Том 4. Стихотворения 1930-1940
Шрифт:
АПОСТОЛЬСКОЕ ПОСЛАНИЕ
святейшего господина нашего промыслом божием папы Пия XI
к досточтимым братьям… состоящим в мире и общении с апостольским престолом,
об обострении экономического кризиса,
о бедственном положении множества безработных.
…Досточтимые братья, мир вам и апостольское благословение!
Нам угрожает новое бедствие, которое уже в значительной степени поразило вверенную нам паству… Мы видим такое множество честных и трудолюбивых рабочих вынужденными к бездействию и вместе с их семьями доведенными до крайней нищеты, а между тем они ничего более не желают, как честно, в поте лица своего, согласно божественной заповеди зарабатывать насущный хлеб, который они ежедневно испрашивают у господа. Их стенания потрясают наше отеческое сердце… Теперь приближается зима, а с нею целая вереница страданий и лишений, которые холодное время приносит беднякам… Поскольку не позаботятся о нуждах стольких несчастных семейств и о их покинутых детях, они (чего не дай бог!) дойдут до ожесточения.
Гвоздь «апостольского» поучения – Страх рабочего «ожесточения». Отсюда «апостольская» тревога: «Подкормите их малость, ради бога, А то ведь… понимаете сами!» Растекся папа словесами. Аминь, аминь, глаголю! Наболтавшися вволю, Шаманствуя и пророча, Чтоб вытравить ненависть из рабочих очей, Безработных бедняков мороча Милосердием богачей, Переходит папа к главному сюжету, К своему бюджету, К организации сверхнормального, Повального Трехдневного моления… Для прибавления Божественной казны. В этом новизны Особенной нету: Гребут монету Служители неба Со всех сторон, С крестин и похорон, С черствого хлеба И гнилых макарон.Поскольку все человеческие усилия не достаточны для осуществления цели без божией помощи, то мы воссылаем горячие молитвы подателю всякого блага, чтобы он сократил период страдания… Приближается праздник царя Иисуса Христа… Нам представляется чрезвычайно подходящим, чтобы при подготовлении к этому празднику в приходских церквах устраивали торжественные трехдневия, во время которых молили бы бога…
Молили бы бога… Молили бы бога… Ах, уж эта «апостольская» тревога! Надо дать папской пастве хоть немного еды, Подкормить богомольную папскую шпанку, Чтоб она, озверев, не причинила беды… Ватиканскому банку! Капиталисты рыщут, Выхода ищут, Плана хочется, но план колется… Папа римский молится… А в Берлине – И в одном ли Берлине? – На людной площади, словно в пустыне, Словно в месте и мертвом и голом, Стоит девушка жутким символом Капиталистического грабежа и вражды И человеческой горькой нужды, Стоит, словно столп, недвижимо, А мимо, Словно мимо столпа, Равнодушно проходит толпа. На площади людной так нелюдимо! Мимо девушки бедной – глуха и слепа – Проходит толпа… Мимо… Мимо… Мимо девичьей незримой слезы… Мимо нужды, кричащей плакатами… Это голос отчаянья, не голос грозы. Гроза загремит громовыми раскатами!Смелей!*
Жить и работать!*
…Колоссальной важности факт, что колхозное движение, принявшее характер мощной, нарастающей, антикулацкой лавины, сметает на своём пути сопротивление кулака, ломает кулачество и прокладывает дорогу для широкого социалистического строительства в деревне.
…Разве можно отрицать, что колхозы (я говорю о колхозах, а не о лжеколхозах) представляют при наших условиях базу и очаг социалистического строительства в деревне, выросшие в отчаянных схватках с капиталистическими элементами?
Речь – веха. Ей всего исполнилось два года. В два эти года – только в два! – Как много старого ушло из обихода, Как много нового в свои вошло права! Уже теперь каким рисуется уроком Путь, измеряемый всего двухлетним сроком! Кулак – давно ли жег он бедноту огнем И ночью выходил с обрезом из овина? И вот – кулацкая крушится сердцевина: Идет, и ширится, и крепнет с каждым днем Антикулацкая колхозная лавина. Антикулацкий фронт собрать, вооружить, Социализм в деревне заложить, В два года укрепить его очаг и базу… _Как хочется в такую пору жить! Жить и работать без отказу_!1932
К победе – полный ход!!*
Свиной остров *
3
Су – французская монета, равняющаяся одной двадцатой франка, то есть 5 сантимам.
Вот уже 42 дня подряд непроницаемый туман. Я слышу, как ледяные горы разбиваются с грохотом о скалы. Не могу спать. Одиночество. Мне скоро исполнится 62 года.
Он умер. Год прошел, и два, пока На остров, где могила старика Виднелась со сторожкой темной рядом, Доставлен был мужчина средних лет. Он долго, долго пароходу вслед Глядел пустым и полумертвым взглядом. А через год здесь найден был скелет С костлявою рукой на склянке с ядом. С тех давних пор до самых наших дней, Как ни росла во всех анонсах плата, Все не было – страх был нужды сильней! – На этот пост вакантный кандидата. Вдруг… Объяснять, что этому виной? Чем нынче стала будущность чревата? Что значит стон сердечно-надрывной И гневный вопль голодных демонстрантов – Рабочих и фабричных лаборантов, Матросов и нежнейших музыкантов: «Спастись, спастись, спастись любой ценой!..» Легендою вдруг остров стал Свиной, Особенно средь русских эмигрантов: «Сторожка и барак! Жилище и еда! Пусть не шелка, не сладкие сиропы, Но не сухарь, не пресная вода!» «Пусть остров! Пусть Свиной! Скорей туда Из кризисной погибельной Европы!» «В ней терпят все крушение, и мы! Не пережить нам нынешней зимы! Ждать лучшего? Увы, нет оснований!» Что я пишу не выдумку свою, Вот – образцы вам точные даю Голодных эмигрантских завываний:Ответ своим читателям парижской белогвардейской газеты «Последние новости» (№ 3933 от 29 декабря истекшего года).
По поводу напечатанной у нас заметки «Ищут Робинзона» (№ 3931) мы получили несколько десятков письменных, телефонных и устных запросов.
Среди безработных эмигрантов немало охотников получить место сторожа на необитаемом Свином Острове («Хог-Айланд»).
Заметка эта была нами взята из «Берлинер Цейтунг ам Миттаг». Замечательно, что и берлинская газета оказалась заваленной предложениями немецких безработных. «Мне 22 года, а остальное не так важно…» – пишет один. «Нас, безработных, нельзя упрекнуть в том, что мы разборчивы», – пишет другой. «Мне стало просто невыносимо жить здесь, терять лучшие годы бесцельно, без всякой деятельности», – пишет третий.
Полученные нами письма по тону немногим отличаются от писем немецких безработных. «Я согласен на все предложения». «Мне 32 года, холостой, натурализированный француз, владею 8-ю европейскими языками».
Претендентам ничего не остается, как обратиться непосредственно в «Общество оказания помощи потерпевшим кораблекрушение» в Сидней (Австралия).
Выдержки из дальнейших, продолжавших поступать в редакцию «Последних новостей» писем. (См. № 3938 от 3 янв.)
Извините, что пишу Мало грамотно но я иначе не знаю писать… Статейка подзаглавием ищем робинзона: то есть Человека, который бы согласился поехать Насвиной остров… Я согласен ехать! в сторожа вместе с женой и сыном… и еще один знакомый тоже семейный трое детей тоже согласен в Месте… Прошу ответить, чем скорее, потому что безработы и запасу нету.