Чтение онлайн

— Герцог де Пон-Андемер? — вздрогнула миссис Гедж. — Вы хотите сказать, что и…

— Ну да! Это Карлайл Втируша. Один из лучших аферистов. Не успела его увидеть, тотчас же и узнала. Как вы вообще умудрились встретиться с ним?

— На пароходе познакомилась.

Мисс Путнэм прицокнула языком, не рассерженно, а укоризненно.

— Разве ваша мама, миссис Г., не учила вас основным правилам жизни? Одно из них — никогда не заводить близкой дружбы на пароходе. А что до этого типа, который говорит, будто он виконт, а потом врет, что он детектив…

— Вы уверены, что он не детектив?

— Вы что же, поверили его басням? — спокойно укорила мисс Путнэм. — Я полагала, у вас побольше здравого смысла.

— Почему вы так уверены?

— Потому что сама сыщик, и другого узнаю за милю!

— Но он — друг виконта де Блиссака!

— Это он так говорит.

— Он знает имя виконта…

— Долго ли узнать? «Готский альманах» можно купить в любой книжной лавчонке. Человек он молодой, крепкий, так что вполне в состоянии открыть книжку и прочитать все, что написано о виконте.

— Да, верно. А я и не подумала…

— И припомните, ему никак не удавалось говорить нормально. Все сбивался на «брюлики» и «медвежатников». Уверяю вас, он мошенник! Мне ли их не знать! И заметьте, изготовился действовать быстро. Эти его советы поменяться спальнями с мистером Геджем… Профессиональные взломщики, я слыхала, не любят работать в спальне, где спит женщина. Женщины визжат, и к ним они не могут применить грубую физическую силу.

— А мне показалось, — с задумчивым видом отозвалась миссис Гедж, — предложение недурное. Спальнями с мужем я, наверное, все-таки поменяюсь.

— Разумеется, поменяйтесь. Я б и сама это предложила. Пусть эти субъекты думают, будто они преотлично все организовали. Пусть приступают к действиям, уж тут-то мы и застукаем их на месте преступления!

— Вы считаете, и действуют они заодно?

— Нет! — помотала головой мисс Путнэм. — И вот почему: они не так себя ведут. Не гуляют вместе. Держатся отстра-ненно. Мне все рисуется вот как: тот, который только что был здесь, играет в одиночку…

— Сенатор! — воскликнула миссис Гедж.

— Нет, тут полный порядок! — заверила мисс Путнэм с некоторым сожалением, словно ей хотелось, чтоб и он тоже, для полной симметрии, оказался преступником. — Сенатора Опэла я видела в Вашингтоне. Это тот самый, совершенно точно. И я ни на грош не верю, что камердинер — мошенник. Это все для отвода глаз.

— Нет, я хотела сказать, у меня есть одно письмо, и сенатор, чтобы заполучить его обратно, пойдет на что угодно. Как вы думаете, а вдруг он нанял этого субъекта, чтобы его выкрасть?

— Очень может быть! — с удовлетворением решила мисс Путнэм. — Угодили по шляпке гвоздя! Тогда все прекрасно вписывается. Этот тип работает на сенатора, а Втируша охотится за брюликами. Но Втируша — аферист, сейфов он не взламывает. Значит, есть еще кто-то за пределами Шато, с кем он работает на пару. Мне кажется, я знаю, кто это. Не доводилось вам слышать о человеке по имени Слаттери, Суп Слаттери?

Миссис Гедж ответила не сразу. Видимо, она старательно копалась в памяти.

— Нет, — наконец сказала она. — Не-ет. Суп Слаттери? Что за странное имя! Почему Суп?

— Суп — это вещество, которым взрывают сейф. Динамит.

— О, неужели?

— Когда я на днях наведывалась в городок, поклясться могу, что заметила Слаттери. У него лицо из таких… не забывается. В казино входил. Я уж подумала, что это его двойник. Но теперь, когда все так повернулось, когда Втируша оказался в Шато — теперь я точно уверена, что это был Слаттери. Втируша пролез в дом и, разведав все, впустит Супа. Так всегда делается.

— Да?

— Это называется — сообщник в доме.

— Сообщник в доме? Как удивительно!

Говорила миссис Гедж спокойно, но мисс Путнэм видела, что она потрясена. Это ничуть ее не удивило. Женщина широких взглядов, она понимала, что присутствие преступников, лично ее бросавшее в дрожь азарта, на владелицу дома может оказать совершенно иной эффект. Непрофессионал, понимала мисс Путнэм, реагирует иначе, чем специалист. К тому же, женщины — народ нервный.

По коленке миссис Гедж мисс Путнэм уже стучала; теперь она потрепала ее.

— Миссис Г., причин нервничать нет. Я здесь. Когда вы нанимаете служащего агентства Джеймса Б. Флаэрти, то получаете настоящего мастера своего дела.

— Что же вы можете сделать?

— Закурите-ка сигарету, выкурите почти до конца, пусть останется окурочек с полдюйма. А я сшибу его выстрелом с двадцати шагов. Вот что я могу.

Миссис Гедж понемножку приходила в себя.

— Я не сомневаюсь, что вполне могу на вас положиться.

— Девиз нашей фирмы — «Верная служба»! — заверила мисс Путнэм.

— Тогда я все предоставляю вам. — Миссис Гедж встала.

— И разумнее поступить не можете.

— Пойду разыщу Веллингтона и скажу ему, что мы меняемся спальнями. А потом, наверное, — прибавила миссис Гедж, — сразу же и лягу. Я очень устала после плавания.

— Надеюсь, вы не разнервничались?

— О, нет! Нисколько!

Но напряженный взгляд опровергал ее заверения. Мисс Путнэм смотрела на нее, пока не закрылась дверь, потом покачала головой. Попадались ей нервные наниматели и раньше, но теперь она жалела, что не сохранила информацию в тайне.

Но тут же и просветлела. Очкастое лицо вскинулось, словно у боевого коня, почуявшего приближающуюся битву. Как-никак события вот-вот начнут разворачиваться. А бурные события — как она частенько говорила близким друзьям в фирме Флаэрти на 44-й стрит и Седьмой Авеню — самое лакомое блюдо.

Во время исключительно важной беседы между Пэки и миссис Гедж мистер Гедж маялся поблизости от библиотечной двери; и не успел самозванный служащий фирмы «Нью-Йорк, Лондон и Париж» выйти из библиотеки, как наткнулся на него, трепещущего от возбужденности и любопытства.

Отчет Пэки вдохнул в Геджа новую жизнь. Видимо, все сошло легко и гладко. Миссис Гедж проглотила сказочку, не поперхнувшись. И муж ее преисполнился радостью, словно ему даровали отсрочку приговора на ступенях эшафота.

Преподнесенная несколькими минутами спустя новость — миссис Гедж предлагает ему поменяться спальнями — ничуть не уменьшила его ликования. С чего вдруг жене вздумалось совершать такой странный обмен, понять он не мог, но она всегда совершала множество поступков, мотивы которых оставались для него темны. Приписав все пустому женскому капризу, он вышел во двор, чуть ли не пританцовывая. У него, конечно, оставались еще тревоги, но пока что самая большая была решена. Заворачивая за угол, он даже запел.