Чтение онлайн

Цель написания евангелия от Марка открывается уже из первых слов этой книги: "Начало Евангелия Иисуса Христа, Сына Божия" — это надпись, в которой ясно обозначено содержание и цель евангелия от, Марка. Как ев. Матвей словами: "книга бытия ( по русс. пер. неточно: "родословие") Иисуса Христа. Сына Давидова" и т.д. хочет сказать, что он намерен дать "историю Христа", как потомка Давида и Авраама, Который в Своей деятельности осуществил древние обетования, данные народу Израильскому, так и ев. Марк первыми пятью словами своей книги хочет дать понять своим читателям, чего они от него должны ожидать.

В каком же смысле ев. Марк здесь употребил слово "начало" и в каком — слово "евангелие" ? Последнее выражение Марка встречается сем раз и везде означает принесенную Христом благую весть о спасении людей, возвещение наступления царства Божия. Но в соединении с выражением "начало" слово "евангелие" у Марка больше не встречается. На помощь тут нам приходит ап. Павел. В посл. к Филиппийцам он употребляет это самое выражение в смысле начальной ступени евангельской проповеди какую он предлагал в Македонии. "Вы знаете, Филиппийцы, — говорит апостол, — что в начал блоговествования , когда я вышел из Македонии, ни одна церковь не оказала мне участия подаянием и принятием, кроме вас одних" (Филип. IV, 15) Это выражение "начало евангелия" может здесь иметь только тот смысл, что филиппийцы знали тогда только самое необходимое о Христе — Его слова и и дела, которые составляли обычный предмет первоначальной проповеди благовестников о Христе. Между тем теперь, спустя одиннадцать лет после пребывания апостола в Македонии, о котором он говорит в вышеприведенном месте, филиппийцы, несомненно, стоят уже гораздо выше в понимании христианства. Так и евангелии Марка представляет собою попытку дать элементарное описание жизни Христа, что вызывалось особым состоянием тех лиц, для которых было написано евангелие. Это подтверждается и свидетельством Папия, по которому Марк записал миссионерские беседы ап. Петра. А что такое были эти беседы— об этом дает нам довольно определенное понятие ап. Павел в послании в Евреям. Обращаясь к своим читателям, христианам из евреев, он упрекает их в том, что они долго задержались на первоначальной стадии христианского развития и даже сделали некоторый шаг назад. "Судя по времени, вам надлежало быть учителями, но вас снова нужно учить первым началам слова Божия и для вас нужно молоко, а не твердая нища" (Евр. V, 12).Таким образом апостол различает начала слова Божия ( . . .) как "молоко" от твердой пищи совершенных. Евангелие от Марка или проповедь ап. Петра и представляли собою эту первоначальную стадию евангельского научения фактам из жизни Христа, предложенного римским христианам, только что вступившим в Церковь Христову

Таким образом "начало евангелия И. X". — это краткое обозначение всего содержания далее предлагаемого повествования, как наиболее простого изложения евангельской истории. С таким пониманием цели написания евангелия от Марка соглашается та краткость, сжатость этой книги, которая делает ее похожею, можно сказать, на "сокращение" евангельской истории, более всего подходящее для людей, стоящих еще на первой ступени христианского развития. Это видно из того, что в этом евангелии вообще обращено больше внимание на те факты из жизни Христа, в которых выяснилось Божественное могущество Христа, Его чудесная сила, и притом довольно обстоятельно сообщается о чудесах, совершенных Христом над детьми отроками, тогда как об учении Христа говорится сравнительно немногое. Как будто евангелист имел в виду дать родителям христианским руководство для изложения событий евангельской истории при обучении детей истинам христианской виры... Можно сказать, что евангелие от Марка, преимущественно обращающее внимание на чудеса Христа, как нельзя лучше принаровлено к пониманию и тех, кто может быть назван "детьми в вере", и, быть может, даже для детей христиан в собственном смысле этого слова... Даже то обстоятельство, что евангелист любит останавливаться на подробностях событий и притом разъясняет все почти детально — и это может свидетельствовать о том, что он имел в виду предложить именно первоначальное, элементарное изложение евангельской истории для людей, нуждавшихся в такого рода наставлениях.

