличит Меня в неправде? Кто из вас может обличить Меня в грехе? (в церковнославянском переводе: Кто от вас обличает Мя о гресе). Вот вопрос, с которым никогда и никто из людей не осмелился и не осмелится обратиться к своим врагам. Все люди, даже самые праведные, святейшие, всегда сознавали и сознают, что их можно обличить в неправде и грехе, так как между людьми бывают лишь более или менее грешные, но безгрешных не бывает. А если бы кто был настолько безрассуден, что решился задать подобный вопрос своим врагам, то был бы немедленно уличен и посрамлен. Да и могут ли быть у людей такие озлобленные враги, какими были так называемые Евангелистом Иоанном Иудеи по отношению к Иисусу Христу? Только полное сознание Своей безгрешности и правоты во всем, и в словах, и в делах, только безусловная уверенность, что все сказанное Им сказано Самим Богом, и что в Свете истинном никто не найдет тьмы, только такое сознание и такая уверенность дали Христу возможность выставить Себя перед Своими врагами и предложить им всенародно обличить Его в неправде, в грехе.

И никто не осмелился выступить обличителем. Да и после того, на суде синедриона и Пилата, злобные враги Его могли обвинять Его только в том, что Он сделал Себя Сыном Божиим (Ин. 19, 7); обличить же и обвинить в неправде и грехе не могли даже при помощи лжесвидетелей.

Все это приводит к убеждению, что Иисус был безгрешен и говорил только правду. А так как Он, как прежде, так и в этой знаменательной беседе с фарисеями, утверждал, что говорит лишь то, что слышал от Отца Своего, Бога, то мы должны верить, что все сказанное Им сказано Самим Богом, — что, следовательно, в Нем Сам Бог открылся людям. Мы должны верить также, что Иисус — совершеннейший Человек, и вместе с тем — Бог, то есть Богочеловек или воплотившийся Бог. Вообще Иисусу Христу можно или верить вполне, или вовсе не верить, середины не может быть; а так как, по вышеуказанным основаниям, Ему нельзя не верить, то мы должны верить ему вполне во всем, даже и непонятном для нашего ограниченного ума.

Фарисеи давно уже распространяли в народе слух, что Иисус совершает чудеса и изгоняет бесов не божественной силою, но бесовской. Хотя в свое время Иисус блистательно опроверг это обвинение и посрамил Своих обвинителей, но у них не было против Него иного оружия, кроме гнусной клеветы; и вот теперь, будучи не в силах уличить Иисуса в неправде и грехе, они нагло принимаются за то же оружие и говорят: Не правду ли мы говорим, что Ты Самарянин и что бес в Тебе?

Слова — не правду ли мы говорим — доказывают, что фарисеи и раньше называли Иисуса самарянином, и если Евангелисты об этот не упоминают, то следует признать, что фарисеи называли Иисуса так, по крайней мере, в своем кругу. Самаряне были заклятыми врагами евреев, но, по мнению фарисеев, даже самарянин, если только он не бесноватый, не решился бы сказать, что евреи — сыны диавола. Вот почему они, не смея возразить Иисусу по существу всей Его речи, ограничиваются повторением прежнего оскорбления.

Выслушав спокойно в высшей степени дерзкие слова фарисеев, Иисус кротко ответил им: «во Мне беса нет; напротив, подобными речами, которые вам кажутся речами бесноватого, Я воздаю честь Отцу Моему Небесному. Я вынужден говорить с вами так, потому что Я чту Отца Моего; вы же, вместо того, чтобы склонить покорно голову свою перед Тем, Кто говорит вам истину от имени Отца, бесчестите Меня (Ин. 8, 49), называя Меня самарянином и бесноватым; но вместе с тем вы бесчестите и Того, от имени Кого Я говорю и действую, то есть Бога, Которого однако же осмеливаетесь называть Отцом своим. Впрочем Я не ищу Моей славы; если не хотите признать во Мне Того, Кто Я действительно и воздать Мне подобающую честь и славу, то знайте, что есть Ищущий славы Моей, и Судящий вас, не воздающих славы Мне» (Епископ Михаил. Толковое Евангелие. 3. С. 277).

Все это сказано фарисеям. Обращаясь же к уверовавшим в Него, Иисус сказал: «Если вы, уверовавшие в Меня, соблюдете слово Мое, будете исполнять все заповеди Мои, творя во всем и всегда волю Божию, то не увидите смерти вовек».

Фарисеи не поняли, что слова Иисуса — не увидит смерти вовек (Ин. 8, 51) — равнозначащи словам «достигнет блаженства вечной жизни». Они думали, что Он обещает Своим последователям бессмертие в их земной жизни, и потому увидели в этом обещании подтверждение своего гнусного обвинения: теперь узнали мы, что бес в Тебе. Авраам умер, умерли и пророки, а Ты говоришь: кто соблюдет слово Мое, тот не вкусит смерти вовек (Ин. 8, 52). Неужели Ты больше… Авраама и пророков? Чем Ты Себя делаешь(Цн. 8, 53), за Кого Себя выдаешь?

