Чтение онлайн

Через некоторое время Женя зашел в аудиторию. Я выдохнула, он здесь. Он обнял меня, и сразу стало так спокойно. Он моя каменная стена, моя опора.

После пар он отвез меня до дома. Мы поднялись ко мне домой, родители были на работе.

Болтали, смеялись, целовались. В расслабленной обстановке я у него выпытала, что он сделал с Лизой. Ну ладно, помыл рот мылом, не так страшно. Хуже бы если он ее за волосы бы оттаскал или сделал бы чего еще хуже. Мойку можно пережить.

Сегодня у нас началась неделя практики в ботаническом саду рядом с универом. Мне нравится. Ходить исследовать деревья, делать в них буравчиком отверстия и считать по кольцам возраст. Интересно. Целый день на природе. Просто моя мечта. Работаем мы в парах. Я с Антоном, а Женя с другим парнем из нашей группы. Он знает, что мы уже сработались с Антоном и не противится. Люблю его за это еще сильнее. Люблю? Да конечно люблю! Я это уже давно поняла. Люблю и теперь готова к тому, чтобы нам стать еще ближе. Ведь я чувствую и вижу, что ему с каждым днем все сложнее держать себя в руках. Он избалованный женским вниманием и сексом парень. Он старается не давить на меня, и я ценю его за это. Но теперь сама хочу узнать, какие испытываешь ощущения, когда становишься одним целым с любимым человеком. Только не хочу, чтобы это произошло в первый раз у него дома. У меня появился план, поедем с ним в пятницу на дачу. Может моя мечта сбудется, и мы вместе под одним пледом встретим рассвет.

В универе страсти по нашему поводу затихают. И это радует. Судя по всему, мы не обращаем внимание и интерес спадает. Лиза, конечно, все время рядом с нами. Часто вижу, как она не сводит глаз с Сомова. Но Женя не замечает этого. Он при каждом удобном случае старается меня обнять или взять за руку. И делает это, не потому что надо, а потому что хочет.

Сегодня были занятия с физруком. Жене сказала, что хожу на дополнительные занятия, чтобы он освободил меня от физ-ры на следующий семестр. Не стала говорить, что я хожу заниматься фитнесом, боюсь, что начнет потом подкалывать и указывать, что изменений нет. Я и сама вижу, что изменений нет, и сама не понимаю, зачем хожу. Но наверно, чувство ответственности и благодарности Игорю за веру в меня несет меня туда снова и снова.

Так проходит неделя практики. Вечерами мы встречаемся с Женей, гуляем по парку. Или гостим то у него, то у меня в гостях. Все хорошо, мы целуемся, обнимаемся. Не обходится конечно без ссор. Женя очень вспыльчивый, но я знаю, что его задобрить можно теплотой и лаской. Как только я начинаю нежно и ласково гладить его, целовать, он моментально успокаивается. Я нашла его секретик, и теперь довольно успешно им пользуюсь.

В пятницу после учебы я уехала на дачу. Я решила подготовиться к этому дню. Надела новое белье, взяла свечи и зачем-то прихватила новую пижаму. Ну как зачем-то? Цель понятна. Я боюсь, что не смогу спать голой. Пусть Женя привыкает, что я вот такая сумасшедшая и сплю в пижаме с мишками. Он не догадывается, зачем я его туда позвала. Я придумала предлог — помочь мне переставить камин. Сказала, что не хочу просить отца специально ехать сюда. Он пообещал приехать помочь. Вот и славно.

Не знаю, как обычно всё это происходит. В книгах перед этим выпивают, чтобы снять напряжение. Но мы с Женей не пьем. На всякий случай купила клубники и пирожных. Знаю, что Женя сладкоежка. Поставила чайник. Сменила белье на постели, зажгла ароматические свечи. Огляделась вокруг и меня стало трусить. Нет, я не боюсь, что приняла неверное и скоропалительное решение. Я хочу этого сознательно. Но как все пройдёт? У Жени уже были девушки. И вдруг он, правда, будет меня сравнивать с ними или еще что хуже представлять на моем месте их. Взяла себя в руки. Даже если и так, то ты, Маша, об этом не узнаешь. Расслабься. Я глубоко вздохнула. Не хватает музыки. Нашла в телефоне радиостанцию и включила. Вот так уже веселее.

Женя приехал чуть раньше. Я встретила его у ворот, сразу показала ему, чтобы заезжал и не пугал соседей. Когда он припарковался, то набросился на меня с поцелуем. Предсказуемо. Каждый раз при встрече он делает одно и то же. Уже привыкла. Я взяла его за руку и повела в свой маленький мир. Уже зайдя на веранду, я почувствовала, что волнение стало давать о себе знать. У меня появилась легкая дрожь.

— Марусь, ты чего замерзла? Иди ко мне, я согрею.

Он резко дернул меня за руку, и я просто свалилась в его объятия. Он обнял меня и поцеловал. Сначала это был нежный поцелуй, но он стал резко набирать обороты. Волнение стало уходить, при этом нас обоих накрывало безумной страстью. Наши языки с каждой секундой с большим желанием соединялись, искали неизведанные места друг у друга. Перехватывало дыхание. Я не знаю, откуда у меня появилась смелость, я просто стала делать то, что мне велел мой мозг в данный момент, а он явно сейчас не думал про чай. Я забралась ему под куртку и стала снимать ее. Он прервал поцелуй и посмотрел на меня. Глаза у него опять были темно-синего цвета, губы припухли.

