Чтение онлайн

От угроз против Иезавели, которую Он точно отличает от Своих, Он обращается к Своей Церкви.

Кто были эти прочие, не указано, но мы можем представить себе, что это были те христиане, которые отделились, ушли от Церкви, но были с Господом. Они свидетельствовали против неверности и лжи как одних, так и других. Господь определяет их непричастными к учению Иезавели и причисляет их к прочим, к тем, которые не знают глубин сатанинских. Что это за глубины? Возможно, это крайнее падение в плотских грехах.

Какое же решение Господа о них, верных? «Не наложу на вас иного бремени». Очевидно, Господь называет возникающее учение бременем верности. Им было тяжело его нести, Иезавель притесняла их. Вот так вторгающееся зло, которое мы не делали, но против которого достаточно не свидетельствовали, может сделаться нашим наказанием. Поэтому и Апостол Павел предостерегает: «Не участвуйте в… делах тьмы, но обличайте» (Ефес. 5, 11).

Откр. 2, 25. «Только то, что имеете, держите, пока приду». То, что имеете, должно было сделаться неизменно прочным. Ведь им грозила опасность потерять это. Могучее течение могло поколебать их стремление ко Христу и высшим целям Гос пода. Бывает такое положение и у верующих чад Божиих, как было у Иисуса Навина и Халева. Они по своему духу могли войти в страну обетованную, но должны были оставаться в пус тыне сорок лет со своим народом. «Держите, пока приду». Этим определением времени Господь направляет взор верных на Свое пришествие и одновременно на продолжительность борьбы, а борьба не прекратится, пока Он не придет.

Откр. 2, 26–27. «Кто побеждает и соблюдает дела Мои до конца, тому дам власть над язычниками; и он будет пасти их жезлом железным; как сосуды глиняные, они сокрушатся, как и Я получил власть от Отца Моего».

Тут Господь переходит от массы к отдельным лицам. Как бы ни была Ему Церковь ясна, Он знает, что нельзя рассчитывать, что она как целое победит. Победа состоит в соблюдении дел Господа – держаться до конца того, что Он дал им.

Его обетование здесь соответствует искушению в Пергаме, которому надлежало наступить. То же самое Он обещает и побеждающему Иезавельскую ересь. Это нечто больше того, что Господь обещал Петру (Мф. 19, 28).

Откр. 2, 28. «И дам ему звезду утреннюю».

Если мир дарует звезду как знак отличия победителям, которые являются в сущности лишь игрушками, то Ту звезду не может превзойти никакая другая звезда, и Апостол Петр говорит (2 Пет. 1, 19), что вернейшее пророческое слово должно сиять нам, доколе… не взойдет утренняя звезда в сердцах наших. Только с утренней звездой начинался рассвет, с ней мы можем прийти и к тому великому Дню. Но что же это за утренняя звезда?

В Откр. (22, 16) сказано: «Я, Иисус, послал Ангела Моего засвидетельствовать вам сие в церквах. Я есть корень и потомок Давида, звезда светлая и утренняя». Называя Себя звездой светлой и утренней, Господь придет пред рассветом взять сперва Своих усопших (1 Фес. 4, 16), а потом и тех, кто теперь побеждает. Они увидят эту утреннюю звезду, а мир не увидит Его, спящие же проспят. Будем же мы побеждающими!

Рассмотрев буквально смысл послания, мы пришли к тому, что его нельзя применить к местной Фиатирской церкви и что оно имеет исключительно пророческий смысл. Например: наказание Иезавели – великая скорбь.

Города Фиатиры давно нет, местной общины также нет уже многие столетия, а великая скорбь еще будет, чтобы исполниться Слову. Поэтому и Фиатирский период будет длиться до великой скорби. На это указывают и пророческие слова: «пока приду». Ни город, ни местная община не дожили, а период четвертый, Фиатирский, дойдет до дня Его пришествия. Этот период начался в VI и VII столетиях и достигает высшего развития в XVI веке и продолжается до сих пор с главными другими течениями, периодами: Смирнский, Пергамский и далее. Из семи церквей Фиатира – средняя.

Приняв во внимание всемирную и церковную историю, мы видим, что средние века, от XI до XVI, были временем глубокого упадка христианства. Это была темная эпоха расцвета папства.

Если прилежно уяснить самим себе послания семи церквам, то это будет самая верная история Церкви!