Папий сообщает, что "пресвитер", т.е. Иоанн Богослов, находи л, что в евангелии от Марка не соблюдается строгого хронологического порядка в изложении событий. Это, действительно, замечается в этом евангелии. Так, напр., читая первую главу от Марка ст. 12, 14, 16., читатель остается в недоумении относительно того, когда случилось "предание Иоанна Крестителя и когда последовало выступление Христа на общественное служение, в каком хронологическом отношении к этому выступлению стоит искушение Христа пустыне и в каких рамках должна быть поставлена история призвания первых двух пар учеников. — Читатель не может также определить, когда Господь призывает 12 апостолов (III, 13 и ел.), где, когда и в какой последовательности Христос сказал и разъяснил Свои притчи (гл. IV-я). Затем предание называет писателем евангелия Иоанна Марка и представляет его учеником ап. Петра, который написал евангелие свое с его слов. В евангелии от Марка мы не находим ничего такого, что могло бы противоречить первому сообщению предания, и очень много такого, что подтверждает последнее. Писатель евангелия, очевидно, палестинский уроженец: он знает язык, каким в то время говорили палестинские жители, и ему, видимо, доставляем удовольствие провести иногда фразу на своем язык, сопроводив ее при этом переводом (V, 1; VII, 34; XV, 34 и др.). Только наиболее известные еврейские слова остались без перевода (равви, авва, аминь, геенна, сатана, осанна). Весь стиль евангелия - еврейский, хотя все евангелие несомненно написано на греческом языке (предание о первоначальном латинском тексте — выдумка, не имеющая сколько-нибудь достаточных оснований).

Может быть из того обстоятельства, что писатель евангелия сак носил имя Иоанн, можно объяснить то, почему он, говоря об Иоанне Богослове, называет его не просто "Иоанном", а прибавляет в этому в III, 17 и V, 37 определение: "брат Иакова". Замечательно также то обстоятельство, что Марк сообщает некоторые характеристические подробности, определяющие личность апостола Петра (XIV, 29—31, 54, 66, 72), а с другой — опускает такие частности из истории ап. Петра, которые могли слишком возвысить значение личности ап. Петра. Так он не передает тех слов, какие Христос сказал ап. Петру после его великого исповедания (Матф. XVI, 16—19), а в перечислении апостолов не называет Петра "первым", как то сделал ев. Матф. (X, 2 ср. Марк, III, 16). Не ясно ли отсюда, что евангелист Марк писал свое евангелие по воспоминаниям смиренного ап. Петра? (ср. 1 Петр. V, 5).

Наконец, предание указывает на Рим как на место, где было написано евангелие от Марка. И евангелие само показывает, что писатель его имел дело с латинскими христианами из язычников. Марк, напр., несравненно чаще, чем другие евангелисты, употребляет латинские выражения (напр. центурион, спекулятор, легион, ценз и др., конечно, в их греческом произношении). И главное — Марк греческие выражения иногда объясняет посредством латинских и именно римских терминов. На Рим указывает также обозначение Симона Киринейского как отца Александра и Руфа (ср. Рим, XV, 13). При ближайшем ознакомлении с евангелием Марка оказывается, что он писал свой труд для христиан из язычников. Это видно из того, напр., что он разъясняет обстоятельно фарисейские обычаи (VII, 3 и сл.) - У него нет тех речей и деталей какие есть у ев. Матвея и какие могли иметь значение только для христианских читателей из иудеев, а для христиан из язычников, без особых пояснений, остались бы даже непонятными (с напр. I, 1 и сл., родословие Христа, Матф. XVII, 24; Матф. ХХIII; Матф. XXIV, 20: ни в субботу, Матф. V, 17—43).

