Чтение онлайн

— Не прокатит это, — авторитетно заявляю я, готовясь приводить аргументы.

— А что, мы хуже? — вскидывается безногий.

— Да тихо ты, Костян, — прерывает его Голубев и смотрит на меня.

— Ты только для себя льготы хочешь? — смотрю на Костяна.

— Да на всех, ты че?! — немного обижается тот.

— «Всех» — это уточнить надо. Всех здесь присутствующих, всех, кто состоит в вашем обществе, всех норильчан, кто воевал или всех воинов-интернационалистов в стране? — подвожу к мысли я.

— Да всех вообще, — раздались и другие голоса.

— Так это надо принимать законы, причем на федеральном уровне, закладывать деньги в бюджет, а это тоже загодя делается, вот на 87-й, например, возможно уже и то поздно. У нас же плановая экономика, — поясняю я.

— Ну, так-то да, не подумал, — бурчит безногий.

— Не подумал он. Вообще, когда ты думать научишься? — беззлобно даёт подзатыльник Костяну его сосед, чем-то похожий на того. Брат, что ли?

— Смотрите, вы можете от себя написать письмо в свой горком, а те уже или выше перешлют или откажут сразу, но, думаю, не откажут — дело нужное. Вас за речку государство посылало, и с него ответственности о том, чтобы заботиться и решать ваши проблемы, никто не снимет. Что в первую очередь нужно для вас?

— Протез вот, например, — показал на пустой рукав ещё один парень.

— Телефон домой, а то попробуй быстро вызови врача. Путевки там в санаторий, а то сидим тут как полярные медведи. И, соответственно, отпуск брать, когда удобно, — посыпались предложения.

Я записываю всё. Хотел добавить льготы по оплате услуг ЖКХ, или бесплатный проезд на городском транспорте, но это совсем неактуально сейчас.

— Итак, давайте подведем итог, — и я зачитываю вслух:

— к числу ветеранов отнести:

лица, проходившие срочную службу в Советской армии в период с 1979 по 1986 год на территории Афганистана;лица из числа офицерского состава, а также иные профессиональные военные специалисты, выполнявшие обязанности военной службы в тот же период.

— Стоп! Надо только тех, кто воевал! — неожиданно противится Костян.

— Правильно, — поддержали его пара парней.

— Неправильно. Те, кто летал к нам и грузы привозил, не рисковали, что ли? Сами знаете, всякое бывало, и доставалось им тоже, — возразили другие.

Короткий спор, и мою формулировку оставили.

— Квартиру бы, — тихо сказал Бейбутовский знакомый, сидящий в уголке с моим другом и до этого момента участия в разговоре не принимавший.

— Ну ты сказанул — квартиру. У ветеранов отечественной и то не у всех есть, — загомонили остальные.

— Ничего! Всем скоро дадут, — уверенно сказал Голубев. — Да и меньше их год от года становится.

С трудом промолчал на эту уверенность — послезнание рвалось наружу.

— Насчет квартир. Сейчас есть такая новая инициатива, как МЖК, — поднял голову я и стал рассказывать о наших красноярских задумках.

Составляем бумагу, с которой пойду в горком ВЛКСМ — заставлю их визу поставить. Просидели часа полтора ещё и обратно в гостиницу мы с Бейбутом добрались уже к восьми. Настроение приподнятое, поговорили хорошо, парни без придури оказались, а уж напрячь комбинат на памятник я и сам смогу. Насчет льгот тоже верная инициатива, нечего тут стыдиться.

— В ресторан идём? — предлагаю я своим парням.

— Денег нет, — буркает Сашка.

— У моего лучшего друга в Ростове сегодня день рожденья, я угощаю, — на ходу сочиняю я.

Все, конечно, согласились. Надели все лучшее — всё-таки культурное место… должно быть. В ресторане оказалось неожиданно много посетителей, но столики свободные имелись — и то хорошо.

— Смотри, — пихает меня локтем мент Саня.

Епть! В зале ресторана у дальней стены, почти в закутке, сидят вдвоём директриса гостиницы и наш тренер Игорь Леонидович! На столике у них выпивка и закуски, а рядом со столом стоит официант и услужливо внимает тетке. Именно из-за него нас и не заметили пока.

— Что будете? — подходит к нашему столику худенькая женщина с усталым лицом и не менее усталой улыбкой на нём.

— Ничего тут цены! — простодушно удивляется Сашка, раскрыв меню.

Я важно достаю два четвертака, показывая, что деньги есть.

— Толян, смотри, — пихает меня локтём теперь Бейбут.

Официанта около столика тренера сменил усатый мощный дядя, и, судя по всему, разговор там ведется на повышенных тонах. Из-за живой музыки не слышно, о чем речь. Но вот то, что Игорь Леонидович встал и направился к выходу вслед за этим усатым недругом истолковать двусмысленно трудно.

Глава 32

Так же трудно, как опередить Бейбута. Тот, видно, решил, что у него не один подопечный — я, а ещё и Игорь Леонидович. Иду вслед за другом. Парочка не задерживается в фойе, а выходит в небольшой вестибюль, который отделяет улицу от гостиницы, довольно длинный и прохладный, ведь двери с улицы часто открываются.

Я перед самым входом оттираю Бейбута плечом и, открыв дверь, вижу картину маслом — визави тренера взял с собой ещё парочку друзей! Одеты они легко — или живут поблизости, или на машине приехали. Усатый, кстати, одет с претензией на стильность: джинсы, строгий пиджак, на ногах кроссовки, очевидно, импортные. Редкая безвкусица!

— Толя, Бейбут, вы чего тут делаете? — спрашивает тренер, завидев нас в открытую дверь.

Одновременно он стряхивает руку усача со своей рубахи и делает шаг в угол, подальше от приятелей усатого.

— Пацанва, сдрисни, — командует нам кто-то из них.

Разговаривать в таких случаях смысла нет, да и неохота, но бить пока тоже нет причины. Вот, был бы один я тут, ну, или с Бейбутом. А Игорь Леонидович потом моралью замучает.

— А то чё? — Бейбут находит правильные слова раньше, чем я. — Родителям моим пожалуешься?

— Стоп! Ребята, в номер к себе идите, я тут сам поговорю, — командует тренер.

Ещё надеется, как я вижу, решить вопрос мирно.

— Слышь, киргиз, тебя по жопе давно не били? — удивленно спрашивает парень из группы поддержки усача.

— Тормозим, — поднимаю руки я. — Что вам от нашего тренера надо?

Одновременно с этим моим вопросом усач рухнул на колени.

Ну да, не стал я ждать, пока он ещё раз схватит тренера за рубаху, короткий апперкот в печень и одним соперником меньше.