Толковая Библия. Том 1
Шрифт:
12. И увидел во сне: вот, лестница стоит на земле, а верх ее касается неба; и вот, Ангелы Божии восходят и нисходят по ней. 13. И вот, Господь стоит на ней и говорит: Я Господь, Бог Авраама, отца твоего, и Бог Исаака; (не бойся). Землю, на которой ты лежишь, Я дам тебе и потомству твоему; 14. и будет потомство твое, как песок земной; и распространишься к морю и к востоку, и к северу и к полудню; и благословятся в тебе и в семени твоем все племена земные; 15. и вот Я с тобою, и сохраню тебя везде, куда ты ни пойдешь; и возвращу тебя в сию землю, ибо Я не оставлю тебя, доколе не исполню того, что Я сказал тебе
Бедственное и тревожное состояние Иакова является благоприятным условием для принятия им первого откровения (во сне). Откровение это прямо отвечало насущным потребностям Иакова:
1) утвердиться в вере в божественные обетования Аврааму и Исааку и
2) получить уверение в личной безопасности со стороны Исава и других возможных бедствий.
То и другое дается Иакову в словах Господа ст. 13-14, причем здесь дается и высшее обетование о благословении в потомстве избранных Богом патриархов; впрочем, "Иакову не открывается всей будущности израильского народа, как Аврааму (15:13 [844] ), мужу твердому духом…" (Г. К. Властов, Священная летопись, Спб. 1878, 1, 253).
844
И сказал Господь Авраму: знай, что потомки твои будут пришельцами в земле не своей, и поработят их, и будут угнетать их четыреста лет…
Характер всего видения Иакова соответствует тому кругу воззрений, в которых жил и вращался будущий патриарх народа Божия. В целой картине видения — 3 элемента (внешним образом выделяющиеся через троякое "вот", евр. hinneh).
1) Лестница от земли до неба, как выражение тесной связи земли с небом: утешительная для человека истина, что он не предоставлен на земле одним мировым силам, но имеет доступ на небо и помощь оттуда!
Правдоподобно сообщение Гункеля (s. 289), что представление о небесной лестнице было распространено на древнем Востоке, особенно в Египте (лестница Гатора, по которой восходят к небу души умерших); но ложно утверждение названного ученого, что видение лестницы не имеет никакой связи с остальной историей Иакова. Связь, напротив, весьма тесная.
2) Ангелы восходят и нисходят по лестнице, т.е. возносят мольбы, мысли, попечения и проч. человека к Богу, с другой стороны низводят на человека разные виды милости Божьей.
Талмуд и Мидраш (Beresch. г., 333) понимают "восхождение" и "нисхождение" в том смысле, что Ангелы, сопровождавшие Иакова во время путешествия его по Ханаану, взошли на небо, а другие Ангелы, имевшие сопровождать Иакова в Халдею, сошли с неба на землю; некоторой опорой этого толкования служит упоминаемое в Быт. 32:1-2 [845] усиленное ополчение ("маханаим") Ангелов. Ст. 12 признается классическим свидетельством веры ветхозаветной в бытие и деятельность Ангелов, как посредников между Богом и людьми (ср. Ин. 1:51).
845
А Иаков пошел путем своим. [И, взглянув, увидел ополчение Божие ополчившееся.] И встретили его Ангелы Божии. Иаков, увидев их, сказал: это ополчение Божие. И нарек имя месту тому: Маханаим.
3) Но это посредство Ангелов не исключает и непосредственного действия Бога на Своих избранников: Иегова, как Бог завета или Ангел Иеговы.
16. Иаков пробудился от сна своего и сказал: истинно Господь присутствует на месте сем; а я не знал!
Выражая свое глубокое впечатление от чудесного видения, Иаков высказывает, что доселе он не думал, чтобы Бог являл Свое присутствие не на освященных только жертвами местах, но и в обитаемых язычниками местностях. Возможно, впрочем, видеть здесь выражение несовершенной еще веры в вездеприсутствие Божье (как понимает восклицание Иакова святой Кирилл Александрийский).
17. И убоялся и сказал: как страшно сие место! это не иное что, как дом Божий, это врата небесные
Мысль эта, однако, без нужды утрируется, когда утверждают (Гункель), что святость места здесь понимается исключительно объективно, т.е. приурочивается исключительно к самому месту. Известно, что и Бог иногда указывал на особую святость того или другого места (Исх. 3:5 [846] ; Нав. 5:15 [847] ), но во всех случаях святость сознавалась людьми, удостоившимися принять откровение свыше, именно отражалась в сердцах людей чувством смертельного страха и глубокого благоговения (напр., у Агари, Быт. 16:13; Моисея, Исх. 3:6 и др.). "Дом Божий" (beth Elohim = beth El, ст, 19) и "врата небесные" (schaar hasehamaim) — термины, впоследствии сделавшиеся обычными названиями для храма — заимствуются патриархом из содержания видения и усвояются им месту видения ках бы по пророческому предвидению будущего святилища Божья (со времени разделения Еврейского царства в Вефиле был один из двух храмов десятиколенного царства, 3 Цap. 12:29 [848] ).
846
И сказал Бог: не подходи сюда; сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая.
847
Вождь воинства Господня сказал Иисусу: сними обувь твою с ног твоих, ибо место, на котором ты стоишь, свято. Иисус так и сделал.
848
И поставил одного в Вефиле, а другого в Дане.