Блаж. Августин полагал, что Марк в своем евангелии являлся последователем ев. Матвея и сократил лишь его евангелие (о согл. ев. I, 2, 3); в этом мнении есть, несомненно, правильное представление, потому что писатель евангелия от Марка, очевидно, пользовался каким-то, более его древним, евангелием и действительно сокращал его. Критики текста сходятся почти в том предположении, что таким руководством для Марка послужило евангелие Матвея, но не в нынешнем его виде, а в первоначальном, именно то, которое было написано на еврейском языке. Так как евангелие от Матвея на еврейском языке было написано в первые годы 7-го десятилетия в Палестине, тo Марк, бывший в это время в Малой Азии, мог получить в свои руки евангелие, написанное Матфеем, и взять его потом с собою в Рим.

Были попытки расчленять евангелие отдельные части, которые по своему происхождению и относимы были к разным десятилетиям первого века и даже к началу второго. (Перво-Марк, второй Марк, третий Марк и т. д.). Но все эти гипотезы о позднейшем происхождении нашего нынешнего евангелия Марка от какого-нибудь позднейшего переделывателя разбиваются о свидетельство Папия, по которому уже около 80-го года Иоанн Богослов имел у себя в руках, очевидно, наше евангелие от .Марка и беседовал о нем с своими учениками.

После введения в евангелие (I, 1—13), евангелие в первом отделе (I 14 – III, 6) изображает в ряде художественных отдельных картин, как Христос выступил на проповедь сначала и Капернауме, а потом и во всей Галлилее, уча, собирая вокруг Себя первых учеников и совершая возбуждавшие удивление чудеса (I, 14—39), а затем, как против Христа начинают восставать защитники старых порядков. Христос, хотя на деле соблюдает закон, однако с серьезностью относится к нападениям на Него чтителей закона и опровергает их нападения. Тут Он высказывает и весьма важное новое учение о Себе Самом: Он — Сын Божий (I, 40—III, 6). Три следующие отдела — второй (III, 7—VI, 6), третий (VI, б, 6—VIII, 26) и четвертый (VIII, 27 X, 45) изображают деятельность Христа на севере святой земли, большею частью и особенно в первый период, в Галилей, но также, особенно в более поздний период, и за границами Галилеи, и, наконец, Его путешествие в Иерусалим через Перею и Иордан до самого Иерихона (X, 1 и сл.). В начале каждого отдела стоит всякий раз повествование, относящееся к 12-ти апостолам (ср. III, 14 - V, 30): повествования об их призвании, их послании на проповедь и их исповедании по вопросу о Мессианском достоинстве Христа. Евангелист очевидно хочет показать, как Христос считал Своею непременною задачею — подготовить Своих учеников к их будущему призванию, как проповедников Евангелия даже среди язычников, хотя, конечно, нельзя считать эту точку зрения здесь исключительною. Само собою разумеется, лицо Господа И. Христа, как проповедника и чудотворца, обетованного Мессии и Сына Божия, стоит здесь на первом плане. — В пятом отделе (X, 46—XIV) изображается деятельность Христа в Иерусалиме как пророка или, скорее, как Сына Давидова, который должен осуществить ветхозаветные предсказания о будущем царстве Давида. Вместе с этим описывается возрастание враждебности по отношению ко Христу со стороны представителей иудейства до высшей ее точки. Наконец, в шестом отделе (XIV, 1—XVI) рассказывается о страданиях, смерти и воскресении Христа, а также о вознесении Его на небо.

