Толковый словарь по аналитической психологии
Шрифт:
МИФ (Myth; Mythos) – непроизвольное коллективное утверждение, основанное на бессознательном психическом переживании (опыте).
Современная психология, считал Юнг, должна иметь дело с продуктами бессознательной фантазии, включая мифологические мотивы, служащие заявлениями психики о себе.
«Первобытная ментальность (ум) не изобретает мифы, она их переживает. Мифы – это изначальные открытия, обнаружения пресознательной психики <…> Многие из таких бессознательных процессов могут косвенным образом вспыхивать, появляться в сознании, но никогда благодаря сознательному усилию или выбору. Другие возникают спонтанно, так сказать, из неотчетливой или недемонстрируемой сознательной причины» (CW 9i, par. 261; СППИ, с. 54).
Согласно Юнгу мифы не представляли, а, скорее, были психической жизнью первобытных. Когда такие мотивы неожиданно обнаруживаются в ходе анализа, они передают жизненный смысл, и не просто соответствуют определенным коллективным элементам, но сами эти элементы реактивируются в душе сегодняшнего человека. Вывод Юнга был таков: предпосылки мифообразования должны быть представлены в структуре самой психики. Именно здесь Юнг предположил существование коллективного бессознательного или хранилища архетипических структур, опыта и тем. Мифы представляют собой истории архетипических столкновений. Так же, как волшебная сказка аналогична работе личного комплекса, миф оказывается метафорой для действий архетипа как такового. Подобно своим предшественникам, современный человек продолжает оставаться мифотворцем, он вновь и вновь разыгрывает драмы тысячелетней давности, основанные на архетипических темах, и благодаря своей способности к осознанию может освободиться от их принудительных объятий.
МЛАДЕНЧЕСТВО И ДЕТСТВО (Infancy and childhood; Fr"uhe Kindheit und Kindheit) – идеи Юнга относительно данной темы сконцентрированы вокруг главного вопроса: следует ли рассматривать ребенка просто как продолжение психологии его родителей и как объект их влияния или же в качестве отличного от них существа, обладающего собственной личностью с внутренним микрокосмом, внутрипсихической организацией? Здесь на первый план выдвигается само напряжение между «реальными» фигурами родителей, с одной стороны, и образами, созданными взаимодействием архетипа и опыта – с другой.
«И хотя важность характера и жизненного опыта родителей для развития ребенка в целом не оспаривается, родители – ко всему прочему – оказываются „не просто родителями“ вообще, но и их имаго: они являются образами, появляющимися из соединения родительских характерных черт и индивидуальной склонности ребенка» (CW 5, par. 505; СТ, пар. 505).
«Отношения матери – ребенка, несомненно, самые глубокие и мучительные из всех нам известных <…> это абсолютный опыт рода человеческого, органическая истина <…> Существует врожденная, экстраординарная интенсивность отношений, которая инстинктивно побуждает ребенка держаться матери» (CW 8, par. 723; ПДНВ, с. 237).
Юнг выделял три аспекта в отношениях ребенка с матерью. Во-первых, в процессе взросления имеет место регрессия по отношению к ней или к ее образу. Во-вторых, отделение от матери – это борьба (см. герой). И, в-третьих, очень важна пища (см. объект-отношения).
В отношении отца Юнг рассматривает следующие темы: отец как противоположность матери – воплощение всех ценностей и свойств; отец как «информирующий дух», представляющий духовный принцип, персонифицированный двойник Бого-Отца; отец как модель персоны для сына, как то, из чего сын должен вычленить себя; отец как первый «возлюбленный» и образ анимуса для дочери (CW 5, par. 70; СТ, пар. 70).
МОРАЛЬ (Morality; Moral) – термин, используемый в отношении индивида или группы и обозначающий условия, при которых осуществляются самоконтроль, уверенность в себе и дисциплинированное поведение.
«За действиями человека стоит не общественное мнение, не всеобщий моральный кодекс, но сама личность, в отношении которой он до поры до времени остается на бессознательном уровне. Каждый из нас всегда есть еще и то, чем он был прежде, и точно так же он непременно есть уже и то, чем только станет» (CW 11, par. 390; ОИ, с. 302).
Психологически моральная проблема формулируется тогда, когда человек сталкивается с вопросом – кем он может стать, в противовес тому, кем он станет, если устоялись определенные установки, решения приняты и действия поощрены без рефлексии.