«Вы упрекаете Меня в том, что Я Сам славлю Себя, — сказал им Иисус, — если бы Я действительно Сам, без воли Отца Моего, славил Себя, то такая слава в глазах ваших была бы ничто; но вы забываете, что делами, которые Я творю, Меня прославляет Отец Мой, о Котором вы говорите, что Он Бог ваш (Ин. 8, 54), и в этих делах Его, творимых Мной, вы не познали Его. Если бы вы признавали Его Богом, то исполняли бы заповеди Его, а вы и ими пренебрегаете. Он сказал: «Не убей!». Вы же намереваетесь убить Меня, и только ищете удобного к тому случая, и притом тогда, когда не можете обличить Меня ни в каком грехе. Очевидно, что вы совсем не знаете Его. А Я знаю Его, и знание это доказываю тем, что во всем творю волю Его, соблюдаю слово Его; и если скажу, что не знаю Его, то буду подобный вам лжец. Вы спрашиваете Меня: неужели Я больше отца вашего Авраама? А Я вам скажу на это, что Авраам, которого вы называете отцом своим, рад был увидеть день Мой; и увидел и возрадовался».

Аврааму обещано было Богом, что благословятся в семени его все народы земли (Быт. 22, 18); вследствие этого Авраам несомненно желал видеть исполнение этого обещания, которое всегда понималось как обещание пришествия Мессии, в Царстве Которого найдут благословение все народы земли. Он рад был увидеть наступление этого Царства; и теперь, когда оно наступило, он, пребывая в ином мире, увидел и возрадовался.

Ученые фарисеи и этого не поняли и сказали Ему: Тебе нет еще пятидесяти лет, — и Ты говоришь, что видел Авраама?

Намерение фарисеев побить Иисуса камнями

На этот вопрос Иисус дает решительный ответ, смысл которого был ясен даже и для фарисеев, потерявших ключ разумения: прежде нежели был Авраам, прежде, чем он родился и жил, Я есмь (Ин. 8, 58). Фарисеи поняли, что Он говорит о Своей вечности и, следовательно, о Своем Божестве, и вместо того, чтобы уверовать в Него, они бросились к сложенным на дворах храма камням, заготовленным для окончания не отстроенных еще храмовых построек, и взяли каменья, чтобы бросить на Него; но Иисус… пройдя посреди них… пошел далее, вышел из храма и таким образом скрылся от взоров Своих озлобленных врагов. Поставленное в начале этого стиха слово «скрылся» может дать невнимательным читателям повод подумать, что Христос бежал от фарисеев, взявшихся за камни; но такое мнение было бы неосновательно: Евангелист ясно говорит, что Иисус, выходя из храмового двора, не искал Себе более безопасного выхода, а прошел посреди них, то есть взявшихся за камни, следовательно, не укрывался от опасности; мало того, выйдя из храма, Он не только не предпринял ничего для того, чтобы укрыться от врагов, но сейчас же вновь привлек к Себе их внимание, исцелив слепорожденного. Поэтому надо признать, что Иисус вышел из храма не потому, что фарисеи намеревались убить Его, а потому, что окончил Свою речь торжественным объявлением Себя Вечносущим, то есть Богом. Продолжать после этого беседу с фарисеями не предстояло уже никакой надобности, но показать народу Свое всемогущество, или напомнить ему о нем, надо было. Вот почему Иисус не тайно, а открыто, в сопровождении Апостолов, вышел из храма, пройдя посреди схвативших камни фарисеев, и тотчас же, без просьбы со стороны кого-либо, совершил величайшее чудо, даровав зрение слепорожденному.

Исцеление слепорожденного

Выходя Из храма, Иисус увидел слепого, просившего милостыню. Апостолы спросили Иисуса: кто согрешил, он или родители его, что родился слепым? (Ин. 9, 2). Апостолы, как и большинство евреев, верили, что все важнейшие несчастья случаются с людьми не иначе, как в наказание за особенные грехи, и не только за их собственные, но и за грехи их родителей, дедов и прадедов; такое верование основывалось на законе Моисея, гласившем, что Бог наказывает детей за вину отцов до третьего и четвертого рода (Исх. 20, 5), и на учении раввинов, утверждавших, что ребенок может согрешить еще в утробе матери.

Иисус отвечал им: Не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божий.

Слова — не согрешил ни он, ни родители его, — указывают не на безгрешность их вообще, а лишь на то, что они не совершили такого греха, за какой достойны были бы тяжкого наказания.

Но это для того, чтобы на нем явились дела Божии (но да явятся дела Божия на нем, как сказано в славянском переводе). Буквальный смысл этих слов не оставляет сомнения в том, что человек этот был поражен от рождения слепотой с целью со временем показать на нем чудодейственную силу Иисуса Христа! Но справедливо ли такое поражение слепотой, такое тяжелое наказание для человека, еще не согрешившего? Вместо того чтобы отвечать на этот вопрос, постараемся узнать, правильно ли переведены эти слова с греческого списка Евангелия. По мнению Иоанна Златоуста и Феофилакта, греческое слово iva (да, чтобы) нередко, в особенности же в Священном Писании, употребляется для обозначения не причины, а последствия; поэтому правильнее читать этот стих так: «не согрешил ни он, ни родители его; но, вследствие рождения его слепым, на нем явятся дела Божий». Такой перевод устраняет необходимость отвечать на вопрос о справедливости наказания слепотой с целью проявления на нем же силы Божиеи. Никто не виноват в том, что человек этот родился слепым; он родился слепым по причине, выяснение которой не представляло никакого в данном случае значения, но появление слепорожденного за стеной храмового двора в то именно время, когда Христос всенародно провозгласил Себя Вечносущим, послужило поводом Ему показать или напомнить народу Свое всемогущество.