— Маруся, что ты делаешь? Я ведь не железный.

Я это понимала, вернее ощущала. Но как ему сейчас сказать: «Давай прямо сейчас, я тебя хочу», это пошло. Я так не могу. Я подняла на него глаза, и, пряча желание в них, произнесла:

— Хорошо, пошли тогда чай пить с пирожными.

Почему приглашая пить чай — пошла в комнату, не знаю. Голова не соображала. Хотелось наверно в очередной раз спрятаться. Зашла в комнату, он следом. Я не оборачивалась, но услышала его слова:

— Твою мать, Соколова. Что же ты молчишь?

Я обернулась, не понимая, о чем молчу? Но он уже скидывал с себя куртку и обнимал меня. Его губы сразу нашли мои и мгновенно получили отклик. Он целовал жарко, страстно. Губы, потом спустился к шее. Земля уходила из-под ног от страха, любопытства, страсти и нежности. Я гладила его по спине, но мне этого уже было мало. Он стянул с себя толстовку. Всё так быстро происходит. Я даже не успеваю ничего понять и до конца осознать. Но он уже стоит в футболке, и я могу гладить его руки, его сильные руки. И мне нравится. Он снимает с меня толстовку. И вот тут я сжалась. Все мои комплексы выползли наружу. Сели вокруг меня, запаслись попкорном и застыли в ожидании. Что же дальше будет? Смогу ли я их перебороть? Да, я в красном красивом лифчике, но сейчас и он не особо помогает. Я боюсь, я стесняюсь. Захотелось выключить свет, а еще лучше залезть под одеяло. Сомов, словно чувствует меня, потому что спрашивает:

— Маша, все хорошо? Хочешь, я выключу свет? У тебя тут свечи горят, и так будет видно.

Я кивнула, и пока он отвернулся, прикрылась руками.

Женя выключил свет, подошел, сел на диван и потянул меня к себе на колени. В комнате при выключенном свете сразу появилась романтическая и тихая обстановка. Горел камин, плавились свечи, играла музыка. Я села на Женю, но руки до сих пор не разжала. Закрылась от него, от себя. Сижу в джинсах и лифчике. И почему-то мне так стыдно и страшно.

— Испугал тебя, маленькая моя? Напал как варвар, — он ласково целует моё плечо. — Прости, но ты сама виновата, потому что нельзя быть на свете красивой такой.

Распускает мне волосы. Я слегка улыбнулась. О красоте мне Сомов говорит? Самый красивый парень универа! Он продолжает целовать меня и поднимается к шее.

— Ты такая сладкая, такая красивая, такая нежная, — прокладывает дорожку поцелуев от шеи и до мочки уха. — Ты нежный цветок и с тобой нужно нежнее.

Он целует мне мочку уха, и у меня мурашки бегут по коже. Его горячее дыхание и влажный рот возбуждают меня. Я расслабляюсь и убираю руки от груди, начинаю гладить его руку. Он поцелуями переходит от мочки уха по моей щеке и находит губы. Сейчас его поцелуй нежный, трепетный, заботливый. И от этого ощущение, что сейчас потекут слезы. Я крепко обняла его. Прервала поцелуй и положила свою голову ему на плечо.

— Малышка моя, такая чувствительная, — он гладит меня по волосам, по спине.

— Женечка, спасибо тебе. Ты самый лучший, родной!

И все-таки одинокая слеза скатывается из глаз. Незаметно смахиваю ее. По радио включили романтическую композицию. Я решилась, я готова! Это самый лучший мужчина, который может быть. С ним ничего не страшно. И я его люблю.

Я ищу край его футболки и поднимаю ее. Женя улыбнулся и легким движением сам снял ее. Перед глазами его тело. Его спортивное тело. Я хочу рассмотреть его. Я начинаю осторожно гладить его плечи, руки. Мне нравится. Такая теплая кожа. Смотрю то на его глаза, то на торс. Не знаю, что мне больше нравится. Наверно всё. Он сидит смирно, дает мне время привыкнуть, изучить. Сам не спеша поглаживает мои волосы. Изредка ловлю его взгляд на моей груди. Он закусывает губу. Я уже знаю, что обозначает это жест, по себе знаю.

Хватит мучить друг друга. Я нахожу его губы и целую. И в этот поцелуй я вкладываю свое согласие. Согласие на нашу с ним близость. Он быстро сминает этот поцелуй, расстёгивает мой лифчик и переворачивается вместе со мной, накрывая меня собой. Я ощущаю прохладу от постели и это резкий контраст между его теплым телом и прикосновением к ткани. Целует мне шею сладко, страстно, я поджимаю губу. Как же это приятно. Он стаскивает с меня джинсы, снимает свои, и я вижу его в трусах-боксерах. Но, к слову, я не только их вижу. Я смущаюсь. Забираюсь под одеяло. Не хочу, чтобы он меня рассматривал. Стесняюсь. Пусть и приглушенный свет, но чувство неловкости из-за своей фигуры я все же испытываю. Он достает коробочку из джинсов и кладет рядом. Возвращается ко мне уже под одеяло. Ложится рядом и привстает на одну руку. Рассматривает мое лицо. Гладит нежно, трепетно.