Торгующая наслаждением
Шрифт:
Я пожимаю плечами.
— Никогда раньше не пробовала.
— Ты живешь на пляже. Как так случилось, что ты не пробовала рыбу?
— Она плохо пахнет, и она скользкая. Ее вылавливают в дурной воде. А еще вся эта чешуя, плавники и прочее. Просто отвратительно. Нет уж, спасибо.
Мужчина смеется, явно забавляясь моим отвращением к рыбе.
— Ты когда-нибудь ходила на рыбалку?
Размышляю над этим, потому что мне кажется, что я ходила с отцом на рыбалку, когда была маленькой, но не помню точно.
— Я не знаю. Может быть.
Он наклоняет голову набок, должно быть, смутившись моим ответом.
— Я люблю рыбалку. Правда, не был на ней пару лет. Но как только я узнал, что переезжаю на пляж, то сразу подумал о глубоководной рыбалке. Хочешь со мной?
Прищуриваюсь и говорю ему:
— Ты не сделаешь этого снова.
— Что?
— Снова заставишь обманом пойти на свидание.
— Кто еще кого обманывает?
Я ведь и правда обманула его, притащив в этот дорогой ресторан.
— Да, упс… Но серьезно, никаких свиданий.
— Значит, это не будет свиданием.
— Может, тогда нам следует установить правила?
— Правила? — улыбается Эверет, — для чего?
Я чувствую себя нелепо, когда упоминаю правила, но думаю, что это хорошая идея. В нашем случае это умная мысль. Сейчас у нас есть границы, которые можно пересечь. Но если мы продолжим так же беззаботно болтать и наслаждаться обществом друг друга, то нам вместе станет слишком комфортно, и эта линия окажется размытой. Это нужно для нашей защиты. Он даже не представляет, кто я, откуда пришла и кем стала. Он не смирится с тем, как я зарабатываю себе на жизнь. Что еще более важно — я не хочу с ним ничего подобного. Только дружба. Нам хорошо там, где мы сейчас.
— Для этого. Для совместных тусовок, — поясняю я, — что-то вроде… не гулять вместе больше одного раза в неделю. Не обмениваться телефонными номерами, не писать смс. Не преследовать друг друга в социальных сетях. Просто видеться. И при встречах не задавать слишком много вопросов. Мы просто… знакомые, которые тусуются вместе не больше одного раза в неделю. По рукам?
Официантка приносит квитанцию для Эверета вместе с контейнером, прерывая наш разговор. Эверет берет квитанцию из черной папки, быстро подписывает и оставляет больше чаевых, чем я ожидала. Плюс он платит за нашу еду, цена за которую составила семьдесят долларов.
— Может, пополам? — спрашиваю я, интересуясь, не хочет ли он, чтобы я заплатила хотя бы часть от своей доли.
Мужчина смотрит на меня, не слишком довольный тем, что я предложила.
— Друг или нет, я не позволю женщине платить за ужин, тем более, когда я сам ее пригласил. Можешь называть меня старомодным, но я никогда не позволю тебе платить за еду, когда мы будем гулять.
Это почти заставляет меня бросить в него деньги и умолять позволить мне заплатить за свою долю, но я лишь принимаю его щедрость.
— Ну, тогда, спасибо. За ужин.
— Спасибо, что согласилась прийти, — добавляет он, — а теперь о правилах…
Мы сгребаем содержимое тарелок в коробки, которые нам дали, и он продолжает:
— Меня нет на «Facebook» или «Tinder» (прим.: сайт знакомств), также я не люблю писать смс, так что это подходит. Что касается времяпровождения. Что если наши графики не совпадут, и нам придется тусоваться вместе два раза в неделю. Каковым будет наказание?
Я слышу насмешку в его голосе, что заставляет меня закатить глаза.
— Твое наказание — не видеть меня в течение месяца.
— А каким будет твое наказание?
Я думаю над этим с минуту.
— В течение месяца у меня не будет друга, с которым я могла бы тусоваться.
Эверет хихикает, а потом кивает, закрепляя наш договор.
— По рукам. Наша дружба будет распространяться на один день в неделю, не более. Что-то новенькое для меня. Дружба с правилами и ограничениями.
— Это безопасно, — говорю я ему и сразу же ненавижу свой рот в тот момент, когда он открывается.
Его улыбка становится шире. Эверет знает, что для меня это сложнее, чем должно быть. Черт его побери!
Когда мы подъезжаем к дому, я не хочу вылезать из пикапа. Уверена, что в жизни не ела столько, как в этот вечер.
— Еще раз спасибо за ужин, — говорю я ему, открывая дверь.
Вместе мы идем в направлении дома. У входа Эверет пропускает меня вперед.
— Без проблем, — отвечает он, когда я прохожу мимо, — надеюсь, тебе все понравилось.
— Все было чудесно.
Я улыбаюсь ему, а он, в свою очередь, демонстрирует одну из своих обворожительных улыбок, показывая ямочку, которую я раньше не замечала. Не знаю, кто он, но этот парень определенно отличается от всех остальных, с которыми я знакома. Он такой надежный, заботливый, дружелюбный… и у меня определенно не должно быть подобных мыслей в голове.
— Бренна?
— М… да? — я даже не замечаю, что он говорит мне. Я полностью теряюсь в его очаровании, что наталкивает меня на мысль о том, чтобы ужесточить наши правила. Мне нужно пойти наверх и избавиться от этого ощущения. Может, следует попросить у Кэнди парочку лишних клиентов, чтобы вернуться в реальность. Пройтись по магазинам или отправиться в небольшую поездку. Любая вещь, которая сотрет всякую мысль об Эверете и его привлекательности.
Улыбаясь, он повторяет:
— Я спросил… какой день на следующей неделе ты сможешь освободить, чтобы порыбачить со мной.
— Погоди, ты все еще хочешь пойти на рыбалку?
Я вижу, как Эверет задает этот вопрос самому себе, но все равно пытается ответить с уверенностью:
— Ну… да.
Я раздражительно фыркаю:
— Мне же не придется дотрагиваться до рыбы или есть ее, верно?
— Нет, — веселье в его голосе заставляет трепетать ту часть моего тела, которой не следовало бы это делать, — я бы не решился заставить тебя совершить что-то подобное.
Игнорирую сарказм в его голосе и понимаю, что смогу это сделать. Все будет хорошо! Я прекрасно провела вечер. Он не был настойчивым, не задавал вопросы, на которые я не могла дать ответ, и мы не пересекли проведенную линию. Я киваю в ответ:
— Тогда, да. Было бы неплохо.
Глава 8
Эверет
Я знаком со многими девушками, но ни одна из них не похожа на Бренну. Она загадочная, дерзкая, веселая и независимая. Все в ней привлекает меня, и я понимаю, что хочу гораздо большего, чем дружба с ней. И хотя этого, скорее всего, никогда не случится, я, честно, не встречал еще такого человека, которого бы окружали настолько толстые бетонные стены, как ее.