Чтение онлайн

Но в глубине открывшегося прохода царила зловещая темнота. В нем не было фонарей, способных осветить путь. Держа в руке оторванную от стены лампу, Янь Цюшань какое-то время колебался, а после осторожно нырнул внутрь.

Проплыв менее пятисот метров, он, наконец, достиг конца освещенного коридора. Во тьме каменной стены было что-то еще, только расположенное более аккуратно.

Янь Цюшань поднял фонарь повыше и тут же в ужасе отпрянул. То, что он увидел внутри больше не было телами воров и расхитителей. Это были дети!

Самому старшему из них на вид было около двенадцати или тринадцати лет, а самый младший едва ли научился ходить. Слева находились мальчики, а справа девочки. Все мальчики были по пояс раздетыми и босыми, в то время как на девочках были надеты странные рубахи, отличавшиеся от одежд, что носили предки с Центральных равнин. Похоже, все они были представителями какого-то этнического меньшинства. Их ноги и запястья покрывали племенные татуировки.

Со сложенными на животах руками, дети казались невероятно безмятежными. Они выстроились в два ряда, как реалистичные куклы.

Сквозь водолазный костюм до Янь Цюшаня донесся голос куклы.

— Наверное, это дети клана гаошань.

— Что?

— Взгляните на эти татуировки, — кукла и Змеекожий, наконец, вызволили слепого, и все трое последовали за Янь Цюшанем. Кукла достала карту гробницы. Чтобы защитить карту, слепой разделил «падающую каплю» надвое, и теперь бумага была совершенно сухой. Помимо древних иероглифов, на карте были начертаны странные рисунки, сильно напоминавшие «узоры», покрывавшие детские тела. — Эти татуировки, скорее всего, были частью письменности гаошаньцев.

— Но кто они? Потомство принца? Они не пощадили даже маленьких детей? — Змеекожий был представителем водного класса, ему не требовался водолазный костюм. Приблизившись, он заметил, что один из детей был совсем еще младенцем, и окончательно опешил. — Но разве принц гаошаньцев не был убит императором У, Шэн Сяо? Это старик просто обалденный! Вы только посмотрите на это, он явно преуспел в уничтожении сорняков6, самый настоящий «человеческий гербицид»!

6 ???? (zhancao chugen) — скосить траву и вырвать корни (обр. в знач.: вырвать с корнем, уничтожить решительно и бесповоротно; искоренение).

Скрывавшийся неподалеку маленький осьминог тут же передал эту «похвалу» Шэн Линъюаню.

Шэн Линъюань нахмурился, имя «человеческий гербицид» ему вполне понравилось, вот только этот «подвиг» достойным не назовешь.

Внимательно выслушав его речь, кукла продолжила:

— Я не думаю, что этих детей убил император. Согласно записям подразделения Цинпин, знать клана гаошань выстраивала для себя целые кладбища. Хотя владыка людей и убил принца Вэй Юня, однако, принимая во внимание то, что он много лет следовал за ним, Его Величество позволил гаошаньцам похоронить его в этой гробнице. Это часть традиций клана гаошань. Говорят, что после строительства такого кладбища, нужно было заполнить его людьми, чтобы было кому «поздравить хозяев с новосельем»7.

7 ?? (nuanfang) — поздравить с новосельем или обогреть дом. Часть древней, обычно свадебной церемонии, когда друзья и родственники новобрачных приезжают в новый дом и готовят подарки, чтобы встретить новых жильцов и поздравить их с новосельем.

— Итак, — прервал ее Янь Цюшань, — значит, принц гаошаньцев, которого мы собираемся пробудить, прихватил с собой в могилу детей?

Услышав эти слова, стоявший на берегу Шэн Линъюань был ошеломлен.

Погодите-ка, так целью этих расхитителей могил был Вэй Юнь?

Но... Вэй Юнь не был Бедствием.

Вэй Юнь был несчастным человеком. Отец никогда о нем не заботился, мать никогда его не любила. Причина, по которой он стал «принцем» заключалась лишь в том, что способность к «литью» с каждым поколением встречалась все реже и реже. И вот, когда в клане, наконец, появился настоящий талант, чтобы получить над ним контроль, правитель гаошаньцев пожаловал ему титул своего «приемного сына». В последствии, чтобы выразить свою искренность при капитуляции, он отправил Вэй Юня к владыке людей в качестве заложника. Вэй Юнь прожил жалкую жизнь, полную унижений. Он так ничего и не добился.

Вэй Юнь был молчаливым и простодушным, целыми днями он только и делал, что ковал железо... но убили его вовсе не преследователи.

Вдруг, Шэн Линъюань кое-что вспомнил. Он вспомнил, что когда-то действительно гнался за Вэй Юнем, но вовсе не для того, чтобы убить его. На самом деле, Вэй Юнь покончил с собой.

Вот только Бедствием клана гаошань, запечатанным в подводной гробнице, был совершенно другой человек.

Глава 56

— Один мертв, один исчез. Спасибо, милостивые господа, что указали мне дорогу.

— В прошлом дела в обществе обстояли так, что женщины вынуждены были бинтовать ноги1. Отбросы феодализма стремятся к единству, сохраняя при этом различия. — пытаясь говорить под водой, Змеекожий то и дело выдувал ртом пузыри, так, словно жевал жвачку. Пузыри росли и оборачивались вокруг его головы. — Кроме того, даже если при жизни он был хорошим человеком, что вечно говорил о пяти деяниях и четырех достоинствах2, то после смерти он все равно превратился в ужасного демона. Станете ли вы рассказывать чудовищу о демократии и согласии? Разве мы все это затеяли не ради Чиюань? Идемте, у нас много работы. Мы итак слишком задержались.

1 Бинтование ног ?? (chanzu), буквально: «связанная ступня» — обычай, практиковавшийся в Китае (особенно в аристократической среде) с начала X до начала XX века. Полоской материи девочкам привязывали к ступне все пальцы ноги, кроме большого, и заставляли ходить в обуви малого размера, отчего ступни значительно деформировались, иногда лишая возможности ходить в будущем. Такие ноги традиционно назывались «золотыми лотосами».

2 ???? (wujiangsimei) — пять вещей, которые стоит делать и соблюдать, и четыре достоинства (быть культурным ??? , быть вежливым ???, соблюдать гигиену ??? , соблюдать дисциплину ??? , блюсти нормы нравственности ??? , и четыре достоинства ??
– обладать красивой душой ??? , красиво говорить ??? , совершать красивые поступки ??? , красота окружающей среды ???).

Янь Цюшань больше не издавал ни звука. В темноте вод нельзя было разглядеть выражение его лица. Но его глаза были холоднее, чем хрустальная стена.

Неизвестно, сколько детей было похоронено вместе с принцем, но точно больше сотни. Вскоре, незваные гости лишились возможности свободно передвигаться: проход гробницы становился все уже и уже, и они вынуждены были выстроиться в колонну. Никто больше не оглядывался по сторонам. Все, что им оставалось — лишь смотреть в спину того, кто находился впереди. Маячившая во главе колонны кукла, к сожалению, не обладала хорошей фигурой. Взгляду негде было зацепиться. Но, даже будучи обычной марионеткой, кукла взволнованно произнесла: