Чтение онлайн

– Что это значит? – требовательно спросила она, буквально впившись взглядом в лицо Ичимару. Но тот продолжал привычно улыбаться, как ни в чем ни бывало.

– Ну и ну, – хмыкнул Гин. – Неужели капитан Айзен пытается таким образом обвинить меня в убийстве…

Йоко стоило огромного труда не запустить что-нибудь тяжелое в эту улыбающуюся физиономию. Но все же она взяла себя в руки и, постоянно убеждая себя, что поднимать шум будет преждевременно и вообще нежелательно, продолжила попытки добыть информацию дипломатическим способом.

– Капитан Айзен ведь не умер, не так ли? – девушка не стала ходить вокруг да около и сразу пошла в лобовую, а то в построении витиеватых словесных конструкций она за это время так и не поднаторела в отличие от своего визави, у которого с этим никогда проблем не было.

– Йоко-кун, – Гин явно не собирался принимать заданные ею правила, но Накамура перебила его на полуслове.

– Да или нет?

– Я ведь уже говорил, любопытство тебя погубит, – сказал Ичимару, начисто игнорируя боевой настрой Йоко.

Ту это раздражало безумно. Она даже утробно зарычала.

– Вместо того, чтобы лезть туда, куда не следует, ты бы лучше позаботилась о проблемах более существенных, – посоветовал он.

– И что может быть более существенным, чем вычисление мятежного капитана, задумавшего государственный переворот в Обществе душ? – практически прошипела Йоко, скептически изогнув бровь.

– Ну, например, то, что Совет сорока шести изменил свое решение по делу Кучики Рукии, – как ни в чем ни бывало, ответил Гин, словно все это время только и ждал этого вопроса. – Дату ее казни перенесли. – Интонация, с которой это было сказано, не сулила ничего хорошего, и последующие слова Ичимару полностью это подтвердили. – Казнь состоится завтра в полдень.

– Как завтра? – из Йоко словно выбили весь воздух, и девушка, замерев столбом, неверяще смотрела в пространство перед собой. – Почему?

– А мне-то откуда знать? – улыбка на лице Гина стала еще шире и приобрела какой-то беззаботный оттенок, словно Ичимару говорил о сущих пустяках, не имеющих ровно никакого значения.

– Я еще о чем-то не знаю? – осторожно уточнила Накамура.

– Даже не спрашивай, – отозвался тот. – Хотя… – Гин приложил указательный палец к губам и сделал вид, что глубоко задумался. – Ведь в Сейрейтее есть Ичиго-кун. Как думаешь, Йоко-кун, ему хватит сил, чтобы спасти Рукию-чан?

– Учитывая, что он проиграл мне, я сильно в этом сомневаюсь, – хмуро заметила Йоко. Она уже и думать забыла о вторжении рёка.

– Я бы на твоем месте не был настолько категоричным, Йоко-кун, – Ичимару опять нацепил маску недовольного наставника, добавив в голос укоризненных ноток. – Если бы ты внимательнее следила за обстановкой в городе, то знала бы последние новости.

– Я вообще-то в камере сидела, – напомнила Йоко таким тоном, словно Гин один виноват во всех разыгравшихся в Сейрейтее беспорядках, а она, такая умная и гениальная, уличила его в этом.

– Ведь сегодня днем Куросаки Ичиго-кун столкнулся с Зараки Кенпачи и вышел из схватки победителем.

Если бы Йоко в этот момент что-то пила, то непременно с шумом выплюнула бы напиток от таких новостей. А потом осмыслила сказанное и уже с недоверием уставилась на Ичимару. А не вздумал ли он надурить ее таким образом? Нет, она, конечно, помнила его дикую духовную силу, но этого определенно было недостаточно даже для того, чтобы справиться с ней. Не мог же он за одну ночь стать на столько сильнее, чтобы одолеть того, о ком в Готэй 13 чуть ли не легенды складывали?! Черт, этот Ичиго, кем бы он ни был, просто в клочья рвал все шаблоны. Сперва Дзидамбо, потом Мадараме, теперь капитан Зараки! Это же уму непостижимо! Его сила что, растет в геометрической прогрессии? И что дальше? Пойдет махаться с главнокомандующим? Учитывая его прямолинейный нрав и полное отсутствие тормозов, Йоко не стала откладывать эту идею, как абсолютно невозможную. С него вполне станется…

– Такой упорный парнишка, даже жутко становится, – от хищной улыбки Гина у Йоко по всему телу пронеслась поистине эпическая волна мурашек. Девушка даже вздрогнула, словно ее окатили ледяной водой. – Им с Ренджи-куном даже почти удалось похитить Рукию-чан из Башни раскаяния. Но тут пришел капитан Кучики и испортил им всю малину.

Перед глазами у Йоко внезапно встала совершенно нелепая картина, как Ичиго тащит подмышкой бранящуюся, как пьяный сапожник, Рукию, рядом бежит препирающийся с ней Абарай, а за ними, размахивая своим занпакто во все стороны, несется злой, словно черт, капитан Кучики. Не выдержав абсурдности этого, девушка сдавленно прыснула в кулак.

Гин для рассказа этой леденящей душу истории выбрал настолько неуместный и даже комичный тон, что Йоко никак не могла воспринимать то, что он ей говорил, всерьез, то и дело ловя себя на мысли, что такого бреда быть не могло. И все это было больше похоже на какую-то извращенную сказку из числа тех, что мамы рассказывают детям на ночь, только с плохим концом.

Оказывается, после того, как пришел в себя, Ичиго с компаньонами вновь двинулись в сторону Башни раскаяния, но наверху той злополучной лестницы, у подножия которой они сражались, им посчастливилось нарваться на капитана Зараки, который был одновременно и разочарован проигрышем Куросаки, и заинтриговал рассказом Мадараме об этом парне. Ичиго, ясное дело, решил с ним сразиться, отправив Ханатаро и Гандзю вперед, чтобы они сами вызволили Рукию из заточения, с чем они вполне успешно справились бы, не появись у Башни капитан Кучики. Церемониться тот не стал, быстро и эффективно выведя парочку из строя. А потом, откуда ни возьмись, появились Ичиго и Ренджи. Абарай схватил Рукию и рванул с ней куда подальше, а Куросаки уже, видимо, по привычке решил выгадать для него немного времени. Разумеется, ничем хорошим это не закончилось. Ичиго и без того был на пределе после битвы с Зараки, так что у Бьякуи не возникло с ним никаких проблем. Впрочем, от верной смерти его спасла выскочившая неизвестно откуда Шихоин Йоруичи, а Абараю повезло меньше, и с капитаном Сой Фонг и ее карательным отрядом он совладать никак не смог. Таким образом и вышло, что Рукию посадили обратно в камеру, Ханатаро и Гандзю вылечили и посадили в тюремный барак Четвертого Отряда, Ренджи, ужасно избитый, дожидался своей участи в камере Шестого Отряда, как раз там, где до этого сидела Кучики, а Куросаки исчез в неизвестном направлении. Спасение прекрасной принцессы не удалось, спасители оказались разбиты на голову.

«Камиюмэ, есть идеи? – обратилась Йоко к своей занпакто, когда взвесила все «за» и «против», но так и не смогла прийти к единому решению. – Думаешь, мне стоит присоединиться к Куросаки и отправиться помогать Рукии?»

«Ответ на свой вопрос и так ты знаешь, – устало отозвалась та. – Представление странное о приоритетов расстановке всегда у тебя было. Решила ты уже все для себя, и слова мои чашу весов в сторону противоположную не качнут. Что считаешь нужным, делай ты. Поддержу я любой твой выбор».

Как и всегда, Камиюмэ была права. Накамура с самого начала знала, что этим все закончится, и не собиралась отступать от первоначальной цели, какие бы аргументы не выдумывал Ичимару, чтобы ее отвлечь.

А если Ичиго не сможет сорвать казнь Рукии? Да даже если и сорвет, то что дальше? Черт! Бросать подругу в такой момент – вот уж воистину момент жизни и смерти! – будет просто свинством. Но…

Но!..

Она перевела взгляд на Гина, словно изваяние, застывшего у двери своего кабинета.

– Я уверена, что Куросаки-кун справится и спасет Рукию, – твердо сказала девушка, интонацией давая понять, что приняла окончательное решение. – А у меня есть другие неотложные дела.

– Завтра утром, – негромко произнес Гин таким голосом, что Накамуре даже сперва показалось, что это и не он вовсе сказал. Исчезли из его голоса все намеки на веселость и ехидство, оставив после себя лишь серьезность и какую-то отрешенность от всего.

– Что будет завтра утром? – уточнила Йоко, прилагая все мыслимые и немыслимые усилия, чтобы не дать задрожать уже своему голосу.