Чтение онлайн

– А вот дотащить тебя до дома, я вряд ли могу.

– Я никуда не пойду.

– Ну-у, не капризничай. Не маленький ведь. Сам, наверно, понимаешь, что так можно и заработать воспаление легкий и, в купе ко всему, - я игриво стрельнула глазками в область паха парня, сдерживая себя, что бы глупо не захихикать - Застудить стратегические части. Если они конечно работают.

– Работают!
– рычание в ответ.

Я фыркнула в сторону. Мне ещё такой собеседник не попадался. Рычит, шипит, посылает, но пальцем не трогает, и чувствую, что даже не хочет, что бы я уходила. Прелесть.

– Давай номер.

Парень сдался. И вскоре после разговора с охающей Ларисой Геннадиевной, мамой этого горе самоубийцы, мы вдвоём сидели в салоне дорогого авто. Суровый мужчина в элегантном костюме, что сидел за рулём, отец парня, любезно настоял, что бы подбросить меня до дому.

Уже выходя из машины у своего подъезда, я сунула молчащему всю поездку парню в руки клочок бумаги.

Даже не знаю, зачем всё это сделала. Раньше считала это навязыванием.

– Будет хреново, звони. Поработаю личным психологом.

– Да нужна ты мне...
– было мне ответом.

– Эй, ты мне жизнь должен.
– улыбнулась я, и, попрощавшись, потопала домой.

Там меня ждут свои охи и ахи.

***

На следующий день мне позвонили. Правда, не сам Влад (имя парня).

– Аллё.

– Яночка? Это Лариса Геннадьевна, мама Влада. Вы со мной вчера разговаривали.

– Здравствуйте.
– немного притихла я.

– Ну, как ты? Как самочувствие?

– Всё нормально. Чувствую себя хорошо.

Боялась я разговаривать с незнакомыми людьми по телефону, поэтому и ответы немногословны.

– Яночка, я бы хотела, что бы ты приехала к нам. Влад совсем плох. Может, ты его расшевелишь?

– Ну, я не знаю.
– растерялась я от такой просьбы.

– Прости. Ты чем-то занята?

– Да нет. Полностью свободна.

– Вот и хорошо. Я пришлю за тобой машину.

Я растерянно взглянула на затихшую трубку. Потом опомнилась, пожала плечами и начала звонить родителям, что бы предупредить.

С трудом убедив родителей, что всё вполне безопасно, я снова натянула постиранные джинсовые капри и футболку. Проверила все вещи в сумке и выскочила из квартиры. Мне отзвонились , что "карета" подана.

Уже через полчаса езды по улицам города, я заходила в квартиру новенькой многоэтажке, находящуюся явно в богатом районе, судя по красоте и чистоте улиц (и конечно охране). Элегантная женщина, коей являлась Лариса Геннадьевна, встретила меня тёплой улыбкой и сразу провела к двери комнаты, где окопался болезный.

– Вы развлекайтесь. Если что , еда на кухне. Найдёшь либо в холодильнике, либо в духовке. Попытайся Влада накормить. А то совсем не ест.
– голос заботливой матери дрогнул.

– Хорошо.
– кивнула я, но увидев, что Лариса Геннадьевна одевает туфли, немного забеспокоилась - А вы куда?

– Не беспокойся девочка, я на работу. Итак отпросилась. Вечером вернусь. Развлекайтесь.
– и захлопнула дверь.

Я вздохнула, сняла балетки, оставив их в прихожей, и потопала босиком в указанную комнату.

– Да-а.
– вздохнула я, открыв дверь.

Комната оказалась просторной, дорого и стильно обставленной , но ужасно мрачной. В основном из-за наглухо закрытых плотных штор и выключенного света.

– Эй! Есть кто живой?
– нерешительно сделала я первые шаги в комнату.

– Вали.
– ответило мне одеяло с кровати.

– ОООО, ну здравствуй тряпочка.
– повеселела я - С добрым утречком, спящий крысавЕц.

Я отправилась к шторам, которые открыла рывком.

– Иди (цензура)!
– ответили.

– Аяяй! Как не с тыдно.
– покачала я головой, приподнимая край одеяла и встречаясь с жаждущими убийства серыми глазами.

От меня просто отвернулись.

Я чуть обиделась. Во мне тут же проснулся ребёнок, и я, упав поперек парня, пытаясь расшевелить. Начала щипаться .

– Ты, что ДУРА!?
– взревело одеяло подо мной и, наконец, извернувшись, явило злейшую из гримасс Влада.

Я тут же потрепала его по тёмным волосам. Точнее трепала, пока мою руку не схватили и, сжав, не отстранили подальше от драгоценных волосиков.

– Ты что, (цензура), здесь делаешь?

– Тебя шевелю, болезный !
– прыгала я рядом на матрасе, ожидая, когда мою руку освободят.

Мне сказали шевелить, я шевелю.

Меня дёрнули за неё, и я вновь растянулась поперёк парня и получила шлепок по заднице.

– Эй, без рук!
– дёрнулась я.

– А тебе, значит, можно?
– прищурился парень.

– Я всё-таки девушка. А ты парень!
– притворно-обиженно ответила я, потерев место, по которому получила.

– Да, какой я парень...
– тут же потух Влад.

– Эй! Не тухнуть.
– ущипнула я парня - Что за упадническое настроение?

Но парень не ответил. Так и замолчал. Закрыл глаза и прикрыл руками. Я же осталась бездумно лежать поперёк Влада.

– Как это случилось?
– тихо спросила моя притихшая персона, в наглую развалившись теперь на груди парня, где на обратную сторону ладошек положила голову, как кошка, что бы чётче видеть собеседника.

Даже сама себе удивилась. Обычно я опасалась незнакомцев. Тем более веду себя более скромно (я скромная, скромная, но свободу тоже люблю).

– Я занимался паркуром .
– после минуты молчания глухо ответил Влад.

– Круто.
– подивилась я, зная, что это за спорт такой.

Меня всегда восхищала сила и ловкость людей занимающихся паркуром. Я сама мечтала так же ловко прыгать по крышам, с лёгкостью карабкаться по стенам. Но, к сожалению, мне это было не дано. Ленива, отсутствует физическая форма, да и куда мне прыгать со зрением минус пять. Я ж чего-нибудь не замечу и, споткнувшись, свалюсь, да хотя бы с крыши. А ночью вообще чувствую себя слепой курицей. К тому же я трусиха. Ну и, конечно, извечная проблема моей семьи, которую последние года я начала ощущать всё острее, это вечное отсутствие денег. Семья у меня не богатая. Поэтом у о таких увлечениях я и заикнуться боюсь.