Чтение онлайн

– Вовка!.. Где ты? Э-гей, Вовка!.. Если тут – вылазь!.. Чур, не игра! Это против уговора!..

Но Володя не откликался.

Ваня продолжал внимательно осматриваться, ожидая со стороны Володи какого-нибудь сюрприза: вот как выскочит сейчас из-под самого носа, словно перепелка, и застучит у камня. Но тут он заметил помятые кусты татарника с обломанными и оборванными бутонами и, подойдя поближе, обнаружил свежий провал у входа в один из самых заросших шурфов, считавшийся среди мальчиков Старого Карантина заклятым. Превозмогая робость, Ваня подполз поближе, заглянул в провал и закричал:

– Э-ге-гей!.. Э-гей!.. Вовка!..

И вдруг откуда-то снизу из темноты донесся замирающий голосишко:

– Э-эй-эй…

– Ты там?

– Ага, – донеслось снизу. – Только я отсюда никак вылезть не могу.

– А где ты?

– Я сам не знаю где, – отвечал из-под земли голос Володи.

Ваня попробовал было спуститься к товарищу, но, заглянув вниз, ничего не мог разглядеть, кроме тьмы, которая заполняла круто уходивший вниз разрушенный наклонный колодец.

– Ты зачем туда залез?

– Я не сам… Оно тут все провалилось, я и съехал…

– Ну тогда сиди там, а то еще глубже провалишься, а я сейчас за нашими сбегаю.

Ваня знал, что другу его крепко влетит от старших: Володя нарушил строжайший запрет и полез прятаться в шурфы, – но надо же было как-нибудь вытащить его из-под земли! Вот как его угораздило! Здесь еще в прошлом году провалилась корова одного из соседей Гриценко.

Прибежав домой, Ваня не решился сразу сообщить старшим о происшествии. Лучше было действовать через старшую сестру приятеля, степенную толстушку Валю.

– Валя, – шепотом сказал Ваня, делая знаки Володиной сестре, – выдь-ка во двор, я тебе скажу что… Любопытная Валя охотно вышла с Ваней во двор.

– Слушай, Валя, – начал Ваня, оглядываясь по сторонам, – ты только сразу не волнуйся… Ничего такого… Ну, просто Володька ваш в шурф провалился. Он не виноват. Там само так все и поехало…

– Ой, Ваня, он живой?

– Еще бы не живой – живой, как был, только вылезти оттуда не может. Там в прошлом году корова дядьки Василия провалилась, так и то не вылезла сама. А уж взрослая корова совсем!..

Но Валя, отведя его рукой в сторону, кинулась в дом:

– Ой, мама, дядя!.. Володечка в колодец упал, в этот…

– В какой колодец? – встрепенулась мать. – Что ты такое говоришь?

– Да не в колодец совсем, – сказал из-за спины Вали Ваня Гриценко, – То шурф, а не колодец. И не упал он вовсе, а просто там провал вышел… все поехало, ну и вместе с Володей. Я хотел его вытащить, да больно глубоко. Там дядьки Василия корова в прошлом году и то…

– Да цыц ты со своей коровой! – закричал дядя Гриценко. – Тысячу раз было сказано: не лазить туда! Было сказано или нет?

– Было, – согласился Ваня.

– То-то, что было… Руки-ноги-то целы у него?

– Целы, – буркнул Ваня.

К заброшенному шурфу можно было пройти через шахты главного ствола, где и сейчас шли разработки камня-ракушечника. Но день был воскресный, клеть подъемника не действовала, а поднимать шум на все управление каменоломен из-за одного озорника дяде Гриценко было совестно. Поэтому он решил добыть Володю из-под земли более кустарным способом. Вооружившись карбидной лампочкой-шахтеркой, заправив ее, прихватив длинную веревку, дядя Гриценко в сопровождении Вани, Вали и Евдокии Тимофеевны отправился к обвалившемуся шурфу.

– Где ты, шутенок? – крикнул дядя Гриценко в провал.

– Это кто?.. Это вы, дядя, да? – раздалось снизу.

– Ты отвечай, что спрашивают, а меня уж не пытай! – рассердился дядя Гриценко. – Ты где сидишь-то, свет видишь?

– Вижу чуть-чуть, самую капельку.

– Ну, сиди смирно, я к тебе сейчас слезу. Потерпи маленько.

Дядя Гриценко обвязал веревкой большой камень, один конец с большим мотком пропустил себе за пояс и, перехватывая туго натянувшуюся веревку, стал опускаться в провал, светя перед собой шахтеркой.

Прошло несколько минут, затем снизу раздался голос:

– Эй, на горе!.. Тащи!

Евдокия Тимофеевна, толстушка Валя и Ваня Гриценко, схватив веревку, стали с усилием вытаскивать ее, и вскоре над краем провала показалось бледное лицо Володи. Он выкарабкивался, жмурил глаза от солнечного света, нос у него был в грязи, большая ссадина виднелась на подбородке, а матросская курточка… Эх, да что тут говорить о таких мелочах, когда человека вытащили из-под земли! Только Валентина одна и решилась сказать:

– Ой, Вовка, а матросочка-то… ведь новая была совсем… Вы только глядите, мама!

Но мама глядела не на курточку, а в бледное, расцарапанное и счастливо-смущенное лицо сынишки. Володя же только зубами заскрипел, и то не столько от негодования, сколько оттого, что у него был полон рот мелкого ракушечника. И язык, который он все-таки успел украдкой высунуть сестре, тоже был весь в белом песке.

Проделав это, Володя, отряхиваясь и выбирая из-за воротника колючий ракушечный песок, показал Вале, что бантик он там под землей оторвал, благо это было (разумеется!) сделано нечаянно.

Вскоре вылез из-под земли и дядя Гриценко. Он потушил лампочку, смотал веревку, и все направились домой.

– Ну, будет тебе, погоди! – погрозила сестра Валентина.

Но Володя, казалось, не слышал ее. Что-то, видно, поразило мальчика и целиком занимало теперь все его мысли. Когда взрослые с Валей прошли вперед, он, слегка поотстав, придержал Ваню за руку и тихо сказал ему:

– Ваня, а там под землей про нас написано. Ваня поглядел на него с недоумением.

– Чего зря выдумал?

– Ну честное же слово, Ваня! Там чуток свету было. И я гляжу, а на стене выскреблено что-то. Большие буквы такие…

– Ну и что?

– Ну и написано про нас с тобой – Дубинин и Гриценко. Так и написано. Там еще что-то было, да я не разобрал.

Пораженный Ваня остановился, поглядел недоверчиво на Володю, но сразу увидел, что тот не врет. И, ошеломленные этим странным открытием, приятели долго стояли на дороге, молча глядя друг на друга.