Том 9. Лорд Бискертон и другие
Шрифт:
— Мне бы хватило сейчас и немножко деньжат, — сказал капитан.
— Голову даю на отсечение, что хватило бы, — сердечно сказал мистер Хоук.
— Я малость потратился.
— Всем нам приходится входить в расходы.
— Знаешь, недешево обходится развлекать этих ребят, — медленно сказал капитан.
Мистер Хоук отрезал кусок мяса.
— А что за ребята? — спросил он.
— Нарисовались два парня из Чикаго с рекомендацией от одного моего американского дружка. Я ему кое-чем обязан, так что должен позаботиться о ребятах. А им ничего не надо, — опять вздохнув, сказал капитан Келли, — дай только позабавиться. Потому мне деньжата и понадобились.
— Представляю, — сказал мистер Хоук.
— Нет, ты представить не можешь, какую прорву деньжищ надо, чтобы показать этим парням Лондон и его достопримечательности. Хотят все самое лучшее. На той неделе только в музей мадам Тюссо три раза ходили.
— Да, привыкли, наверное, жить на широкую ногу.
— Еще бы. Но зато они мне благодарны. Я им как старший брат. Вчера сказали, что сделали бы для меня все на свете.
— Замечательно, — радостно отозвался мистер Хоук. — Это вселяет надежду в молодое поколение.
— Ты будешь смеяться, знаешь что они удумали для меня сделать? — продолжил капитан. — Спрашивают, нет ли кого, кого бы мне хотелось замочить. Ежели, мол, есть такой, то они почтут за честь сделать это ради меня, бесплатно, из одного уважения.
Если мистер Хоук и засмеялся, то совсем беззвучно. Он как раз подносил очередной кусок ко рту, и хотя рот его уже открылся, мистер Хоук не завершил процесс. Он опустил вилку и странно посмотрел на собеседника.
— Замочить? — высоким голосом переспросил он.
— Замочить, — подтвердил капитан. — Я разве не говорил, — добавил он, сопровождая слова легким удивлением при виде отвалившейся челюсти своего приятеля, — что эти ребята — гангстеры?
— Гангстеры?
— Да. И довольно известные у них там. Их зовут «чикагские гориллы». Ну и туши! Дети природы, так сказать. Большие такие, веселые подростки. Надо же такое учудить, так отплатить за гостеприимство! Забавно, ей-богу.
Он хохотнул в доказательство истинной забавности этого намерения. Смеялся он своеобразно. Губы оставались крепко сжатыми, а рот криво полз вверх с одной стороны. Глаза при этом оставались серьезными и отблескивали голубой сталью. Мистеру Хоуку это показалось интересным, но малоприятным.
— Ну ладно, так с тобой весь день проболтаешь, — сказал капитан Келли вставая.
— Эй, — воскликнул мистер Хоук. — Погоди.
— Хочешь чего сказать? — спросил капитан присаживаясь.
Мистер Хоук с трудом проглотил комок, подкативший к горлу.
— Таким парням место в тюрьме, — с чувством произнес он. — В тюрьме — вот где им место.
Капитан Келли слегка кивнул.
— Они день-два посидели, — сказал он, — когда стрельнули Джо Фраскати в Чикаго. Потом их выпустили. Но им все равно надо тут побыть, пока пыль уляжется.
— С-с-стрельнули? — заикаясь, переспросил мистер Хоук.
— Господь с тобой, — сказал капитан Келли, — в Чикаго это раз плюнуть. Ты, ежели туда собираешься, имей в виду. Ну вот, они мне насчет благодарности-то как сказали, так я нечаянно упомянул, что ты, мол, меня малость подвел. Ты бы видел, как ребятки взвились! Отзывчивые до жути. Что бы про гангстеров ни говорили, одного у них не отнять — они за друзей горой стоят. В общем, ты у них на заметке, — со смешком закончил капитан Келли. Настроение у него заметно поднялось.
У мистера Хоука прорезался громоподобный голос.
— Я на заметке? За что? Я ничего не сделал. Неужто ты думаешь, что я нарочно хотел тебя провести — тебя, моего старого друга? Я тебя разыграл, капитан, пошутил. Хотел поглядеть, как ты отреагируешь.
— Ну вот и поглядел, — коротко ответил капитан. — А теперь мне вправду пора. Я обещался встретиться с ребятами в клубе.
— Стой! — вскричал мистер Хоук. — Стой! Погоди! Он опять сглотнул противный комок.
— Ладно, получишь ты свою половину, — сказал он. — Я тебе письменное обязательство представлю, если хочешь. Могу прямо сейчас написать.
Нечто, отдаленно напоминающее довольную улыбку, проскользнуло по лицу капитана.
— Надо бы написать, — сказал он. — Чтобы ребятам приятное сделать. Официант, чернила и бумагу!
— У меня автоматическая ручка, — хрипло сказал мистер Хоук. — И бумага вот есть.
Он лихорадочно накорябал что-то на бумаге. Капитан Келли изучил документ, видимо, счел его удовлетворительным и аккуратно спрятал в карман.
— Я буду в клубе до вечера, — сказал он подымаясь. — Только забегу в Сомерсет-хаус поставить печать.
Неспешным шагом он двинулся к двери. А мистер Хоук, утратив былой аппетит, отставил тарелку с бифштексом и попросил подать кофе и двойной бренди.
Потом, взяв огромную сигару, предался размышлениям. От солнечного света, совсем недавно заливавшего мир, не осталось и следа. Наступило полное затмение.
Когда Дж. Б. Хоук достиг в курении того пункта, когда полагается в первый раз стряхнуть пепел, его уединение было вновь нарушено. У столика возник молодой человек, который завтракал с Берри Конвеем. Он со значением смотрел в глаза мистера Хоука.
Это мистеру Хоуку не понравилось.
В этот момент мистер Хоук был не в лучшей форме. Нервная система дала сбой. В таком состоянии вздрагивают от малейшего шума и читают в глазах незнакомцев, на которых при других обстоятельствах не обратили бы никакого внимания, мрачную угрозу. Встретившись взглядом с Бисквитом, он внезапно вспомнил, что этот молодой человек, по словам Конвея, проявил интерес к шахте «Мечта Сбывается».
— А? — растерянно спросил мистер Хоук. Его уже начало раздражать молчание молодого человека. — Что?
— Хоук, — внушительно сказал тот низким голосом. — Я знаю твой секрет!
ГЛАВА XI
Распростертый на софе в роскошных апартаментах второго этажа Гросвенор-хаус, Т. Патерсон Фрисби смотрел в потолок. Потолок почему-то пожелтел. Стены тоже были желтыми; а всего несколько минут назад, когда больной решил облегчить страдания, походив по комнате, он заметил, что и небо имеет желтоватый оттенок. Факт налицо: в организме мистера Фрисби происходило нечто необычное. Накануне он опять поел жареной утки.