Как развернулось и расцвело папство, нельзя выразить в нескольких словах, но все-таки можно указать на то, что мы видели начиная с Пергамского периода, а именно: связь церкви с государством. И это не кончилось падением Римского государства. Церковь медленно подвигалась вперед в принятом ею направлении, и с помощью этой связи она начала господствовать, и это развивалось чем дальше, тем сильнее. Это показывает и Фиатирское послание: Христа устранить прочь, а любодейство с царями – на Его место. Это вполне развивалось в Фиатирском периоде и дошло до того, что развращенная церковь вознеслась до царского величия, как в Ветхом Завете – Иезавель. Как та, хотя и была язычницей, держала себя пророчицей, так и папство сделало с Церковью Христовой. Церковь стала иметь языческую любовь к роскоши, языческие обрядности и разные нелепые формы, чтобы привести больше к плотским чувствам. Горе было тому, кто тогда противоречил этому. Слово Божие было отстранено, и до сих пор в католичестве миряне не могут читать Нового Завета, а только ксендзы – духовенство (1913 г.).

Как Иезавель в союзе с Ахавом преследовала до смерти пророков Божиих, так делала и папская власть. Как пророк Илья бежал от Иезавели и говорил: «Я один остался», так и папская церковь упоена кровью святых. Кровавыми буквами написана история четвертого периода. Папство во имя Христово предавало миллионы на смерть! Мучители уставали от мучения людей, и мирские историки пишут: «Неизвестно, кто больше умертвил верующих: языческий Рим или папское христианство».

Такое развитие падшей церкви не было трудным, связь с миром была уже раньше. Служители церкви сделались государственными чиновниками, и эта связь все увеличивалась. Постепенно образовывались многие партии и учения, были созываемы соборы, но дело решало не Слово Божие, а власть, которая стояла за императором. И когда император перенес свою столицу из Рима в Константинополь, то церковные споры в восточной части империи прекратились. Западная же часть подчинилась господству римского епископа, который все больше возвышался. Наконец он решил, что ему не подобает покидать апостольский престол в Риме. И император вынужден был удовлетвориться только его представителем.

Так одна победа за другой в это время увеличивали значение римского епископа, и люди больше не умели обходиться без его мнения. Часто оно принималось даже за догмат веры, и были обстоятельства, что сам греческий император нуждался в согласии римского епископа, а он мало-помалу стал выдавать себя за преемника Апостола Петра, за наместника Христа, за главу всего христианства!

С этого началось разделение между восточной и западной церквями. Однако большая часть христианства того мира согласилась с папой, и он развил власть свою с огромной быстротой. Распад Западной-Римской империи только способствовал этому, он разбил ее на несколько частей и мелкие государства.

Папа был господином над совестями этих народов, а на престолы их ставились его претенденты, и народы соглашались с ним. Все государи Запада зависели от папы. Он вмешивался в их споры и ставил свои условия. Он венчался тремя коронами: духовной, земной и небесной!

Не подчинявшегося ему он проклинал – предавал анафеме. Чему эта Иезавель учила тогда людей? Конечно, не Слову Божьему. Того, кто говорил Слово Божие, того уничтожали. Иезавель эта не умерла, она существует и теперь с тем же духом, но не с той же силой (4 Цар. 9, 33–37). О конце Иезавели Господь предсказал все в кратких словах Откровения (17 и 18, 16–24).

В пятидесяти верстах на юг от Фиатиры расположен Сардис, бывшая мизийская столица. Последний лидийский царь Крез вошел в пословицу по причине своих несметных богатств. Он гордился ими и считал себя счастливым. Но мудрый Солон сказал ему: «Никого нельзя назвать счастливым раньше его смерти». Конечно, Крез был чрезвычайно удивлен, но, оказавшись в персидском плену и на костре своих врагов, Крез вспомнил слова греческого мудреца и понял неустойчивость богатства. (Знаем, что Кир помиловал его). И во дни Римской империи Сардис имел много преимуществ перед другими городами, находившимися у подножия горы Смолоса, а именно: он имел много природных богатств, много сокровищ искусства, а также различные удовольствия мира сего. Господь послал сюда Свою Благую Весть для счастья и настоящей, и будущей жизни. Как она проникла, неизвестно, но когда Он дал Откровение, церковь уже была.

Откр. 3, 1–6. «И Ангелу Сардийский церкви напиши: так говорит Имеющий семь духов Божиих и семь звезд: знаю твои дела; ты носишь имя, будто жив: но ты мертв. Бодрствуй и утверждай прочее близкое к смерти; ибо Я не нахожу, чтобы дела твои были совершенны пред Богом Моим. Вспомни, что ты принял и слышал, и храни и покайся. Если бы не будешь бодрствовать, то Я найду на тебя, как тать, и ты не узнаешь, в который час найду на тебя (стихи 1–3). Впрочем у тебя в Сардисе есть несколько человек, которые не осквернили одежд своих, и будут ходить со Мною в белых одеждах, ибо они достойны. Побеждающий облечется в белые одежды; и не изглажу имени его из книги жизни, и исповедаю имя его пред Отцем Моим и пред Ангелами Его. Имеющий ухо да слышит, что Дух говорит церквам» (стихи 4–6).