Чтение онлайн

Говорилось все это в шутку и шаг мы максимально прибавили. Однако опасения были напрасны: никто не резал горло постовым черкесским кинжалом, не метал отравленные сюрикены-звездочки и не плевался тухлыми рыбными иголками из духовых трубок. Под дулами автоматов стояли три тщедушных азиата. Один, в черных мятых и перемазанных брюках и такой же куртке, блестел хитрыми черными глазами и, несмотря нам свой потрёпанный вид, держался с большим достоинством. Двое других сгибались под тяжестью огромных рюкзаков и были похожи на двух муравьев, несущих куски сахара.

К четвертому посту подбегали новые группы, но Шиберман выгонял всех из тоннеля, опасаясь наличия взрывчатки в рюкзаках пришельцев. Разрешил подойти только Хамстеру и Дону. Наведя порядок, Дон и Шибер подошли к азиатам и заговорили с ними на неведомом мяукающем языке. Впрочем, вскоре они перешли на русский. Оказалось, предводитель узкоглазых неплохо его знал, но смешно коверкал слова и понимать его было сложновато. Поэтому просто перескажу своими словами…

Глава 3. Ши Ван Дан

Пришельцы оказались вьетнамцами: ещё в девяностых они приехали в Россию – кто на учебу, кто на работу. Но после распада Союза всем пришлось устраивать свою жизнь по-новому. Кто-то начал торговать на многочисленных рынках, кто-то трудился в швейных мастерских, клепая «фирменные» кооперативные джинсы, кто-то занимался явным криминалом. В результате самые бесстрашные (или не самые умные) «сели», кто-то вернулись на родину, а некоторые и вовсе сгинули. Но те, кто выжил и наладил жизнь, потихоньку поднимались в своем статусе и «выписывали» к себе друзей и родню. Согласитесь, вполне обычная история мигрантов? Некоторые уже проживали в собственных или съемных квартирах, но большинство ютилось в разных общежитиях. Не потому, что бедствовали, а в силу привычки к компактному проживанию. Их гоняла полиция и различные службы города, но к таким мелочам вьетнамцы давно привыкли. Как и привыкли эти проблемы решать…

Наши визитеры проживали в пятиэтажном общежитии на Белопольского. А в подвале «общаги» постройки шестидесятых годов находилось старое бомбоубежище. Оно часто меняло хозяев: поначалу принадлежало заводу игрушек «Кругозор», затем было продано и использовалось как склад. В последнее время продуктовый. Тут-то и случилась первая атака. Дураков среди вьетнамцев не оказалось, и все, кто был дома (а я напоминаю тем, кто не знал, что это было утро субботы), мигом оказались в убежище.

Тут еще надо слегка коснуться темы подобных общежитий для тех кто никогда их не посещал. Представите себе длинные коридоры, от которых отпочковываются в обе стороны маленькие комнатки, помимо жуткого количества спальных мест, тут же возятся дети сушится белье, в огромном количестве складируются вещи, купленные домовитыми обитателями для отправки на свою малую родину для последующей перепродажи. Вообще, в коридорах обычно хранятся вещи, которые в комнатах не помещаются. Например, мотоциклы в ящиках. Ну или холодильники. В результате коридор превращается в запутанный лабиринт, где в межвещевом кривом тоннельчике шмыгают как мышки вьетнамцы.

Естественно, уцелевшие после бомбежек обитатели «бамбхауса» (как его вьетнамцы ласково называли между собой) не желали подвергать опасности свое добро и вся материальная польза с пяти этажей общежития плавно перетекла в подвал. Влезло не все, и тогда местный предводитель Ши Ван Дан (а он как раз сейчас перед нами и стоял) призвал соотечественников вспомнить Сайгон и подземные тоннели Ку Чи, где 25-я пехотная дивизия США знатно огребла овердофига рипнутых.

Сказано – сделано! Раздобыв ломы, лопаты и слегка придав инструменту нужного апгрейда, бойцы Ши Ван Дана выломали в стене бомбоубежища проход и углубились в грунт. Опыт приходил пропорционально вынимаемому грунту, и через три месяца под землей было много ходов и помещений. Ши Вон Дан, применив незаконченное строительное образование и вспомнив рассказы дедушек о строительстве подземных ходов, сам разработал систему крепежей кровли и методику орудования лопатой. Они давно знали, что в метро скрывается куча народу, но желали оставаться своими среди своих и на контакт не шли, а лишь наблюдали. Так они засекли опыты Шибермана со взрывчаткой…

– Нам няда всрывчатка много. Дай мняться или работать.

– А зачем вам взрывчатка?

