Чтение онлайн

Ракита покосился на Конопатого и подумал: «Да уж лучше бы он умер. Возни меньше».

– Колян, ты пойми: в больницу его никак нельзя. Ментам сообщат. Повяжут нас с тобой. Вышка нам с тобой будет за них, – кивнул он на мертвых инкассаторов. – Групповуха! Я вчера специально почитал в кодексе.

– Да пошел ты со своим кодексом. – Колян впервые взглянул на Ракиту с подозрением. Всегда верил ему. А вот теперь понял: не тот Ракита парень, каким всегда хотел казаться. Ох, не тот. Есть в его душе червоточинка.

– Ладно, Ракита, не бзди. Если до ментов дойдет, все потяну на себя. Чтоб групповухи не получилось. И ты не при делах будешь. Понял меня?

Ракита возражать не стал против такого расклада. В конце концов, Колян так решил. Стало быть, так надо.

– Понял, – эхом произнес он, густо покраснев.

– Групповухи не будет. Слово даю.

– Да ладно тебе, Колян. – Ракита как будто повеселел.

– Но Димон наш друг, и мы должны попробовать его спасти. Сечешь, о чем я?

– Но у него такая рана. Колян…

С каким бы удовольствием сейчас Колян врезал Раките по роже. Решил с этим повременить. Два трупа инкассаторов, незакопанная машина и раненый Конопатый – вот что сейчас важнее.

– Вот что, Леха, давай вези Димона в больницу. Сдашь докторам и линяй до приезда ментов. Врачам скажешь: подобрал на улице…

Ракита молчал. И Колян, видя его замешательство, не выдержал, обругал его матом, а потом спросил:

– Ну чего ты?

– Колян, да пойми ты: неубедительно это.

– Что? Что еще не так?

– Ну ты сам пойми: нашел на улице. Не поверят мне. Что они, дураки, по-твоему?

Колян думал недолго.

– Ладно, – сказал он, заранее вычеркивая Ракиту из списка приятелей. – Вези Димона в город, положи на скамейку и по телефону вызывай «Скорую». Только проследи, чтобы они побыстрей приехали. Или давай я его отвезу прямо в больницу, а ты закапывай «жмуриков». Идет?

Ракита покосился на открытый багажник «Запорожца», под завязку набитый инкассаторскими мешками с деньгами, и замотал головой.

– Лучше я отвезу его. Я боюсь «жмуриков». Не беспокойся, я все сделаю, как ты сказал. Вызову «Скорую».

– Ладно, давай, Леха. Только на шоссе не лезь. Там уже менты стоят. Ехай лесом, а потом через кладбище. Думаю, они туда не сунутся. Но все-таки будь поосторожней. А я этих закопаю и машину. Помоги.

Вместе они осторожно уложили Конопатого на заднее сиденье «Запорожца». Потом забросили трупы инкассаторов в «уазик», и Ракита, погазовав, с помощью Коляна столкнул «Запорожцем» инкассаторскую машину в карьер.

Колян взял лопату.

– А ты езжай, Ракита, – сказал он и стал быстро спускаться по сыпучему песку вниз.

– Колян!

– Ну чего еще забыл? – огрызнулся Колян, обернувшись.

– А если Димон умрет дорогой?

Такой вариант Колян не обдумывал.

– Ну, если умрет, похороним его как полагается, – ответил Колян и уже больше оборачиваться не стал. Темнеет, а ему тут дел полно.

В лесу уже стемнело, но Леха Ракитин не включал фары. Зачем рисковать? Да и знакомы ему эти места. Сюда они не раз приезжали с Коляном и Конопатым на шашлыки.

Если ехать по этой лесной дороге прямо, будет небольшое лесное озеро с изумительно чистой водой. На его берегу они оттягивались пивком и водочкой.

Но Ракита свернул вправо. В полукилометре отсюда – городское кладбище. Дорога проходит аккурат рядом с ним, едва не задевая ограждение.