Юнг утверждал, что мораль не является изобретением общества, но свойственна самим законам жизни. Именно человек, действующий со знанием своей собственной моральной ответственности перед самим собой, создает культуру в большей степени, чем все остальные.
В отличие от супер-эго Фрейда, Юнг предполагал, что именно врожденный принцип индивидуальности заставляет каждого человека придерживаться моральных взглядов, согласующихся с ним самим. Этот принцип и восстанавливает равновесие между сознательными и бессознательными силами.
Любое столкновение с архетипами ставит моральную проблему, в частности, сильные авторитарные требования выдвигает архетип самости. Здесь Юнг подчеркивает, что можно сознательно сказать «нет» власти самости, хотя возможен и союз с ней. Но пытаться игнорировать или отвергать самость аморально, поскольку это отрицает уникальный потенциал человеческого существования. Именно конфликт противоположностей ставит перед личностью моральную проблему.
МЫШЛЕНИЕ (Thinking; Denken) – умственный процесс интерпретации того, что воспринято.
В типологической модели Юнга мышление представляет одну из четырех базовых функций, используемых для психологической ориентации. Как и чувство, относится к разряду рациональных функций. Если мышление является ведущей функцией, то чувство автоматически становится функцией подчиненной.
«Мышление должно тщательно исключать чувство, если только оно желает быть настоящим, верным своему принципу мышлением. Это, конечно, не исключает существование индивидов, у которых мышление и чувство стоят на одинаковой высоте, причем и то, и другое имеет одинаковую сознательную силу мотивации. Но в таком случае речь идет не о дифференцированном типе, а о сравнительно неразвитых мышлении и чувстве. Равномерная сознательность и бессознательность функций есть, следовательно, признак примитивного состояния духа» (ПТ, пар. 667).
«Это [мышление] есть апперцептивная деятельность, как таковая, она делится на активную и пассивную мыслительную деятельность; активное мышление есть волевое действие, пассивное мышление лишь свершается – оно есть случившийся факт. В первом случае я подвергаю содержание представлений волевому акту суждения, во втором случае образуются понятийные связи, формируются суждения, которые подчас могут и противоречить моему намерению, могут и не соответствовать моей цели и поэтому не вызывать во мне чувства направления, хотя впоследствии я и могу, с помощью активного, апперцептивного акта, дойти до признания их направленности <…> о мышлении же следовало бы говорить, по моему мнению, лишь там, где дело идет о связывании представлений при помощи понятий, где, следовательно, иными словами, имеет место акт суждения, безразлично, возникает ли этот акт суждения из нашего намерения, или нет» (ПТ, пар. 757–758).
– Н-
НАПРАВЛЕННОЕ И ФАНТАЗИРУЮЩЕЕ МЫШЛЕНИЕ (Directed and fantasy thinking; Gerichtetes und Phantasiedenken) – понятия, введенные Юнгом для описания разнообразных форм умственной деятельности и различных способов, с помощью которых психическое выражает самое себя.
«Особенно напряженный ход мыслей протекает более или менее в словесной форме, т.е. так, как если бы хотелось его высказать, преподать или убедить кого-либо в его правильности. Такой ход мыслей явно обращен вовне. В этом смысле для нас логическое мышление, протекающее в известном направлении, является действительным мышлением, т.е. мышлением, приспособленным к действительности <…> Мы называем такое мышление также мышлением с направленной внимательностью. Оно обладает той особенностью, что вызывает утомление, почему может быть приводимо к функционированию лишь по временам <…> есть приспособление к окружающему; частью этого приспособления является определенно-направленное мышление, которое, выражаясь биологически, представляет собой не что иное, как процесс душевной ассимиляции» (ЛМС, с. 26).
Направленное мышление подразумевает сознательное использование языка и идей. Оно основывается и конструируется со ссылкой на реальность.
Фантазирующее мышление, с другой стороны, использует образы в самостоятельной или тематической форме, эмоции и интуицию.
«Почти ежедневно мы переживаем при засыпании вплетание наших фантазий в сновидения, так что между сонной мечтой во время дня и во время ночи разница не слишком велика. Мы имеем, стало быть, две формы мышления: определенно-направленное мышление и мечтание или фантазирование. Первое работает в целях общения при помощи элементов речи и является трудным и изнурительным; последнее, напротив, работает без труда, спонтанно,– воспоминаниями. [Оно] отвращается от действительности, высвобождает субъективные желания и оказывается совершенно непродуктивным, когда дело идет о приспособлении» (ЛМС, с. 33).