Чтение онлайн

Гораций покачал головой — не потому, что осуждал подобные методы, но потому, что не верил в их действенность.

— Ничего бы не вышло, сэр.

— Думаете?

— Эти страховщики всегда выкрутятся. Списали бы на несчастный случай.

— Скорее всего, вы правы. Так или иначе, я снова в затруднительном положении. Если вернуть чемодан, банку конец. Если нет, меня посадят в тюрьму. Поттер распространит свои подозрения, будет расследование, и правда всплывет.

— И впрямь дилемма, сэр.

— Да уж. Невольно пожалеешь, что этот субъект не взял левее и не прострелил Поттеру голову.

— Печальней слов не выведет перо, чем эти: «так могло бы статься». Однако у меня есть предложение, сэр, которое, полагаю…

Он не договорил, потому что открылась дверь, и вошла Айви, почти обсохшая, но еще не та веселая беспечная Айви, которая пленила сердце сержанта Герберта Брюстера.

— Ой, мистер Эпплби, — сказала она. — Два джентльмена.

— Эта фраза безусловно нуждается в глаголе, милочка. Что эти два джентльмена?

— Ждут вас, мистер Эпплби. Я проводила их в буфетную. Мистер Смита и мистер Ферди.

— Конечно, — сказал Гораций, светлея. — Мои бывшие коллеги, сэр. Я попросил их зайти. Если вы извините меня на минуту.

Не успел он выйти, как появилась Джил.

— Сообщение тебе, мой прекрасный принц, — сказала Джил. — Твоя близкая родственница желает знать, что с тобой. Поправка. На самом деле она сказала: «Пойдите узнайте, куда запропастился этот недоумок». По-видимому, ты должен был принести чемодан, но минуты ползут, а чемодана все нет. В чем заминка?

— У меня были посетители. Суперинтендант Джессоп и его шурин, сержант Поттер из Скотланд-Ярда. Боюсь, дела не совсем хороши.

Джил потемнела лицом. Она раздвинула было губы, чтобы прибегнуть к панацее дядюшки Вилли, но сказала, слабым голосом, следующее:

— Говори. Я выдержу.

Нелегко было Майку рассказать все, но он справился. Когда он закончил, Джил заговорила еще более слабым голосом.

— Ой, Майк, — сказала она, — значит, мы снова там, откуда начали?

— Да.

Долгое горестное молчание нарушил Гораций, вошедший в сопровождении Смити и Ферди.

Майк взглянул на них неприязненно. Он собирался заключить Джил в объятия и по возможности утешить, а тут эта помеха. Он не ожидал, что Гораций вернется, тем более с друзьями.

Кроме того, ему неприятен был самодовольно-бодрый вид Горация. Так, думалось ему, выглядит человек, говорящий себе, что пусть у некоторых глухая ночь без берегов и последний свет потух, сам он устроился как нельзя лучше. Гораций, казалось, предвкушает идиллическую жизнь в холмах неподалеку от Канн и плевать хотел на мрачные перспективы Майка Бонда. Не так положено вести себя боевым товарищам, твердо стоявшим плечом к плечу. Если бы сейчас Майка попросили вкратце охарактеризовать Горация Эпплби, он назвал бы его жирным бесчувственным индюком.

Гораций, не ведая об этом безмолвном осуждении, представил новоприбывших:

— Позвольте представить, сэр, мистера Монтгомери Смита и мистера Фердинанда Рипли. Мисс Уиллард с ними уже знакома.

— Добрый день, мисс, — учтиво произнес Смити. — Надеюсь, вчерашняя ночь не имела для вас никаких дурных последствий?

— К сожалению, имела.

— Печально слышать, мисс.

— Я несколько подавлена.

— Ах-ах.

— Эпплби, — сказал Майк, ерзая в кресле, как будто его кусают муравьи. — Не хочу показаться негостеприимным, но не могли бы вы на короткое время оставить нас с мисс Уиллард наедине? Нам много что надо обсудить.

— Вполне понимаю, сэр, — сказал Гораций, жестом останавливая Ферди, который собрался было открыть рот, — но если вы потерпите нас еще минутку, то увидите, что это не пустой светский визит. Мы хотим сделать вам деловое предложение, мистер Бонд. Мистер Смит и мистер Рипли избрали меня своим представителем. Можно мне говорить от вашего имени, Смити?

— Да, конечно, шеф.

— А от вашего, Ферди?

— Еще как!

— Тогда я могу продолжать. Если припомните, сэр, когда Айви вошла сообщить о прибытии этих двух джентльменов, я говорил о предложении касательно той неприятной ситуации, в которой вы оказались. «Банк Бонда» стеснен в средствах, и мы с друзьями считаем, что это недопустимо. Посему мы предлагаем внести сумму, которая покроет нехватку и вновь укрепит финансовое положение банка.

Майку снился чудесный сон, как будто он сидит в кабинете и горько размышляет о невозможности добыть денег и не попасть в тюрьму, и тут, как это бывает во сне, входит Гораций Эпплби и предлагает все уладить. Сон был невероятно четок, и в следующий головокружительный миг Майк понял, почему: все это происходило в реальности.

Первым делом его пробила дрожь, словно по креслу, в котором он сидел, пропустили ток. Невидимый оркестр заиграл тихую музыку, воздух наполнился благоуханием прорастающих сквозь пол фиалок и роз.

Это длилось несколько мгновений, потом Майк вспомнил размер того, что Гораций назвал «стесненностью в средствах». Оркестр смолк, фиалки и розы увяли на стебельках.

— Эпплби, — сказал он, — не знаю, как вас и благодарить.

— Не стоит благодарности, сэр.

— …и вас, джентльмены. Однако, когда вы услышите, о какой сумме идет речь…

— Быть может, вы будете так любезны нас просветить, сэр.

— Примерно сто тысяч фунтов.

— Это не составит затруднений.

— Не составит?!

— Примерно такую сумму я и предполагал. Помните, как я это вам говорил, Смити?

— Помню, шеф.

У Майка по-прежнему плыло перед глазами. Он хрипло проговорил:

— Но сто тысяч фунтов!

— Вполне нам по силам, сэр. Смити?

— Даю двадцать пять тысяч.

— Ферди?

— И я.

Гораций взирал на обоих финансистов со счастливой улыбкой, как гувернантка, чьи питомцы успешно ответили на вопрос о главных реках Англии или об овчине, пеньке и свечном сале, которые некоторые страны почему-то так любят экспортировать.

— Смити и Ферди всегда полагались на мои советы касательно вложения средств, и я смог заверить их, что в «Банке Бонда» капиталы и проценты будут в наибольшей безопасности. Вы спрашиваете себя: «А как же оставшиеся пятьдесят тысяч фунтов?». Я буду счастлив их внести. Много лет, сэр, мы действовали весьма успешно и жили экономно. Мне удалось сколотить скромный капиталец, и, полагаю, Смити и Ферди — два самых обеспеченных грабителя в Англии.

— Благодаря вам, шеф, — сказал Смити, и Гораций еще немного расцвел.