Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Том 2. Лорд Тилбери и другие

Вудхауз Пэлем Грэнвилл

Шрифт:

Гвендолен смущенно хихикнула.

— Что тут смешного?

— Ну, как можно…

— Ничего смешного не вижу!

— А? — спросил Бантинг, возникая откуда-то. — В чем вы не видите ничего смешного?

— Бантинг!

— Да?

— Идите, погуляйте!

— Я только что гулял.

— Мало.

— В каком смысле?

— В таком. Я сейчас поцелую мисс Гиббз.

Мистер Бантинг был искренне шокирован.

— На полный желудок?!

— Бантинг!

— Возможен инсульт. А тромб? А закупорка сосудов?

— Бантинг!

— Да?

— Разорвать вас на части?

— Ну, что вы! — возмутился юрист. — Это очень вредно.

— Тогда идите в сад и гуляйте, пока не позову.

— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.

— О, Джордж! — нежно сказала будущая леди. — Ты настоящий мужчина.

6

Восторжение духа, связанное с тем, что в кармане лежит подписанная бумага, продержалось недолго. Когда Бифф покидал «Дубы», вернулась память о прошлой ночи, и он не мог отделаться от чувства, что где-то там маячат какая-то драка и какой-то полисмен. Все зыбко, все смутно, но вполне достаточно, чтобы омрачить нежданную радость.

Дрался он точно, есть фонарь, но почему то и дело возникают шлем, форма, усы? Вечер был теплый, и все же от таких мыслей его познабливало.

Мысли эти спугнул гудок. Подняв голову, он увидел Джерри, который ведет чем-то знакомую машину. После того что было, Бифф не знал, стоит ли с ним говорить, и ограничился гордым взглядом, но тут же понял, что машина — его жены, а это уже интересно. Начал он с тех же слов, с каких начали Гвен и Перси:

— А ты что тут делаешь?

— За тобой приехал, — объяснил Джерри. — Послала твоя жена. Кстати, прими поздравления.

— Спасибо.

— Хорошо быть женатым?

— Джерри, старик, — окончательно сдался новобрачный, — нет слов, просто нет слов! Помнишь, я говорил, что стану другим человеком? Как, по-твоему, ими становятся? Постепенно, медленно? Ничего подобного! Р-раз — и готово. Знаешь, что недавно было?

— Нет, я только что приехал.

— Захотел я выпить, пошел в погреб. Бутылок — жуть, одна лучше другой. Казалось бы, пей? Не-ет. Вспомнил про Линду, повернулся и ушел. А? Вот что такое «женат». И, заметь, я радуюсь. Да, откуда ты взял Линду?

— Она к нам пришла. Сижу, размышляю — а она идет. Попросила за тобой съездить, чтобы ваш хрыч тебя не застал. Приехал он?

— Еще как!

— Выгнал тебя?

— Намекнул, что без меня лучше. Куда мы поедем? К тебе?

— Ко мне. Да, кстати! Заходил полицейский, спрашивал человека, который похож на таксу.

— Ой, Господи!

— Я тоже удивился.

— И сказал, что меня вообще нет?

— Что ты! Разве можно их обманывать?

Бифф схватился за голову.

— Джерри, старик, здесь мне остаться нельзя, Тилбери выгонит. Туда вернуться — нельзя, сам понимаешь. Бродить по улице? Арестуют как бродягу. Что делать?

Джерри ответил не сразу. Сперва он засмеялся, и Бифф его упрекнул, объяснив, что смеяться тут нечему.

— Ладно, — сказал он наконец, — ладно, открою тайну. Полисмен просил тебя разыскать и привести туда, где страдает его рыжеусый собрат.

— Что ты порешь!

— Я рассказываю очень трогательную историю. Вчера, когда тот дежурил, на него напали юные правонарушители. Спас его отважный рыцарь в виде таксы.

— Ты шутишь?

— Нет, не шучу. Мало того, я тебя понимаю. Ты возмутился, что свести с ним счеты выпало не тебе, а каким-то мальчишкам.

Бифф оглядел местность здоровым глазом. Никому еще и никогда не казалась она такой прекрасной. Дом, и тот, собственно, неплох, бывают похуже.

— Значит, — проверил он, — полиция меня не ищет?

— Ищет, чтобы поблагодарить.

— И не арестует?

— Скорее, даст медаль. Есть и другая новость: мы скоро породнимся.

— Что?!

— Спроси свою сестру.

Бифф немного подумал.

— Ну, что ж, — смирился он, — не все же радоваться. Надо и крест нести.

— Ты недоволен, что мы поженимся?

— Кто там женится? — спросил мистер Бантинг, сгущаясь из воздуха. — Неужели и вы тоже?

— Да, я.

— Буквально все до единого! Тилбери — женится, мистер Кристофер — женился утром, вы… Простите, не расслышал фамилии.

— Шусмит.

— Вы тоже женитесь, мистер Шусмит. Поветрие какое-то! Вы в город?

— Да.

— Не подвезете?

— С удовольствием.

— Если не возражаете, заедем ко мне в клуб, хлопнем какао. Я его редко пью, оно вредит, но для такого случая…

Они сели в машину. Джерри запел, к нему присоединился Бифф, а там — и мистер Бантинг. Пешеходов и шоферов распугивал главным образом он. Голос у него был ясный, приятный, как у кондора с ларингитом.

Летняя блажь

Перевод с английского И. Митрофановой

Редактор Н. Трауберг

1

Утро сияло лазурью и золотом, плыли пушистые облачка, гудели на солнце насекомые. Метеоролог Би Би Си, истинный поэт, сообщил, что волна высокого давления накрыла большую часть Соединенного Королевства к югу от Шетландских островов. Кролики играли у оград, томно задумались коровы, по речным берегам сновали водяные крысы. А если подняться к высшей ступени животного мира, гости сэра Бакстона Эббота, обитавшие в Уолсингтон Холле, графство Беркшир, уже развлекались на воздухе, кто как мог.

Мистер Чиннери играл в крокет с миссис Фолсом. Полковник Тэннер живописал мистеру Во-Боннеру жизнь в Пуне, удачно вклинившись в паузу и перегородив прочной запрудой байки Bo-Боннера о приключениях в Малайе. Миссис Шипли вязала носок. Мистер Профит шлифовал обратный удар, стуча мячиком об стенку. Мистер Биллинг наслаждался солнечными ваннами, а молодой корпулентный американец Табби Ванрингэм с полотенцем вокруг шеи пересекал террасу, держа путь на речку.

Из дома показалась Пруденс Виттекер, несравненная секретарша сэра Бакстона, — высокая, стройная, изысканная. Устремив суровый взгляд в удалявшуюся спину Табби, она окликнула его с холодом, даже с морозцем, и голос ее прозвенел в сонной разморенности утра словно ледышки в кувшине.

— Миста-а Ванрингэм!

Табби обернулся, остановился и застыл, надменно вздернув брови. Он удивился, он рассердился, ибо полагал, что уже неделю, после одного события, все ясно, и они не разговаривают.

— Да? — отчужденно проговорил он.

— Простите, вы идете купаться?

— Да.

— С биржи?

— Ага, с баржи.

У мисс Виттекер задрожал кончик носа, как ни странно — вздернутый, хотя остальные черты лица мы смело назовем классическими.

— С биржи, — холодным и ровным тоном поправила она.

Поделиться с друзьями: