Чтение онлайн

Марат оценил мою иронию и, улыбнувшись, ответил:

– Возле озера можно словить. Лучше всего там, где ты как раз и свалилась в воду, засмотревшись на что-то.

– Золотую рыбку в воде увидела, – тоже улыбнулась я и, послав Марату воздушный поцелуй, направилась к озеру.

Слишком много странного вокруг. Еще и этот несносный, скрытный, хмурый, но при этом иногда вполне человечный и интересный, ну, еще и сексуальный мужчина наводил обо мне справки. И зачем ему это надо?

Я, конечно, тешила себя любовью с первого взгляда, но в такое поверит только полная дура.

Связь возле озера действительно была. Я зашла в электронную почту и сама захотела утопиться. Последние сообщения просто пестрили гневом. У главреда был пунктик: только сообщения, никаких звонков. И сейчас я читала его послания, представляя, как Пал Саныч запивает валидол коньяком.

«Лазарева, куда ты опять влезла?»

«Тебе прошлого раза мало было? Ты бросаешь тень на редакцию!»

«Лазарева, уволю к черту!!!»

Ну, и все в таком духе. Думаю, пора главреду нарушить пунктик своих правил. Я набрала номер и на всякий случай отодвинула телефон подальше от уха. И оказалась права. Это было еще хуже Михайлова.

– Лазарева!!! – заорал в трубку Пал Саныч.

– Да, мой властный босс, – пропела я.

– Ты… ты…

– Я ничего не делала, честно слово, – заверила главреда.

– Тогда какого черта мне звонят и интересуются тобой?

– Может, тайный поклонник? – предположила я, хотя уже прекрасно знала, кто мною интересовался.

– Лазарева!!!

– Пал Саныч, не орали бы вы так, а то сосудик в голове лопнет, и все.

– Катись к дьяволу, Лазарева! Хотя и он сбежит из преисподней, если ты там появишься.

Главред бросил трубку. И чего он так нервничает? Я же что? Я ничего… Ладно, пусть увольняет, если ему так легче будет, хотя я уверена, что Пал Саныч просто включил злого начальника. Он слишком долго меня хотел, исключительно как журналистку, чтобы вот так просто со мной расстаться.

Теперь меня интересовал поисковик. Всемогущий гугл мне в помощь! Я снова устроилась на обрыве – ничему жизнь не учит – и послала запрос. Как искать информацию во всемирной паутине и правильно выказывать поисковой строке свои желания, я знала, но странно, что ничего толком не нашла, кроме одной маленькой заметки.

«Загадочная смерть питерской журналистки в карельских лесах…»

Отбрасываем слово «загадочная» – оно для привлечения внимания. Половина заметки, которая и так всего на четыре небольших абзаца, ни о чем. Сплошные догадки и субъективное мнение автора. Из фактов я почерпнула, что девушка предположительно заблудилась и умерла от укуса ядовитой змеи вследствие неоказания своевременной медицинской помощи.

Кажется, и змеи здесь журналистов не любят.

Но я не понимала, почему так мало информации. Тут же можно было развернуть журналистское расследование: узнать, что за девушка, о чем конкретно писала, зачем сюда приехала, где остановилась. Или автор статьи не отличается любопытством, или ему прикрыли рот. Причем подписи под заметкой не было.

Ну а больше ничего интересного я не нашла ни о доме отдыха, ни об этих местах. Пора сворачиваться и идти на обед, а то калорий, пока лупила Валеру и шастала по малиннику, сожгла как после дня в спортзале.

Вернулась я как раз вовремя. Все уже сидели в беседке, в том числе и Валера. Кажется, бывший уезжать отсюда не собирался. Надеюсь, что его привлекла местная природа, а не попытки слиться со мной в объятиях примирения.

Александр Венедиктович, увидев меня, поднялся и любезно предложил присесть на его место, которое находилось подальше от Валеры. Если на смерть букета все смотрели без боли во взгляде, то смерть обеда явно всех разочарует.

И кстати, при моем появлении все замолчали. Неужели ожидали, что я вылью на голову бывшего кастрюлю с супом? Жаль Алесиных трудов. Да и запах шел такой, с ума сойти.

Я бы точно не удивилась, будь у Марата роман с местным поваром. За такой едой и недостатков не заметишь. Мы дружно и молча стучали ложками по тарелкам, пока те не опустели, а потом, конечно же, Регина спросила:

– Марат Сергеевич, а почему вы нам не сказали, что приехали вместе с Илоной?

Черт! Кажется, не я буду убивать сейчас, а меня. На этот раз Марат находился рядом со мной, и я порадовалась, что сижу снова с края. Можно свалить по тихой грусти, пока мой так называемый любовник будет приходить в себя, думая, что ответить на вопрос.

Сантиметр за сантиметром я начала отодвигаться, но меня снова лишили дара речи. Марат сгреб меня в охапку и, запечатлев звонкий поцелуй на моем виске, ответил:

– Мы познакомились в интернете. Она москвичка, я из Архангельска, но для настоящей любви это не препятствие, вот мы и решили провести отпуск вместе.

История так себе – ни одной проверки не выдержит. Но теперь я окончательно уверилась, что Марат здесь не просто так. И мой враг, он же язык, не смог остаться в неподвижном состоянии:

– А у нас настоящая любовь?

– Конечно! – ответил Марат и больно ударил меня носком кроссовки по щиколотке.

– Это недопустимо! – воскликнул Валера. – На глазах у мужа!

– Бывшего мужа, – поправила я и, мило улыбнувшись Марату, потянулась к его щеке, чтобы для вида поцеловать, но шепнула на ухо: – Ты действительно из Архангельска?

Он едва заметно отрицательно покачал головой. Ну кто бы сомневался, что он снова что-то скрывает?!

Тут Алеся принесла нам на подносе две миски салата и тарелку хлеба, сказав:

– Сейчас принесу остальное, – но тут увидела руку Марата на моем плече и нахмурилась.

Замешательство ее было всего в пару секунд, но я не отводила от девушки взгляда, поэтому и заметила. Нет, у них точно не роман. Что-то другое.

Продолжали обед мы тоже в молчании, а после я сразу удалилась, пожелав всем отстающим приятного аппетита. Но пошла не в свою комнату, а через коридор направилась в кухню, на ходу придумывая, с чего бы начать разговор с Алесей.

Можно было сразу попасть со двора туда – я видела, откуда девушка выносила еду, но решила не привлекать к себе внимание.

Девушка мыла миски, когда я вошла и сказала:

– Извините…

Она вздрогнула и обернулась, посмотрев на меня с недоумением.

– Вы что-то хотели?

– А минеральная вода есть у вас?

Алеся с облегчением выдохнула и даже улыбнулась:

– Сейчас принесу.

Она ушла в подсобку, куда я, конечно, сунула нос. Две камеры: холодильная и морозильная, если верить температурному режиму, отображенному на них. Ничего интересного. Я вернулась на прежнее место и как ни в чем ни бывало начала рассматривать стену. Алеся вернулась с бутылкой минеральной воды, которую я тут же открутила, и продолжила мыть посуду.