После краткого надписания, в котором читателям дается понятие о том, что представляет собою книга (I, 1), евангелист во введении (I, 2 —13) изображаешь выступление и деятельность Иоанна Крестителя, предтечи Мессии, и прежде всего совершенное им крещение Самого Мессии. Затем евангелист делает краткое замечание о пребывании Христа в пустыне и об искушении Его там он диавола, указывая, что в это время ангелы служили Христу: этим он хочет обозначить победу Христа над диаволом и начало новой жизни для человечества, которому теперь уже не страшны будут все силы ада (образно представляемые под "зверями пустыни", которые уже не вредили Христу, этому новому Адаму). Далее евангелист последовательно изображает, как Христос подчинил Себе человечество и восстановил общение людей с Богом. — В первом отделе (I, 14—III, 6), в первой части (14—39 ст. 1-й главы) евангелист дает сначала общее изображение учительной деятельности Господа Иисуса Христа (I, 14, 15), а в конце (ст. 39) — Его дел. Между этими двумя характеристиками евангелист описывает пять событий: а) призвание учеников, б) события в синагоге Капернаумской, в) исцеление тещи Петра, г) исцеления больных вечером пред домом Петра и д) искание Христа, удалившегося утром на молитву, народом и главным образом Петром и его сотоварищами. Все эти пять событий совершились на протяжении времени от предобеденного часа пятницы до утра воскресенья (по евр. счету — первый день по субботе). Все события группируются около Симона и его сотоварищей. Видно, что евангелист от Симона получил сведения о всех этих событиях. Отсюда читатель получает достаточное представление о том, как Христос, открывши Свою деятельность после взятия Иоанна Крестителя в темницу, совершал Свое служение Учителя и Чудотворца.

Во второй части первого отдела (I, 40—III, 6) евангелист изображает постепенно растущую вражду ко Христу со стороны фарисеев и преимущественно тех фарисеев, - которые принадлежали к числу книжников. Вражда эта объясняется тем, что фарисеи видят в деятельности Христа нарушение закона, данного Богом чрез Моисея, и потому ряд, можно сказать, уголовный преступлений. Тем не мене Христос относится с любовью и сожалением ко всем Иудеям, помогая им в их духовных нуждах и телесных болезнях и являя Себя при этом существом, превышающим обыкновенных смертных, стоящим в особом отношении к Богу. Особенно важно, что здесь Христос свидетельствует о Себе, как о Сыне человеческом, который прощает грехи (II, 10), который имеет власть над субботою (II, 28), который даже имеет права священства, как некогда подобные же права были признаны за Его предком - Давидом (вкушение священных хлебов). Только эти свидетельства Христа о Себе Самом высказаны не прямо и непосредственно, а входят в Его речи и дела. Здесь мы имеем пред собою семь рассказов: а) Рассказ об исцелении прокаженного имеет целью показать, что Христос, при исполнении дел Своего высокого призвания, не нарушал прямых постановлений Моисеева закона (I, 44). Если же ему делали упреки в этом отношении, то эти упреки основывались на односторонне-буквальном понимании Моисеева закона, в чем были повинны фарисеи и раввины, б) История исцеления расслабленного показывает нам во Христе не только врача тела, но и больной души. Он имеет власть прощать грехи. Попытку книжников обвинить Его за это в Богохульств Господь обнаруживает пред всеми во всем ее ничтожеств и безосновательности. в) История призвания в ученики Христа мытаря Левия показывает, что и мытарь не настолько худ, чтобы стать помощником Христа. г) Участие Христа на пиршестве, устроенном Левием, показывает, что Господь не гнушается грешниками и мытарями, что конечно возбуждает против Него еще более фарисейских книжников. д) Еще более обостряются отношения Христа с фарисеями, тогда Христос выступил как принципиальный противник старых иудейских постов. е) и ж) Тут опять Христос выступает в качестве врага фарисейской односторонности в отношении к соблюдению субботы. Он — Царь небесного царства и Его слуги могут не исполнять закон обрядовый там, где это необходимо, тем боле что закон о субботе дан для блага человека. Но такое выступление Христа доводит раздражение Его врагов до крайней степени и они начинают злоумышлять против Него.