Ракита был уверен, что Конопатый до больницы не дотянет. С таким-то ранением. Он что, слон? Слон и тот не выживет, если по нему пальнуть с двух метров таким зарядом дроби.

Леха Ракитин с обидой подумал о Коляне. Если ментам с таким грузом попадется он, Колян – вроде как и ни при чем. Смотается, и ничего на него не повесят. А на Раките – деньги, смерть инкассаторов и труп Конопатого. Чуть не завыл с досады. А посади за руль «Запорожца» Коляна, вдруг смотается с деньгами. Рисковали вместе, а попользуется он один. Помешался на своей Ольге. Заберет ее, и ищи ветра в поле. И получается так, что теперь он рискует больше, чем Колян. Это Конопатому уже все равно. Лежит друган, не шевелится, рот полуоткрыт, голова свесилась с сиденья и бьется на ухабах о крыло.

– Эй, Димон! Ты жив?

В ответ – ни звука. Хоть бы вздохнул дружок. Эх, Конопатый, сам виноват. Оставил обрез, а инкассатор оказался молодцом. И не струсил. Но раз он мертвый, значит, теперь его доля переходит к Коляну и ему, Раките.

Ракитин даже заерзал по сиденью. Здорово, столько деньжищ привалило. Теперь только бы благополучно добраться до гаража.

Он глянул в окно. Черт возьми! Даже не заметил, как очутился возле кладбища. Машина ползла так, что пешком быстрей, а Леха мучительно думал о тех деньгах, в багажнике. Это ж целое состояние. Вот если б эти все деньги принадлежали только ему одному. Хоть на время старался забыть о Коляне. А о Конопатом не мог. Вот он, рядом, на заднем сиденье.

Он обернулся.

– Димон, – позвал опять. И ни звука в ответ.

А мимо мелькали за оградой мрачные кресты и надгробные памятники. И Леха остановился.

«Зачем мертвого везти в город? Может, похоронить его здесь», – пришла к нему вдруг неожиданная мысль, которую он теперь не мог выкинуть из головы, убеждая себя в смерти Конопатого.

Кладбищенскому сторожу не спалось. Домик, построенный специально для сторожей, был слишком маленький. Зимой дискомфорта не было: чуть подтопил печь – и тепло на всю ночь. А летом в такой хижине – духота.

Работало их тут трое. Сегодня его смена. Хотя, если разобраться, чего тут ночью охранять? Какой нормальный человек попрется ночью на кладбище? Разве только идиот. А и у того желание слоняться тут быстро пропадет. Жутковатое место.

Из города сторож приезжал на дежурство на личном мотоцикле «Урал». Иногда ночью он уезжал домой и возвращался сюда только под утро, чтобы потом сдать смену. Но сегодня не поехал. Чтобы не скучать в одиночестве, гладил пушистого котенка, приблудившегося к ним этой весной.

Трескотню «Запорожца» он услышал издалека, сразу заподозрив что-то неладное.

– Иди-ка, погуляй, малыш. – Он ссадил котенка с колен и, взяв обрезок металлической трубы, служивший сторожам оружием, тихонько подошел к решетчатой ограде. Увидел сидящего за рулем «Запорожца» молодого парня. Тот как будто нервничал. Мотор заглушил, но из машины не вылезал, долго крутил головой во все стороны. Потом вышел из машины. Еще несколько минут стоял, отбиваясь от назойливых комаров.

Даже ветра не было в ту ночь. Темный лес стоял неподвижно, точно погрузившись в глубокий сон, чем успокаивал Леху Ракитина. Полный уверенности, что в эту ночь его никто не видит, он вошел на территорию кладбища через здоровенный пролом в ограде – результат работы вечно пьяных строителей, ремонтировавших кладбищенскую часовню. Однажды пьяный шофер на самосвале заснул и протаранил ограду. У руководства ритуальной службы так и не нашлось денег закончить ремонт. Часовня осталась недоремонтированной, а пролом незаделанным.