Чтение онлайн

— Простите, — спросил пришелец, — здесь обитают Бонды?

— Да, — отвечала хозяйка.

— Спасибо, — сказал гость. — Моя фамилия Николз. Надеюсь, вы получили мое письмо?

Что-то она такое слышала. «Николз…» Кто же это?

— Я, знаете ли, юрист. Написал вам про это завещание.

— А, да! — вспомнила она и собралась пригласить в дом, но он продолжал:

— Понимаете, я должен кое-что объяснить. Я написал сразу. Так нельзя нам, юристам. Хотел поскорее сообщить, чтобы вы зря не надеялись. Понимаете, Билл, то есть лорд Долиш, — мой друг. Когда я узнал, что Натком умер, я ему позвонил и сказал, что тот ему всё оставил. Так, по-дружески, как говорится, в неформальном стиле. Вы, конечно, мисс Элизабет Бойд?

— Да.

— Рад слышать. Если бы вы ею не были, вы бы меня не поняли.

Она его и так не понимала. Натти напоминал растерянную змею.

— Видите ли, — продолжал юрист, — мой отец, глава фирмы, все делает, как следует. Это очень долго, люди ждут, где же их деньги. Вот я и решил сообщить сразу. Мне бы не стоило быть юристом. Если отец узнает про письмо, он так и подумает. Вот я и приехал попросить, чтобы вы ничего не говорили.

— Вы просите, — проверила Элизабет, — чтобы мы не говорили про письмо?

— Да-да.

— А почему я могла бы о нем говорить?

— Да так, знаете, к слову.

— Когда? Я с вашим отцом незнакома.

— Скоро познакомитесь. Он хочет с вами встретиться из-за этих денег.

— Денег?

— Вы не получили его письма?

— Нет.

— Я думал, они пришли вместе. Вот он, отцовский метод! Неужели письма нет?

Наконец Элизабет нашла силы улыбнуться. Ей понравился этот человек.

— У меня — нет, — сказала она.

— И вы ничего не знаете о завещании?

— Только то, что вы написали.

— Что хотеть от этого… психа? — спросил Натти. — Помнишь, он стал вегетарианцем? А как он читал со мной Марка Аврелия? Да что там, одни странности. Вечно он меня мучил. Теперь оставил эту мелочь!

Мистер Николз сочувственно кивнул.

— Знаете, почему я решил, что он все оставил Биллу? Тот ему помог с гольфом. Вот уж бедняга!

— Кто, ваш Долиш? Получил пять миллионов.

— Не получил.

— То есть как?

— Так. Есть другое завещание.

— Какое?

— То, о котором я говорю.

Он удивленно оглядел их. Они явно не понимали.

— А, — догадался он, — я вам ничего не сказал! Видите ли, они с отцом повздорили, а потом помирились. На радостях дядя составил новое завещание. Я думал, оно уже пришло. Надо было предупредить, чтобы вы меня не выдали. Сослался на усталость и — сюда. Конечно, жалко старого Билла, но вас я поздравляю, мисс Бойд.

— Который час? — спросила она. Николз удивился и взглянул на часы.

— Без пяти одиннадцать.

Тут он удивился еще больше, ибо Элизабет, стремглав пробежав мимо него, садилась в машину.

— На станцию! — крикнула она солидному шоферу.

— А?

— К одиннадцатичасовому поезду!

Заметив, что он склонен к тугодумству, она крикнула:

— Десять долларов!

Машина дернулась, словно ее укололи. Два-три раза в жизни шофер мог схватить идею сразу. То был один из них.

— Это правда? — спросил гостя Натти.

— Еще какая.

Радостный крик озарил летнюю тишину.

— Выпьем! — закричал Натти. — Ах, забыл! Мне же нельзя.

— А что такое?

— Вижу обезьян.

— Один мой приятель видел кенгуру.

— Что ж, съедим пирога, выпьем водицы. Поговорим про дядю. Хо-хо!

— Хо-хо, — согласился Николз. — Пирога — самое время!

Билл продвигался к курительному вагону, в котором почти никого не было. Он был в том состоянии, когда надо закурить или сдаться на милость судьбы. Наконец он сел к окну и закурил трубку.

Контролер проверял билеты. Билл машинально показал билет, контролер двинулся дальше. Связных мыслей не было. Тупая боль, муть какая-то — и больше ничего.

Вдруг он заметил, что контролер вернулся и что-то говорит насчет билета. Он его вынул, но этого оказалось мало. Прислушавшись, Билл услышал странные вещи и переспросил:

— Что-что?

— Леди сказала, вы заплатите, — повторил контролер. Билл растерялся. Вероятно, у него что-то с мозгами. Собрав весь наличный разум, он повторил:

— Леди сказала, что я заплачу?

— Да.

— А… почему?

— Спросите чего полегче!

— Заплачу?

— Так и сказала, джентльмен в сером костюме.

— Тут какая-то ошибка.

— Я верно говорю.

— А какая эта леди?

Контролер порыскал в уме, отыскивая определений.

— Маленькая, — медленно выговорил он, — глаза такие… темные…

Дальше говорить ему не пришлось, поскольку Билл исчез.

Нашел он ее в третьем вагоне. Две толстые дамы с котом в корзине воззрились на него. Две барышни насторожились — одна как раз сказала другой, что это Мэри Пикфорд.

— Боже мой! — сказал Билл.

Толстая дама велела детям рассматривать картинки.

— О, Господи!

Дама приказала детям идти в конец вагона, чтобы смотреть на деревья.

— Элизабет!

Девицы потеряли интерес к событиям.

— Что вы здесь делаете?

Она неуверенно, но бодро улыбнулась.

— Ловлю вас.

— Вы без шляпы!

— Не успела надеть, а деньги отдала шоферу. Вот и попросила вас заплатить. Видите, я не всегда избегаю ваших денег.

— Так вы…

— Билеты, пожалуйста. Один доллар семьдесят один цент. Билл дал ему пять и не спросил сдачи.

— Билл! — воскликнула Элизабет. — Вы ему дали… Хорошо, что вы женитесь на богатой.

— Не понимаю, о чем вы говорите. Я женюсь на вас. Теперь я вас не отпущу. Спорьте, не спорьте, я не сдамся. Какой я дурак, что слушал! Мы любим друг друга, и со временем будем любить еще больше.

— Какое красноречие!

— А я вообще красноречив.

Дама уже не слышала, они почти шептали, и утешалась историей молодых миллионеров. Элизабет бросила взгляд на обложку.

— Бьюсь об заклад, там есть рассказ про гордого человека, который не хотел жениться на богатой девице. Как глупо! Вы бы так не сделали?