– Хуароший дела. Стена-камень ломать. Ломом саибался уже. Капать лехкий, даже когда камни… Стена-камень ломать – три раза умирать.

– А куда вы копаете?

– Воронцофская метро…

Вон оно чего! Станция метро Воронцовская была построена совсем недавно и первой угодило под удар. Практически сразу ее полностью разрушило. Если бы ее откопать, можно было бы сделать Калужскую новым перекрестком с выходом на линию второго кольца – Зюзино и улицу Новаторов… Мечты-мечты!

– Станция засыпана полностью. Даже если ее откопать – рухнули перекрытия: она не будет укрытием. Да и времени и сил уйдет куча, – сказал Задов, который незаметно подошел сзади. Ахтунг, Задов сзади!.. Каламбур, однако.

– Времяу наше тратим мы. Откапывать станцию не нядо. Нядо сквозной проход и выходы к вам и нам. И технически помещения откопать нам там будет. Откопаем – жить будемя. – Голос Ши Вон Дана иногда срывался на квакающие и мяукающие интонации, но говорил он понятно. – Плату за проход брать. Небольшую.

– Взрывчатку не дадим, – сразу обозначил позицию Задов. – Покажите, где и что взрывать, мы вам сами взорвем.

– Прям так-таки и сами? Лично? – Ехидно спросил Шиберман, намекая, что в договоре не было ни слова ни о минах, ни о взрывчатке.

– Ну я от нашего общего имени сказал, -начал выкручиваться Задов. – Вы ж не откажете старику?

– А это зависит от некоторых факторов, – Шиберман нагнетал доброжелательность и ехидство одновременно. – И поскольку Вы говорите от нашего имени, то я от вашего имени тоже сказать позволю.

Шибер повернулся к Ши и, слегка поклонившись, спросил:

– Договорчик заключим?

Задов махнул рукой, мол, «заключай». Правда, тут же спохватился:

–Только интересы «Калужской» чтоб мне блюли.

Мы обещали блюсти…

– Всем покинуть тоннель, – командовал Дон в мегафон (Дон-мегафон, чёт я аж прслезился от еле сдерживаемого смеха. Нервное, видимо…). – Кто не спрятался – я не виноват. Если вы не заткнули уши и меня слышите, то это, скорее всего, последнее, что вы слышите своими ушами без слухового аппарата.

– А зачем столько предосторожностей, – спросил я. – Мы ведь далеко отошли?

Мы с Шиберманом были в интерактивных наушниках, которые транслировали в уши все звуки и шумы, но до определенного уровня громкости. Если звук был выше нормы, хитрая электроника его приглушала. Таким образом можно было стрелять, взрывать и работать отбойным молотком на рок концерте, не рискуя оглохнуть, но при этом разговаривать с собеседником, даже не повышая голоса.

– В качестве небольшой научной лекции в рамках ликвидации безграмотности, могу вам сказать, что на свете есть много наук. И там, в них, есть физика. А уже в ней – физика взрыва. Так вот, под водой, на воздухе и в тоннеле взрыв распространяется по-разному. Есть еще схемы танкер-сухогруз, но вам пока не туда. Потом расскажу. Вам сейчас-таки в тоннель. Вы печки топили?

– Где?

–Ни "где", а чем! То есть не в пруду, а дровами… Так вот, там присутствует такой эффект, как тяга. И если в тоннеле присутствует хотя бы небольшой уклон, она там тоже появиться.

– Тяга?

– Тяга. И тяга вытянет взрывную волну на поверхность, а вместе с ней – и продукты горения. Видели может, из трубы печной языки пламени вырываются? Так вот, это она. И я, по-моему, вам уже об этом рассказывал.

– А по-моему нет.

–Ну да и ладно. Я, признаться, устал языком молоть: половину ночи с вьетнамцами договор заключали…

– Приготовиться! – Отдал команду Дон.

Я перевел рукоятку подрывной машинки в проверочное положение и нажал обрезиненную шляпку. Послушно мигнул проверочный светодиод. Линия готова.

– Готов! – Я поднял руку вверх.

– Огонь!

Рукоятку в боевое положение. Перевернул машинку и, уперев в колено, ударил свободной рукой по шляпке. Громыхнуло. Из тоннеля вырвались клубы серого дыма. Кисло запахло сгоревшей взрывчаткой.

– Вот так, раз за разом, и сделаем из тебя взрывника, – сказал Шиберман. – А пока сматываешь линию – просчитай, сколько потребуется тротиловых шашек для разрушения тридцатисантиметровой железобетонной стены с образованием отверстия около метра в диаметре. Заодно прикинь безопасное расстояние и количество образующихся газов.