Обет Иакова
18. И встал Иаков рано утром, и взял камень, который он положил себе изголовьем, и поставил его памятником, и возлил елей на верх его
Под впечатлением видения, Иаков, во-первых, ставит камень, служивший ему возглавием, памятником (mazzebah) и возливает на него елей. Обычай ставить столпы и подобные им сооружения в качестве памятников известных событий весьма распространен на древнем и новом Востоке. В Библии, кроме истории Иакова (28:18 [849] ; 31:45 [850] ; 35:14 [851] ), поставление камней с указанным назначением упоминается еще в истории И. Навина (Нав. 4:9 [852] ; 24:26 [853] ), пророка Самуила (1 Цар.7:12 [854] ) и др. Позднейшие злоупотребления этим обычаем в целях идолослужения вызвали запрещение в законе Моисеевом (Лев. 26:3 [855] ) ставить столпы. Равным образом и обычай посвящения камней божеству известен был на Востоке, напр., у финикиян, и в классическом мире. Елей, как необходимая принадлежность путешествия в жарких странах, как средство подкрепления и питания, естественно, был под рукою у путника Иакова: "вероятно, только один елей он и нес с собою, находясь в пути" (Иоанн Златоуст, с. 585). Таким образом, "что имел у себя, тем и воздал великодаровитому Господу" (блаженный Феод., отв. на вопр. 85).
849
И встал Иаков рано утром, и взял камень, который он положил себе изголовьем, и поставил его памятником, и возлил елей на верх его.
850
И взял Иаков камень и поставил его памятником.
851
И поставил Иаков памятник на месте, на котором говорил ему [Бог], памятник каменный, и возлил на него возлияние, и возлил на него елей;
852
И [другие] двенадцать камней поставил Иисус среди Иордана на месте, где стояли ноги священников, несших ковчег завета [Господня]. Они там и до сего дня.
853
И вписал Иисус слова сии в книгу закона Божия, и взял большой камень и положил его там под дубом, который подле святилища Господня.
854
И взял Самуил один камень, и поставил между Массифою и между Сеном, и назвал его Авен-Езер, сказав: до сего места помог нам Господь.
855
Если вы будете поступать по уставам Моим и заповеди Мои будете хранить и исполнять их…
19. И нарек (Иаков) имя месту тому: Вефиль [856] , а прежнее имя того города было: Луз
Второй акт Иакова: соответственно упомянутому своему впечатлению он называет место видения именем: Бет-Ель или Вефиль ("дом Божий"), между тем как прежнее имя соседнему местечку было: Луз. Вторично и окончательно Иаков утверждает название Вефиль по возвращении из Месопотамии (35:15 [857] ).
856
Дом Божий.
857
и нарек Иаков имя месту, на котором Бог говорил ему: Вефиль.
Чтение LХХ и слав. (варианты , и др. — у Гольмеса). Улам-луз — явно ошибочное соединение еврейских слов ulam (же, прежде) и Luz. Из последующей истории видно, что хананейское имя Луз существовало совместно с еврейским Вефиль: первое употребляет и сам Иаков (48:3 [858] ), а в кн. И. Навина Луз и Вефиль, по-видимому, представляются именами разных местностей (16:2 [859] ; ср. 18:13 [860] ). Имя Вефиль, впрочем, известно было и ранее Иакова — при Аврааме (12:8 [861] ; 13: 3 [862] ).
858
И сказал Иаков Иосифу: Бог Всемогущий явился мне в Лузе, в земле Ханаанской, и благословил меня…
859
от Вефиля идет предел к Лузу и переходит к пределу Архи до Атарофа…
860
оттуда предел идет к Лузу, к южной стороне Луза, иначе Вефиля, и нисходит предел к Атароф-Адару, к горе, которая на южной стороне Беф-Орона нижнего;
861
Оттуда двинулся он к горе, на восток от Вефиля; и поставил шатер свой так, что от него Вефиль был на запад, а Гай на восток; и создал там жертвенник Господу и призвал имя Господа [явившегося ему].
862
И продолжал он переходы свои от юга до Вефиля, до места, где прежде был шатер его между Вефилем и между Гаем…
Отголосок этого названия сохранился в известном у финикиян и греков имени , Байтилия, каким назывались у тех и др. священные камни, преимущественно из метеоритов и аэролитов, помазанием посвященные божествам. Таким образом, можно предполагать, что этот "обычай произошел от Иакова" (Филарет, Зап. на Быт. 2:52).
20. И положил Иаков обет, сказав: если (Господь) Бог будет со мною и сохранит меня в пути сем, в который я иду, и даст мне хлеб есть и одежду одеться, 21. и я в мире возвращусь в дом отца моего, и будет Господь моим Богом, — 22. то этот камень, который я поставил памятником, будет (у меня) домом Божиим; и из всего, что Ты, Боже, даруешь мне, я дам Тебе десятую часть
3-е действие Иакова: его обет Богу — первый из отмеченных в Библии обетов. В этом обете (у раввинов считавшемся образцом или нормой всех обетов и на все времена) 3 элемента:
1) внутреннее и искреннее признание Всевышнего своим Богом, с посвящением себя самого на служение Ему;
2) особое посвящение и почитание места видения; и
3) обещание Богу десятины из всего.
По-видимому, свою веру в Бога Иаков обусловливает внешними и личными интересами. Но, во-первых, это условие обета у Иакова есть простой перифраз непосредственно предшествующего обетования Божия (ст. 13-15); во-вторых, Иаков испрашивает у Господа лишь хлеба и одежды и таким образом исполняет завет евангельский о нестяжательности (Иоанн Златоуст, Филарет); в-третьих, с каким смирением и благодарностью понимал Иаков благодеяния Божии, видно из молитвы его (32:10 [863] ).
863
Недостоин я всех милостей и всех благодеяний, которые Ты сотворил рабу Твоему, ибо я с посохом моим перешел этот Иордан, а теперь у меня два стана.