ЖАНРЫ

Том 7. Бессмертный. Пьесы. Воспоминания. Статьи. Заметки о жизни
Шрифт:

Звонят. Лидия вытирает глаза, кричит:

Звонят! Тетушка Андре, откройте! (Суетится у стола.)

Женский голос (в передней). Можно видеть мадемуазель Вайян?

Лидия. Это ее голос!

Дверь из передней открывается.

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Лидия, Эстер, выездной лакей в роскошной ливрее.

Эстерглубине передней, пока лакей помогает ей снять пальто). Здравствуйте!

Лидия. Мадемуазель Эстер!

Эстер (все еще в передней). Я могла написать вам, что вернулась, но это было бы долго. Ну и забрались же вы на верхотуру! Я еще никогда так высоко не поднималась. (Входит в столовую.) Давайте поцелуемся!

Лидия (целует ее; опуская рукава). Простите, я по-домашнему…

Эстер. Нет, это очень мило… Высокая прическа, передник в полоску… Вы просто из английского романа.

Лидия. Я должна помогать по хозяйству. У нас только больная старушка, почти совсем глухая…

Эстер (показывая на лакея, который стоит в передней). Паскевич ее ужасно напугал, и она убежала в кухню… Для кого этот чудный букет ландышей? Вы ждете своего поклонника?

Лидия. О, мой поклонник!..

Эстер. Да, я знаю: вы ледышка, чистая, прозрачная, но берегитесь! В один прекрасный день вы оттаете.

Лидия (со смущенной улыбкой). Я жду отца к завтраку, он должен сейчас прийти.

Эстер. Я буду рада познакомиться с господином Вайяном. Он старый военный? (Показывает на стены.) На стенах батальные картины… оружие!

Лидия. Нет, мой отец не был на военной службе. Но у него душа солдата, героя: это сама честь, дисциплина, самоотверженность! Однако ему, как и очень многим, не удалась жизнь. И вот он тешит себя этими картинами. Хотя это не всегда успокаивает его. Особенно последнее время он стал задумываться, грустить. Ничего не поделаешь! Вечный разлад между мечтой и действительностью, между тем, что имеешь и чего желаешь, и от этого разлада в конце концов не хочется жить.

Эстер. Ну как сказать! Для меня мечта и действительность неразрывны. Я всегда осуществляла все свои желания. Во всяком случае, до последнего времени. (Смотрит на блюдо с вишнями.) Мне хочется вишен, можно?

Лидия. Конечно.

Эстер (с жадностью поедая вишни, ходит взад и вперед по комнате). Не понимаю, что со мной сегодня творится. Не могу усидеть на месте. Нервничаю… дрожу…

Лидия (мягко). Что-нибудь случилось?

Эстер (весело). Ничего не случилось. Я сумасшедшая, только и всего. Ну, конечно, не такая сумасшедшая, чтобы меня нужно было запереть, просто у меня не все дома, на меня находит. А вы такая тихая, такая спокойная, вас это удивляет.

Лидия. Скажите, у вас горе?

Эстер (помолчав). Вам не понять моего горя… Я не столько горюю, сколько злюсь…

Лидия. Ну так сердитесь, бранитесь…

Эстер. Я очень одинока в Париже… Мне даже некому излиться.

Лидия. А ваша тетя?

Эстер. Она меня очень любит, но ее невозможно вытащить из погребальной урны с прахом великого человека! Единственная моя подруга — это вы, дорогая. (Берет Лидию за руку.) Подруга верная, преданная, но уж такая сдержанная, такая рассудительная!..

Лидия. Я только такой кажусь.

Эстер. Я всегда боюсь отпугнуть вас.

Лидия (улыбаясь). Ну, а как же молодой человек?

Эстер. Какой молодой человек?

Лидия. Вы мне недавно говорили, что вам очень нравится кто-то.

Эстер. Это верно, очень нравится.

Лидия (улыбаясь). Мне кажется, я догадываюсь… Я часто видела его у вас.

Эстер. У нас?.. Он ни разу у нас не был.

Лидия. Это не граф Адриани?

Эстер. Что вы! Я?.. В эту марионетку?..(Передразнивает графа.) «Cristo, как хороша!..» Покорно вас благодарю! Нет, нет, тот, кого я выбрала, кому я готова покориться, — настоящий повелитель, один из тех неустрашимых людей с непреклонным взглядом, перед которыми все женщины ходят по струнке, а мужчины ложатся, как собаки… Ах, чего бы мы с ним достигли вдвоем!.. К несчастью, он несвободен.

Лидия. У него связь?

Эстер. Связь — это бы еще ничего! Он женат. Неудачный брак во всех отношениях… Они должны были вот-вот развестись, вдруг какая-то интрига — не могу понять, в чем дело, — и вот они опять вместе, помирились… Ох уж эти французы! Ветер у них в голове. Когда я вернулась, я получила записку, всего несколько слов: «Некоторое время встречаться нельзя; терпение и доверие!» И больше ничего! Я заплакала от бессильной злобы.

Лидия. Зачем же плакать? Терпение и доверие — в этих словах вся любовь.

Эстер. Я не умею ждать.

Лидия. Значит, вы не умеете любить.

Эстер. Нет, я его люблю, мне никто не нужен, кроме него. Он так красив, так прекрасно себя держит!.. И еще я его люблю за то, что благодаря ему я познакомилась с вами.

Лидия (потрясена). Так, значит, это…

Эстер. Поль Астье, товарищ министра. Я же вам рассказывала: однажды вечером в посольстве моя тетя спросила, кто мог бы перевести мемуары…

Лидия Да, да, я помню… А он — он любит вас? Он вам часто говорит об этом?

Эстер(со смехом). Очень часто!

Лидия. Но где же?.. Ведь он же не бывает у вас, и вы у него, конечно.

Эстер. Разумеется! Он жил отдельно, но за ним всегда следили… Жена у него такая злая, у нее ужасный характер… Она ни за что не хочет разводиться, только чтобы помешать нашему браку… Мы стали скрывать наши отношения, и от этого наши встречи стали только еще упоительнее. Иногда мы встречались в театре, почти каждое утро — в Булонском лесу… Ездить верхом и флиртовать — это такое наслаждение, правда?

Поделиться с друзьями: