Чтение онлайн

– Я теперь Шмель, – отчего-то с гордостью заявил полуэльф и обратился к Ире:

– Скажи, ты поэтому на гневотерапии в сторонке сидишь, хоть, наверное, и могла бы с ребятами сражаться?

Надо же, а я об этом как-то не подумал. Да этот полуэльф явно наш человек!

– Да, – кивнула ему Ира, смутившись. – Я могу постоять за себя, просто в мерцании Ириргавируса это не предусматривалось, вот я и вынуждена следовать ему.

– Я думаю, не будет ничего плохого, если ты будешь со всеми, – заметил Карл, – Но не в футболе, – тут же добавил он. – Ты ведь должна понимать, что футбол подразумевает выход на поле в родительский день. Если на поле увидят светлую эльфийку, сразу возникнут вопросы: кто ты, из какой семьи и прочее.

– Не согласен, – вмешался я, видя, как сильно погрустнели глаза юной мерцающей, – Она может не выходить на поле в родительский день, но в будни-то чисто в тренировочных матчах участвовать может. Что скажешь? – спросил я у Иры и был слегка дезориентирован, когда она просияла и, нисколько не смущаясь, перегнулась ко мне через Ира и чмокнула в щеку.

Честно скажу, глаз Ира я в тот момент не видел, но успел заметить, как лукаво посмотрела на него Ника, а потом в мгновение ока ретировалась, сбежав вниз на поле. Я поднял глаза на Лию, все еще стоящую рядом с нами.

– Ты для моральной поддержки с ней пришла? – полюбопытствовал я весело.

– Да, – улыбнулась мне Вейла.

– И как там у тебя разговор с папочкой прошел, а то все никак спросить не получается?

– Все хорошо, – все так же очаровательно улыбаясь, поделилась эльфийка, – Правда, он все больше не со мной разговаривал, а с Каром. Но, кажется, они нашли общий язык.

– Это радует, – сказал я.

– Только ты готовься, – вдруг предупредила меня Лия, – он ведь снова об этом разговор поднимет, когда придет на родительский день. И, наверное, не только с тобой…

– Не боись, – заверил я, – прорвемся. Вот только Илей в качестве моральной поддержки вооружусь.

Светлая быстро кивнула и тоже побежала обратно вниз, где её ждал Кар, уже и без того ревниво на нас поглядывающий. Ну, по крайней мере, мне казалось, что ревниво.

– Андрей, знаешь, – начал Ир, но его перебил ректор.

– Думаю, надо будет основательно подготовиться к тому, что после тебя все их родители ко мне нагрянут.

– Да уж… – протянул на это Корешель, во все глаза смотрящий на поле.

Эльфы закончили разминку и теперь увлеченно гоняли мяч. И тут с нижних рядов раздался визг дуделки, которую я презентовал Умке. У Шмеля тут же глаза загорелись.

– Я тоже себе такую хочу! – объявил полуэльф, повернувшись ко мне.

Я даже рот открыть не успел, как оживился Ир.

– Будет, – пообещал он ему. – Мы к матчу их побольше закупим.

– Эй! – возмутился я, но облечь свое возмущение во внятные слова не успел.

– А что, – обернувшись ко мне и подчеркнуто невинно захлопав глазами, сказал Ир. – На этом можно немножко, да заработать. Скажешь, для дальнейшей модернизации нашего класса нам деньги не нужны?

– Ты еще предложи за просмотр нашего футбольного матча деньги брать! – возмущенно воскликнул я, но быстро смекнул, что зря вообще завел разговор об этом, потому что Ир переглянулся с Карлом.

– А что, – сказал ректор задумчиво. – Если университет получит свой процент…

– Сорок, – тут же объявил Ир.

– Шестьдесят, – мягко поправил его Карл.

– Эй-эй! – воскликнул я. – Да с чего вы вообще взяли, что кто-нибудь придет?

– С того, – пропел на это мерцающий, – что ты сам изъявил желание провести, как ты выразился, обширную пиар-кампанию.

– К тому же, – задумчиво обронил ректор, – сам факт того, что мероприятие не бесплатное, подогреет к нему интерес. К тому же, никто ведь и не говорит о том, чтобы брать за билеты баснословную цену.

– А что, – подал голос Шмель, – Я бы заплатил… – и, подумав, добавил. – И за дуделку тоже.

– Ладно. Сдаюсь, – поднял я руки кверху. – Если вы оба за, то кто я такой, чтобы быть против.

– И это правильно, – самодовольно хмыкнул Ир и вжался в мои ноги от затылка до копчика. Вот ведь зараза!

А потом я в компании командоров, Вини и тех двух темных на практике показывал неучам-эльфам, что такое пикник. На футбольном поле мы просидели до позднего вечера, поглощая изысканные сладости и запивая все это каким-то просто сногсшибательным клубничным вином, выбранным лично Барсиком. Оказывается, мы все дружно так хорошо скинулись, что даже на эту вкуснотищу хватило. Иля, раскрасневшаяся и ставшая неожиданно близкой, была просто очаровательна. Она весь вечер принимала комплименты как от темных, так и от светлых и откровенно этим наслаждалась. А вот Инга не видела никого, кроме своего нареченного. Впрочем, тот отвечал ей тем же. Алый, выпив и слегка захмелев, так и норовил пристать к Машке с неприличным вопросом. Например, как можно быть таким распущенным и в тоже время таким ми-и-и-илым… Что ему на это отвечал наш ушастый мальчик, я честно не знаю, но, судя по тому, как многообещающе он при этом ухмылялся, светлому он все его вопросы еще припомнит. Гарри и Улька весь вечер сидели в обнимку, Кар и Лия танцевали прямо на поле под музыку, слышимую только им двоим. Ир внаглую положил голову на мои колени и так весь вечер и пролежал. Как ни странно, я был совершенно не против. Карл смотрел на всех нас с отеческой благосклонностью, Шмель до хрипоты спорил о чем-то с Умкой и Каром, а потом и с присоединившимся чуть позже Барсиком. Мурка сидел рядом с красногривым командором и уже привычно помалкивал. А, когда совсем стемнело, Фа какой-то особой ифритской магией запустил в небо несколько огненных фейерверков, заявив, что так смог бы любой мало-мальски сильный огненный маг. Но до чего оно все красиво смотрелось! Особенно зажегшийся прямо в небе контур исполинского дракона. У нас у всех просто челюсти на грудь упали, когда мы это увидели. Все-таки как здорово, что в этот вечер мы все дружно тут собрались.

Андрей

Слухи в таких организациях, как наш университет, подобны пожару или урагану, который с каждым новым витком воздушной воронки закручивается все сильней. Я всегда об этом знал, но уже на следующее утро после нашего с ребятами пикника имел возможность убедиться воочию. Во-первых, во время классного часа к нам все время кто-то заглядывал, неизменно извиняясь и бормоча о том, что якобы ошиблись дверью. Почему я не верил таким объяснениям? Да что-то все прошлые недели моего тут пребывания никто не ошибался. Во-вторых, кому за это сказать спасибо, выяснилось уже после пары, когда к нам заглянули довольные собой и жизнью Умка и Корешель, и полуэльф оживленно спросил, не заходил ли к нам кто. Намек был более чем прозрачным, не так ли? В общем, мне только и осталось, что закатить глаза к потолку и покоситься на хитрющую физиономию Ира, облюбовавшего мое место за учительским столом. Я же все так же предпочитал громоздиться поверх столешницы, но не о том речь.

После такой демонстрации бурной деятельности по пиар-кампании нашего футбольного матча колокольчики, поджучиваемые Шмелем, втихаря устроили соревнование – кто больше народу завербует и кто более интригующий намек отпустит. Но об этом я догадался позже. Точнее, слишком поздно, чтобы хоть как-то затормозить сорвавшуюся по их вине лавину.

Только осведомленностью если не всего, то большей части университета о том, что я тут с моими студентами всякими непотребствами занимаюсь, можно объяснить тот факт, что после занятий, когда мои ребята обычно пропадали в зале для гневотерапии (но на этот раз мы решили провести презентацию Умкиного проекта) к нам снова заявилась блистательная Микалая Эльфир Земная – декан факультета, на котором учился наш многоуважаемый гном. Почему я говорю – блистательная? Она в и прошлый свой визит была хороша, но известием о так называемом притеснении Умки её явно оторвали от грядки или чего-то очень похожего. Поэтому, несмотря на всю свою изящную красоту, эльфийка заявилась к нам в рабочем фартуке, узких брюках и длинной рубахе свободного покроя. И всё равно, у всех сложилось такое впечатление, что в класс она вплыла.

В этот раз она была облачена в платье. Легкое, светло-голубое, идеально оттеняющее её серые миндалевидные глаза. В общем, не только у меня в тот момент в зобу дыхание сперло. Бедняга Шмель, с которым мы активно обсуждали его возможность попасть в мой мир и посмотреть на другие наши спортивные и околоспортивные игры, вытаращил на эльфийку просто огромные глаза. Казалось, что он многого мог ожидать, но никак не её добровольного явления в наш маленький, но очень уютный вертеп.

Сама она свой приход мотивировала тем, что Умка – не просто ученик её факультета, но, к тому же (о чем, честно признаюсь, я понятия не имел) именно она является руководителем его диплома. Разумеется, я тут же схватил гнома за локоть, оттащил от Ира, с которым они, как выразился мерцающий, настраивали адаптированную под магические воздействия аппаратуру, и полушепотом уточнил, он ли её пригласил. Умка покосился на эльфийку, которая с независимым видом стояла возле учительского стола, потом поднял на меня глаза и смущенно пробормотал, что нет, не он, но, если это возможно, он бы хотел, чтобы я все же разрешил ей присутствовать. 'Разрешил?' – мгновенно возмутился я и тут же принялся уточнять, как он себе представляет, что рядовой психолог вроде меня запретит что-либо декану? В общем, Мика, как я втихаря прозвал её, осталась.